Нах. Часть 2

Очень смущает непонятная штуковина на груди, металлическая такая, очень круглая вся, с огоньками и кристалликами – чем-то на источник энергии похоже. Батарейка видимо…

-Мясо! – Повторил мертвец и наступил в ручей.

-Я, кажется, обознался, прошу прощения. – Твёрдым гласом рёк Хозяин Зоны…, почему-то, писк получился, ну, главное как он сам это услышал, ведь, правда? А сам он услышал – могучий глас…, всё равно стыдно блин. Да сколько можно? Какой-то драный мертвец не напугает самого Велеса, Хозяина Зоны! Не заставит его спасаться позорным бегством! Никогда и ни за что!!!

-Извините, но вам придётся умереть. – Решительно произнёс смелый сталкер.

И вытянул руку. Мощная струя энергии, извиваясь, врезалась в грудь зомби Зоны. И с ним…

Чуть не сделалась медвежья болезнь с ним блин.

Мертвец заурчал выразительно, глянул себе на грудь – там лампочки ярче гореть стали. Потом морду поднял, глаз вылез сантиметров на пять вперёд и металлическая рука с огромной скоростью вытянулась вперёд. Велес ничего сделать не успел, как его ухватили за запястье, раскрутили вокруг покойника и так об землю треснули, что таки не сдержал он ужина в себе – полведра мяса на улицу выплюнул. Перед глазами звёздочки мелькают, весь он ещё искрится, морда вся в тошнотной массе собственного изготовления, а его уже на новый взлёт закручивают, да как-то всё по сложной спирали. Сейчас снова об землю треснут, а это возмутительно и, кроме того, очень больно! Велес задрыгал ногами и, видимо, куда-то попал, потому что мертвец взревел, и рука сталкера выскользнула из металлических пальцев. Велес взлетел в небеса голубые, ластами солнышку приветливо махнул и с глухим звуком, рухнул звёздочкой средь травки луговой. В каком-то смысле удачно приземлился – из оврага вылетел наверх, на край обрыва.

-Уууу… - Проговорил он, чувствуя, что целых костей в организме как-то не осталось.

-Мясо!!! – Заорали из оврага.

-Иди ты на хуй, чмо в тапочках… - Простонал он. Опять тапочки…, не к добру. Вон и облачко белое плывёт. Облачко белое, тапочки поминает, ммм…, белые тапочки? Охо-хой, кажись пора уже…, ещё раз так шваркнут об землицу-матушку и точно пора заказывать те самые черевички.

Подняться никак – всё сломано, даже гордость и достоинство. А гад этот мёртвый уже выполз наверх, вон, пасть открыл, бежит обедать. Правая рука вроде двигается без проблем. Ага, что это нам даёт? В носу поковыряться может напоследок? А то потом-то уже не успеет, сожрут сейчас, без соли главное и вилки, пошло руками сожрут. Так, нож не выронил? Нет, вот он родимый. Ну, раз ничего иного не остаётся, берём в руку нож и ждём, прикинувшись мёртвым, типа в засаде.

Лезвие выскользнуло наружу, игриво блеснуло на солнце. Мертвец подошёл впритык, на колени встал и обе руки к животу тянет – потрохов поесть хочет. Ну что тут скажешь? Выбор-то правильный, он бы вот тоже с потрошочков начал, вкусно же, печёнка вот, особенно приятна на вкус…, проблема в том, что сейчас его печёнку есть собираются.

Рука поднялась, нож блеснул зловеще и золотистое лезвие, ударило в голову мертвеца, точно в телескопический глаз. Насквозь, прямое попадание. На рывке в обратную сторону, пол черепа срезало как сваркой. Червячки с зубами, посыпались на травку, а этот хмырь даже внимания не обратил – обе лапы уже одёжу рвут, аккурат на пузе. Велес зарычал отчаянно и рубанул по металлической руке в районе плеча. В этот раз, лезвие встретило сопротивление и с трудом дошло до половины руки, где и застряло, в струе горячих искр, брызнувших из пореза. Руку обожгло, нож пришлось отпустить, потеряв последнюю надежду на спасение…, ух ты! Лезвие, утратив контакт с его ладонью, поискрилось и исчезло – рукоять упала в траву, в пяти сантиметрах от правой ладони.

Спаси и сохрани тебя, Научный Прогресс!

Мертвец, правая рука которого вдруг перестал шевелиться, замер. Недоумённо ворча, повернул голову и как завоет! Глаз-то больше нет, руку не видно – расстроился бедолага.

Ну, долго ему страдать не пришлось. Велес схватил рукоять, лезвие снова засветилось ярко и начал он от души, да с энтузиазмом рубить куда дотягивался. Спустя полминуты, лежал он на травке, с умилением и счастьем в глазах глядя на невероятно прекрасные небеса Зоны. А рядом дымились и вошкались, останки ожившего мертвеца. Ну, дымились останки, а вошкались червячки. Миленькие кстати. Окраска на солнышке у них из белесой, стала фиолетово-бежевой, зубки блестят, ну чудо прям. Пока один из этих свинтусов не решил поползать по его руке. Ползал-ползал, а потом как хватанёт на запястье! Больно было жесть. А он гад ещё и кожу прогрыз, попытался внутрь залезть – на силу выдернул. Впрочем, к тому моменту червяк перестал шевелиться – отравился некачественным мясом и подох бесславно.

На всякий случай, хоть и болело всё абсолютно, Велес отполз подальше от останков мертвеца. Как отполз, вытянулся стрункой и клятвенно пообещал сам себе, что больше никогда не станет играть с зомби. Этого приключения ему хватило до седых волос. Если уже не поседел. Вытошнило вот, весь теперь воняет…, зато костюмчик разноцветный стал. Воняет, конечно, как из выгребной ямы, но есть и плюс – кто ж такое чмо в ботах есть станет? Вот, как говорится, нет худа без добра…, только самому б с этой вони не загнуться по пути…

Однако, несмотря на проблемы с запахом, мыться он не рискнул, хотя очень хотелось. И всё-таки не стал – вдруг местные хищники, в случае чего, просто побрезгуют и мимо пройдут? Ему что-то расхотелось силами меряться с обитателями сего крайне агрессивного и зловредного мира.

Параллельный не параллельный, а какой-то он, мир этот, совершенно свинский.

Так и шёл весь вонючий и не мытый. И был за то вознаграждён на следующий день.

Как раз обходил большую аномалию непонятной природы и размышлял на тему – а какие тут Хозяева Зоны, если Зона тут такая? Обошёл нормально, без происшествий и тут из сумрака как появится образина на двести килограмм с клыками и когтями! Даже понять ничего не успел, как оказался на лопатках, а в лицо дышит нечто страшное с длинными клыками. Нюхать его стало, пыхтеть натужно, и очень расстроено. Он, было, к Сети потянулся, а монстр шумно фыркнул, издал тошнотный звук, с него слез и растворился в пространстве.

Велес сел, головой потряс – пусто, нет никого. Попытался принюхаться, снова по нулям. Впрочем, он и раньше этого монстра не учуял, сомнительно, что сейчас получится…

Трава с хрустом примялась прямо по курсу и некто, хрустя копытами когтистыми, к горизонту пошуршал. Побрезговал, пахнет он не вкусно. Фух, пронесло. Не зря, значит, мучается он, задыхаясь от удушливой вони собственного тела. Однако, несмотря на радость чудесного спасения собственной жизни, на душе какая-то обида появилась. Хищник в него только что не плюнул, после краткого обнюхивания. Как говорится, в кругах иных, стрёмно как-то.

Но мыться всё равно не стал – схема работает, а помирать не хочется. Лучше пострадать недельку, чем оказаться в пузе какой-нибудь зверушки, а потом по травке быть размазанным, в виде дурно пахнущей жижи.

Так он и прибыл в Чернобыль-145 – вонючий, грязный, весь угрюмый, но зато живой.

Город встретил его полнейшей тишиной и запустением. Только бумажки по улицам ветром разносит, да перекати-поле катаются…, почему-то, перламутрового цвета и с острыми шипами – лучше их стороной обходить. Не нравится ему, как выглядит местное перекати-поле.

Он прошёлся по главной улице, вспоминая как тут было раньше. В этом мире, город совершенно не изменился, он был точно таким же. Все дома, все светофоры, вообще всё, что он помнил, стояло на своих местах. Окон в домах давно нет, в стенах проломы, фонарные столбы, где пропали, а где покорёженные стоят. Но это детали, в целом, город, встречая свой последний день, был таким же, каким он его запомнил. И с тех пор не шибко изменился, разве что весь пошарпанный, заброшенный, грязный. Человеку с неплохим воображением ничего не стоило представить город таким, каким он был умирая. Каким встретил эвакуацию населения. А эвакуация точно была. По улицам, помимо строительного мусора, травы пробивающейся через асфальт и грязи, раскидано немало личных вещей, обронённых в спешке. Игрушки, ручки, рюкзаки, ранцы, в общем, полно всякого хлама.