Инспектор, спасите сына.

— Привет, Яр. Да, почти готовы, проходи..

Отступаю на шаг назад, чтобы пропустить Ярослава. Но коридорчик прихожей довольно узкий. Я напарываюсь бедром на тумбу позади и немного теряю равновесие. Яр успевает переложить цветы в руку с машиной и подхватить меня за талию.

— Осторожнее, Вась.

— Всё в порядке. Спасибо, — сглатываю, потому что такая близость с ним и его горячая ладонь у меня на талии, заставляет разум затуманится, а ощущение напряжения в животе усилится. Он слишком рядом и глаза прожигают насквозь..

— Ух ты! Это мне?! — момент нарушает Егорка, выбежав из комнаты и буквально вырвав машинку из рук Ярослава. — Мозно? — спрашивает запоздало, уже стащив автомобиль.

— Можно. Конечно, это тебе. Возможно, когда вырастешь, тоже решишь стать полицейским.

— И спасать людей? — Егорка хлопает ресницами, завороженно глядя на Яра и переводя взгляд на огромную машину в руках.

У него таких игрушек никогда не было. Теперь он с ней расставаться не будет.

— И спасать людей, — Ярослав присаживается на корточки рядом с сыном. — От злодеев. Вот прям на такой машине будешь ездить.

— Клуто! Хочу быть полицейским! — взвизгивает Егор и начинает распаковывать игрушку. — Мам, я пять минут поиглаю, ладно?

— Иди, конечно, — улыбаюсь, с бешено стучащим сердцем наблюдая, как мой счастливый малыш бежит с машинкой к Алине в комнату и хвалится, что ему подарили.

— Это тебе, — выпрямившись, Ярослав протягивает мне букет цветов. — Я.. не говорил спасибо за рождение сына.

— Да.. Это очень неожиданно, — зарываюсь носом в цветы, затем из-под ресниц смотрю на Яра. — Очень красивые. Спасибо, Яр.

— Это тебе спасибо. За Егора. Мне жаль, что меня не было рядом.

В его голосе столько сожаления, что в груди машинально начинает неприятно тянуть, потому что по факту это ведь моя вина..

— Сейчас поставлю в вазу и поедем, хорошо?

Иду на кухню и наливаю в вазу воды, затем аккуратно ставлю цветы и расправляю каждый бутончик пальцами. Ярослав проходит следом за мной.

— Что там Прокопов? Как идёт следствие?

— Дав звонил. Сказал, что потом всё расскажет. Пока отчётами завален.

— Хорошо. Надеюсь, его надолго упекут.

— В этом можешь не сомневаться.

Со стороны двери раздается звук сирены. Мы с Яром одновременно поворачиваемся к Егорке, который с пультом бежит за машиной.

— Плава покажите! — улыбается сын.

И с чего я взяла, что он не похож на Яра? Сейчас, когда улыбается, просто один в один.

Глава 37

Ярослав

— Тебя никто не обидит. Ты можешь играть спокойно. Если что — мы рядом, — пожимаю Егору руку, после чего он с серьёзным видом убегает играть в батутный городок, оставив нас с Васей сидеть за столиком небольшого детского кафе.

Твою мать.. До сих пор не могу поверить в то, что у меня есть сын..

И как я только шею не свернул этому дебилу Прокопову, когда, наконец, нашёл Егора. Хотелось до такой степени, что кулаки и сейчас чешутся. Наверное, именно поэтому меня не допускают на допрос. И вряд ли допустят в целях безопасности. Я прекрасно знаю, что это правильно, но до жути хочется насрать на все правила и просто удушить отморозка.

Клянусь, если хоть кто-нибудь Егора ещё раз пальцем тронет..

— Ты в порядке?

Перевожу взгляд на Василину. Она встревожено смотрит на меня, обводя взглядом и нервно теребя рукав блузки.

«Ещё и нарядилась, Вася.. Для кого так? Для меня? От одного запаха духов чуть крышу не снесло. А это проклятая юбка.. Я бы рассказал, что бы с ней сделал..»

— Вроде да, — откашливаюсь и отпиваю немного кофе. — А что?

— Ты нахмурился и так сильно стискивал бокал.. Мне показалось, что ты думаешь о чем-то плохом.

Относительно. Всё вперемешку. С одной стороны, я счастлив, что нашёл сына. С другой — не успокоюсь, пока Прокопов не присядет надолго и основательно. С третей — чёрт, я пропустил столько лет из жизни собственного ребёнка. И он не знает, что я его отец. А так просто об этом не скажешь.

— Я думаю о многом сейчас, Вась.

— Понимаю.. — кивает Василина, прикусив губу, и затем опускает взгляд. — Я надеюсь, что ты простишь меня, Яр.

— Не думаю, что теперь стоит бросаться обвинениями. Это ни к чему не приведёт. Лучше подумать о том, что делать дальше.

— Да.. Наверное, ты прав..

— Вась, — откидываюсь на спинку стула и снова откашливаюсь, морально подготавливая себя к тому, что собираюсь сказать. — В общем, я не давлю, но, надеюсь, ты понимаешь, что мне хотелось бы, чтобы вы с Егором остались жить здесь? Со мной.

Васины щёки тут же багровеют, а она ещё сильнее вжимает подбородок в шею, стараясь не смотреть на меня при этом.

— Ты имеешь в виду..

— Я имею в виду в Малиновске. Знаю, у тебя уже другая жизнь была, и, возможно, наш городок не то, чего тебе хотелось бы в жизни, но.. Я столько лет упустил. Я не хочу отпускать вас. Хочу познакомиться с сыном. Стать ему настоящим отцом.

Делаю паузу, чтобы Вася успела осмыслить сказанное.

— Я не хочу отпускать тебя.

На этой фразе она вскидывает на меня взгляд, но затем, сглотнув, быстро отводит его в сторону.

— Годы потеряны, и их не вернуть. Мы.. оба были не правы, но сейчас у нас появился второй шанс. Всё изменить, попробовать иначе. Я хочу, чтобы вы остались, Василин. Не уезжайте.

Смотрю ей в глаза, чтобы увидеть ответ до того, как она его озвучит. Возможно, мне кажется, а может, я просто чувствую, что она и не хотела уезжать.

— Я бы не смогла, — тихо отвечает Вася. — Не смогла бы снова сбежать. Тем более после всего..

— Если тебе нужно время, чтобы подумать..

— Мне не нужно время, Ярослав. Времени уже и так слишком много ушло. Я хочу остаться. Егору нужен отец. Он.. восхищается тобой. Представляю, в каком он будет восторге, если узнает, что ты его папа.

— Жду-не дождусь этого момента, знаешь.

Васины губы трогает лёгкая улыбка.

— Даже представить не могу.

— А тебе я нужен, Вась? — спрашиваю, да сам не знаю, почему. Наверное, рано такие вопросы задавать, но сдержаться не получилось.

— Без тебя я бы не справилась со всем этим.. Без тебя я бы вообще ничего не смогла..

— Я не об этом, Василин.. Ты скучала? Вспоминала обо мне?

— Каждый день, — она снова опускает взгляд.

— С ненавистью? Ты ведь считала, что я тебе изменял.

— С болью, Яр. Боль так просто не остаётся. Возможно, если бы не эта боль, я уже нашла бы кого-то. Я бы построила свою личную жизнь. Но мне никто не был нужен.

Невольно думаю о своих интрижках, включая последнюю, и задаюсь мыслью о том, что мне тоже никто так и не стал нужен. И Вася права — если бы не боль, то всё было бы иначе. Но боль не отпускала до конца. Она притупилась, но осталась. Поэтому сохранились все те чувства, что когда-то зародились между мной и этой хрупкой девушкой напротив.

— Хочу пить и пиццу! — Егор выбегает из-за небольшого ограждения и садится к нам за столик, причем садится рядом со мной. — Ты считаешь меня смелым? — спрашивает сын, сведя брови на переносице.

— Более чем. Ты невероятно смелый.

— Значит, я точно могу быть полицейским или пожалным.

— Сто процентов.

— Я сейчас сам залез по канату.

— По канату лезть не стоило! Это опасно! — недовольно бурчит Вася.

Я выгибаю бровь и хмыкаю. Сразу видно, что девчонка.