Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 31 из 70

— Привет, — прохрипел я. — Как насчёт воды?

Лиринна (это была она) отложила книжку в сторону и подсела на край кровати.

— Гэбрил, ты очнулся?

— Странный вопрос, — проворчал я. — Не только очнулся, но ещё и хочу пить. В горле сухо, будто облизал раскалённую кочергу. Лиринна, дай воды, пожалуйста.

— Сейчас, — пообещала эльфийка и поднесла к моим губам кружку с отваром, пахнувшим лесными ягодами и душистой травой. Я стал пить большими глотками, давясь от жадности, как будто кто-то отнимет драгоценную влагу. Струйки жидкости текли на рубаху, расплываясь тёмными пятнами. Хм, это не моя рубашка: кто-то меня переодел. Надеюсь, что не эльфийка. Мне перед ней щеголять в неглиже неудобно, не те у нас отношения.

Наконец, я напился и сразу почувствовал себя свежим и бодрым, даже головная боль отступила. Дятел, долбивший череп с момента пробуждения, взял перерыв, надеюсь надолго. Руки и ноги дрожали, но не отказывались повиноваться, зато в груди ощущался нестерпимый зуд, ужасно хотелось чесаться. Будь я кошкой, стал бы тереться об изголовье кровати, лишь бы избавится от столь обременительного зуда. И Лиринну просить неудобно, вдруг не так поймёт? Тогда я сам запустил руку за пазуху и обнаружил, что правое плечо забинтовано и к пульсирующему источнику страданий не подобраться. Вот зараза!

— Что, чешется? — догадалась Лиринна, глядя на мои мучения. — Алур говорил: как только появится зуд — пиши: дело идёт на поправку.

— Алур? Этот выживший из ума старикан приходил сюда?

— Да, — подтвердила эльфийка. — И зря обзываешься: ты обязан ему жизнью. Ранение оказалось не смертельным, но всё же довольно опасным. Хорошо, что старик помог тебя выходить, его отвары сотворили чудо.

— Есть ли в этом городе хоть один человек, которому я бы не был обязан жизнью?!! — простонал я. — Надеюсь, что Алур приходил трезвым, иначе я бы предпочёл не мучаться, а умереть сразу на том самом месте, где подстрелили.

— А ты знаешь, кто в тебя стрелял?

— К сожалению, да. Лиринна, не хочется тебя огорчать, но убийцей Никавери был эльф. Я погнался за ним и почти схватил, но он оказался вооружён складным луком и попытался натыкать меня стрелами, как ежа иголками.

Лицо Лиринны помрачнело.

— Насчёт эльфа… думаю, с тобой захочет поговорить мой папа, он просил, чтобы я позвала его сразу после того, как ты очнёшься. Что скажешь, босс? Ты в состоянии уделить папе несколько минут?

— Думаю, да, — решил я. — Стометровки мне сейчас не пробежать, но языком ворочать могу.

Лиринна вышла из комнаты и вернулась в сопровождении отца. Лигрель выглядел невозмутимым, но я съем свою шляпу, если кто-то скажет, будто бы эльф не рад меня видеть живым и здоровым… ну, скажем, почти здоровым.

— Вижу, что дочка не зря отпаивает тебя отварами Алура, — усмехнулся Лигрель.

— Это точно, — хмыкнул я. — Она сказала, что ты хотел со мной переговорить. Я в твоём полном распоряжении.

— Ты провалялся без памяти почти неделю. За это время многое изменилось, причём не в лучшую сторону.

— Что именно?

Лигрель пропустил вопрос мимо ушей, его интересовало другое. Видимо, Лиринна успела передать ему мои слова.

— Гэбрил, ты уверен, что в тебя стрелял эльф?

— Да, уверен, как и в том, что вижу перед собой одного из его соплеменников, — угрюмо произнёс я. — Этот ублюдок хотел напичкать старину Гэбрила стрелами. Меня спасло чудо.

— Этим «чудом» был обычный полицейский наряд. Возле «Серпентария» всегда пасутся несколько копов, на всякий пожарный случай. Они бросились за вами почти сразу после того, как тебе вздумалось сигануть в окно. К счастью, старший наряда был вооружён пистолетом, убийцу удалось спугнуть выстрелом. Считай, что легко отделался.

— А эльфа, что стрелял в меня, поймали? — спросил я, закусывая губу.

— Нет. Он помчался как ветер, полицейские его не догнали.

— Понятно, я всегда считал, что копы слишком много времени уделяют пончикам и жареным сосискам.





— Мало кто способен угнаться за эльфом, — не без гордости заметил Лигрель. — Полицейские поначалу хотели тебя арестовать, но Лиринна сумела убедить их, что ты никуда не скроешься и явишься по первому зову. Она отвезла тебя к нам, связалась с твоим другом гномом…

— Он только наполовину гном.

— Неважно. Гвенни посоветовал ей обратиться к Алуру, даже помог отыскать. Старику пришлось попотеть, прежде чем он вытащил тебя с того света.

— А полиция?

— Они знают, что ты здесь. Несколько раз приходил лейтенант Морс, он жаждал тебя допросить, но ты в это время был без сознания. Возможно, лейтенант появится ещё и сегодня.

— Если придёт, скажи, что я в отключке, — попросил я. — Мне не составит труда подыграть.

— Как скажешь, — пожал плечами Лигрель. — Вернусь к твоему рассказу. В Туземном Квартале проживает не очень много эльфов, и мы очень хорошо знаем друг друга, убийц среди нас нет, я в этом уверен. Лесных сородичей можно не принимать в расчёт — у них свои интересы, убивать какую-то там танцовщицу им не сподручно — виновников, в лучшем случае выгонят из клана, в худшем — убьют. В лесу с этим строго. Остаётся одно — эльф, стрелявший в тебя, был хиджи.

— Хиджи — что за странное слово? Впервые о нём слышу.

— Хиджи — это позор нашего клана. Несколько эльфов из Дерева Зимы когда-то сбились с пути истинного и стали наёмными убийцами. Я не знаю, почему они так поступили, и не хочу этого знать, проклятье легло на их головы. Наш клан постарался порвать с хиджи все отношения, нам даже пришлось устроить на них настоящую охоту. Это произошло после того, как они похитили, а потом убили дочку главы нашего Дерева. Мы истребили их как крыс, одно время казалось, что хиджи перебиты все до одного. Однако, спустя десять лет выяснилось, что пятерым хиджи удалось выжить. Почти все они мужчины, но командует ими эльфийка. К сожалению, наши вожди посчитали их неопасными, тем более что хиджи не стали никому мстить и развернули свою деятельность только среди людей. Мы решили, что это уже не наши проблемы.

— Молодцы, нечего сказать, — заметил я. — Свалили на других и теперь довольно потираете руки.

— Гэбрил, не надо так говорить. Скажи, люди в подобной ситуации поступили бы иначе?

Хороший вопрос, на тысячу золотых рилли тянет, а то и больше. Наши правители за всю историю королевства успели наломать столько дров, что по сравнению с ними эльфы невинны, как ягнята.

— Не обижайся, Лигрель. Люди ничуть не лучше.

— Вот видишь!

Успокоившийся Лигрель продолжил:

— Услуги хиджи стоят дорого, зато результат превосходит все ожидания. Заплатите деньги и спите спокойно, они обязательно устранят того, на кого вы точите зуб.

— Может быть, подскажешь адресок какого-нибудь хиджи — лейтенант Морс давно сидит у меня в печёнках?

— Не стоит шутить с опасными вещами, Гэбрил. Думаю, что один из хиджи долго сидел у тебя на хвосте, но ему не платили за твоё убийство. Возможно, пока… Ты почти застиг его на месте преступления, и он постарался убрать тебя, чтобы не быть схваченным.

— Как только поправлюсь, то обязательно куплю копу, что спугнул этого хиджи, большую коробку пончиков.

— Всё шутишь? — укоризненно произнёс Лигрель. — Мы волновались, переживали, а ты не успел в себя прийти, как снова принялся за шуточки.

— Прости, друг, — извинился я. — Давай спишем это на нервы. Вот завершу расследование, сгоняю на курорт, поправлю здоровье, и тогда ты меня не узнаешь.

— Вряд ли, — губы Лигреля растянулись в иронической усмешке. — Горбатого могила исправит, но тебе даже она не поможет.

— Не стану спорить. Так ты думаешь, что за мной пустили кого-то из хиджи?

— Да, я подозреваю, что за тобой уже давно была установлена слежка.

— Понятно, кто-то пронюхал о расследовании и принял меры; правда, я ничего не почувствовал.

На самом деле я бы мог этого и не говорить по вполне очевидным причинам. Не верьте тем, кто будет бахвалиться, что якобы сразу почует за собой слежку. Если по вашему следу идёт профессионал, вы никогда ничего не почувствуете и не узнаете, если только преследователь этого не захочет. Хиджи — профи и нет ничего удивительного, что их присутствие не было обнаружено до последнего момента, когда им пришлось убрать Никавери. Зачем — другой вопрос. Если буду знать на него ответ — половина дела сделана, а так мне пока приходится топтаться на одном месте, даже не знаю, за что ухватиться дальше. Единственная зацепка привела расследование в тупик.