Крючок для феномена

Как бы откликаясь на его слова, в кармане Льва Ивановича тут же запиликал сотовый: «Если с другом вышел в путь, если с другом вышел в путь..»

Крячко, покачав головой, усмехнулся и констатировал совершенно очевидный факт:

— Ну все. Накликал!

Голос Орлова звучал устало и несколько минорно:

— Добрый вечер, Лева. Стасу тоже привет. Как у вас дела? А то уже темнеть начало, а от вас ни гу-гу. Что-то удалось накопать?

— Не скажу, что слишком много, но кое-какие зацепки есть. Имеются и подозреваемые, хотя пока и условно.

— Это уже хорошо! — обрадовался Петр. — Кто же, на твой взгляд, мог быть похитителем необычного животного?

— Судя по ряду конкретных фактов и обстоятельств, пока что таковым я считаю сына Романа Фоминина — Леонида. Прежде всего он очень не любил этого кота, а тот отвечал ему полной взаимностью.

— В чем же причина такой обоюдной антипатии? — поинтересовался Орлов.

— Фоминин-младший склонен к всевозможным проказам, как безобидным, так и не очень. Он очень искусно вешал лапшу на уши своим родителям, умело уходил от неприятных для него вопросов. А вот кот Тибет каким-то образом чувствовал фальшь и довольно остро на это реагировал. Поэтому в семье Фомининых он был чем-то наподобие живого детектора лжи. Понятное дело, Леонид Фоминин ему за это едва ли мог быть благодарен, — проговорил Гуров.

— Вот оно что! — протянул Петр. — Ну так это достаточно серьезный мотив. Значит, этого отпрыска надо брать в разработку.

— Вот как раз сейчас мы этот вопрос и обсуждаем. Есть у меня вот какая мысль. — Лев Иванович сделал секундную паузу и продолжил: — Думаю, сейчас нужно созвониться с Романом Фомининым, чтобы он завтра под каким-то благовидным предлогом снова пригласил Леонида домой. А тут мы свалимся как снег на голову и начнем раскручивать его на предмет алиби.

— А этим алиби есть вопросы? — с каким-то азартом осведомился Орлов.

— Вот именно! Как нам удалось выяснить в лагере «Средилесье», позавчера с десяти утра до семнадцати он там отсутствовал. По предположению сотрудника этого заведения, Фоминин-младший и его приятель Алексей Рублев в это время ездили в поселок Брыкалино, где на улице Крайней развлекались с девицами, сестрами Мукомахиными. Мы ездили в Брыкалино и выяснили, что парни там были меньше часа. Уже в одиннадцать они куда-то смылись. Поэтому надо будет проверить их местонахождение с точностью до минуты. Завтра мы это сделаем.. Твою ж мать! — неожиданно выпалил он, с трудом увернувшись от встречного «Лендровера», внезапно вылетевшего на встречную полосу.

— Что там у вас случилось? — с тревогой спросил Петр.

— Да вот, слава богу, не случилось! Еле ушел от какого-то придурка, который выскочил нам прямо в лоб. — Гуров громко вздохнул. — Что за день сегодня? Утром пришлось мне уворачиваться от дегенерата, теперь вот снова баран безмозглый. Ладно, передаю телефон Стасу, чтобы не отвлекаться от дороги. У нас есть ряд вопросов, которые обязательно надо бы с тобой обсудить.

Крячко достаточно сжато рассказал Орлову о ситуации с сотрудниками Березкинского ОВД, в отношении которых имелись все резоны провести серьезную служебную проверку, заодно протрясти как следует и все это ОВД, включая его начальника.

Петр Николаевич всегда очень болезненно и щепетильно относился к вопросам соблюдения служебной этики. Выслушав это сообщение, он мигом закипел и заявил, что все необходимые меры будут приняты в кратчайшие сроки.

— Я им устрою утро стервецкой казни! — прорычал он. — Я им покажу визиты к девочкам легкого поведения!

Закончив разговор с Петром, Стас вернул телефон Льву, потянулся и сказал:

— Вот и кранты первому дню расследования! Теперь у нас осталось всего два. Надеюсь, в этот срок мы уложимся. Как ты считаешь?

— Уложимся. Нам отступать некуда, — ответил Гуров, прибавляя газу. — Обрати внимание, дорога залита дождем. Да уж. Почему-то мне сначала думалось, что расследовать тут будет нечего. А на деле оказалось, что геморроя у нас с тобой выше крыши.

На следующее утро Лев Иванович прибыл в главк в начале восьмого.

Этой ночью ему спалось очень неважно. Сыщику постоянно снилась какая-то пустая беготня, затяжные поиски каких-то непонятных существ, то ли упырей, то ли троллей с гоблинами, которые то ли кого-то убили, то ли что-то украли. Утром он поднялся невыспавшимся и даже несколько разбитым. Лишь после энергичной разминки и ледяного душа Гуров почувствовал себя в относительно нормальной форме. Позавтракав жареными карасями, еще с вечера приготовленными Марией, он окончательно избавился от остатков вялости и апатии.

Стаса, как и следовало ожидать, на работе еще не было. Прямо с проходной Лев Иванович отправился в информационный отдел. В его дверях он столкнулся с Жаворонковым, который тоже имел обыкновение приходить на службу ни свет ни заря, и поинтересовался итогами изучения видеозаписей.

— Лев Иванович, мы сделали все, что было в наших силах. Наработки сбросили на ваш почтовый ящик, — проговорил майор и виновато улыбнулся.

— Хоть что-то получилось? — осведомился полковник.

— Кое-что получилось, но, к сожалению, не все, — ответил Жаворонков и досадливо поморщился. — Номер седана полностью расшифровать не удалось. Мы уже сделали выборку автомобилей этой марки с похожими номерами.

— Молодцы! — заявил Гуров. — Вот за это спасибо!

Войдя в свой кабинет и включив компьютер, он вошел в почту и открыл файлы, присланные из информационного отдела. Первый из них оказался отчетом по видеозаписи за тот день, когда произошла кража кота Тибета. Специалисты предполагали, что в тринадцать тридцать, судя по микровибрациям изображения, в дом вошел какой-то человек, сумевший не попасть в поле зрения камеры. В тринадцать сорок пять микровибрации повторились. Этот субъект покинул дом, все так же таясь от объектива.

«Ага! Значит, в тот день в доме все же кто-то был! — подумал Лев Иванович и понимающе покачал головой. — Ну а кто там мог оказаться, кроме Фоминина-младшего? Местонахождение камеры ему отлично известно, как пройти в дом, он знает».

Теперь самое главное! Всякий человек, вошедший в дом, неминуемо встретился бы с Вегой. Конечно, она животина добродушная и весьма доброжелательная к людям. Но ведь они с котом были большими друзьями. Собака ни за что не осталась бы равнодушной к тому, что кто-то чужой в ее присутствии пытается похитить Тибета.

Да и сам кот наверняка оказал бы серьезное сопротивление любому постороннему человеку. Судя по фото, зверь он сильный и довольно увесистый.

Значит, это действительно проказник Ленька наколбасил? Но зачем, почему, для чего? Неужели это ему нужно было только для того, чтобы Тибет не изобличал его во вранье? Если кота украл Ленька, то куда его он мог деть?

— Куда же он мог деть? — вполголоса произнес Гуров.

Его размышления прервало появление Стаса.

Тот, как делал и всегда, не вошел, а ворвался в кабинет, понятное дело, с улыбкой, преисполненной оптимизма, приветственно вскинул левую руку, сжатую в кулак, и жизнерадостно выдал пулеметную очередь:

— Доброе утро! Как поживаем? Что такой задумчивый? Штудируем почту? Что там новенького?

— Да вот информационщики прислали итоги своих трудов, — подчеркнуто спокойным тоном пояснил Лев Иванович суть своих занятий, указав на экран монитора. — Можешь взглянуть. Думаю, тебе будет интересно.