Страница 37 из 107
Прибыв домой через час, Роуэн распаковывает машину, а я собираю вещи на кухне. Она становится моей собственностью. После распаковки Роуэн растягивается на диване, а я начинаю убирать утреннюю грязную посуду и набивать посудомоечную машину, пока решаю, что приготовить. Мне не терпится что-то приготовить. В голове проносится миллион блюд и все эти новые свежие ингредиенты на выбор, я чувствую себя сейчас действительно свободной.
Мое плечо и спина ужасно болят; я взяла у Робин какую-то мазь, чтобы намазать их, но только что поняла, что не смогу дотянуться, чтобы сделать это самой. Схватив тюбик с вонючей жижей, я направляюсь к Роуэну на диван и сажусь рядом с ним, протягивая ему тюбик, и осторожно спрашиваю. Он сегодня не в духе, и явно что-то не так.
— Ты не мог бы помочь? Спина ужасно болит, и я чувствую, что кровь попала мне на одежду.
Он выхватывает тюбик у меня из рук, и я отворачиваюсь от него, стягивая рукава, чтобы обнажить перед ним спину и плечо. Материал, скребущий по моей коже, причиняет адскую боль, но я наслаждаюсь этой болью, — боль стирает старую, которая была раньше. Эта боль на моих условиях.
Я слышу, как Роуэн громко вдыхает.
— Черт возьми, она выглядит потрясающе, ты уже видела? Черт, да он настоящий художник. Не дергайся, сейчас будет немного больно. — Он наклоняется ко мне и говорит через плечо, заставляя меня напрячься от близости и перспективы его прикосновений. Успокойся, сосредоточься, дыши, не паникуй, он не причинит тебе вреда. Я ошибалась, это было чертовски больно. Не давая мне возможности отдышаться, он начинает размазывать мазь по моей чувствительной коже, и, черт возьми, он не шутил. Я шиплю, когда он задевает слишком чувствительное место. Закончив, Роуэн возвращает тюбик мне за плечо, и я встаю, чтобы надеть не окровавленную одежду. Я пытаюсь побороть подступающую к горлу панику, которая вот-вот вырвется наружу. Мне нужно расстояние между мной и Роуэном, а моя комната дает мне несколько минут тишины, чтобы успокоить бушующие эмоции внутри.
После того, как я снимаю свою запятнанную кровью одежду, вымыв руки и уложив непослушные волосы, я готова вернуться на кухню, чтобы приготовить еду для нас и нашего гостя. Мысль о том, что здесь может быть кто-то еще, кроме Роуэна, немного пугает. Устроившись на кухне, я начинаю готовить купленного ранее свежего лосося с чесноком, вялеными помидорами, оливками и стручковой фасолью и кладу его на сковороду в духовку, чтобы потом поджарить на гриле.
Приправляю свежую розовую рыбу травами из небольшого сада за задней дверью, который все это время дразнил из окна. Запахи опьяняют, у меня уже слюнки текут от запахов. Я также готовлю свежий салат и спаржу с лимонным маслом. Мне ужасно хочется сладкого, поэтому решаю приготовить на десерт шоколадно-апельсиновый мусс (десерт, подающий в небольшой стаканчике. Приготовлен из темного шоколада, апельсиновый цедры и сливок. По желанию добавляют лист мяты). Подняв глаза, я вижу, что Роуэн уже дремлет на диване — сон наконец-то настиг его. Я улыбаюсь, глядя на то, как нелепо его большое громоздкое тело выглядит на этом маленьком дурацком диване. Завтра у него будет болеть шея.
Идиот.