Страница 42 из 108
Мы с Луной едва не поперхнулись вином.
Бенни ответил первым.
— Ты шутишь, да?
— Вовсе нет. — Ксандер скрестил ноги в белых брюках и провел рукой по своим гладким светлым волосам. — Вы — искра. Это может продлиться еще год, может быть, два. Почему бы не извлечь из этого выгоду? Почему бы не пойти ва-банк?
Забавно сейчас вспоминать, насколько нелепо все это звучало. Живые выступления? Как такое возможно? Одна только логистика чего стоит. А еще мое расстройство сна. Натянутость «кхм» между Бенни и Ксандером. Абсурд. Я рассмеялась, и Бенни тоже, и на этом, возможно, все бы и закончилось, если бы Луна не наклонилась вперед и не сказала:
— Вам стоит это сделать.
Я перестала смеяться.
— Ты серьезно?
— Я не говорю, что это не рискованно. Это будет чертовски отличаться от записей здесь. — Она сделала круг пальцем, указывая на небольшую двухспальную квартиру, которую мы с Ксандером купили в том году. — Может быть очень напряженно.
Я глубоко прочувствовала эти слова. Несмотря на мою огромную благодарность за наш успех, иногда я хотела повернуть время вспять — вернуться к тому, как было до того, как нас узнавали на улице, когда наши слушатели еще не предполагали, что знают нас вдоль и поперек. За два года с момента записи нашего первого эпизода я пережила фундаментальное изменение моей базовой человечности. Меня раскрыли и выставили на всеобщее обозрение. Внезапно незнакомцы делились своим мнением обо всем, что мы говорили, хорошем или плохом.
В те первые дни я чувствовала себя обязанной участвовать в этих разговорах. Я хотела, чтобы наши слушатели знали, что я ценю их время в любом виде или форме. «Извините, что обидела вас, когда пошутила о ______. Я постараюсь быть лучше». «Я слышу вас, когда вы говорите, что я не представила все стороны аргумента в нашем эпизоде о ______». «Спасибо, что указали на мою ошибку о ______». «Простите». «Простите». «Простите». Я понятия не имела, насколько я отвратительна, пока не стала почти знаменитой. До подкаста я никогда не задумывалась о том, какой должна быть жизнь публичных людей. Есть миллион способов облажаться каждый день.
Бенни постоянно напоминал мне не переживать по пустякам. Никто не может быть прав на сто процентов. Но это не мешало мне хотеть попробовать. Именно поэтому я не могла представить, что буду ездить по стране без цензуры.
— Н-но… — Я моргнула, глядя на него. — Как мы это вообще сделаем?
— Так же, как вы делаете подкаст, — сказал Ксандер. — Только вы будете привязываться к тому городу, в котором гастролируете. Скажем, вы в Чикаго, тогда один из вас исследует историю выживания, связанную с Чикаго. Вам не нужно ничего запоминать. Вы просто выйдете на сцену и будете собой.
— Не знаю. — Я покачала головой. — Думаю, Луна права. Это может быть очень напряженно.
— Также может быть очень прибыльно, — сказал Ксандер.
Было очевидно, что Бенни размышляет.
— А как же график Джой?
— Я учел его. — Конечно, учел. — Мы можем начать в Лос-Анджелесе, освоиться, отработать недочеты. Мы оба путешествовали с Джой раньше. Мы, очевидно, сделаем все необходимые специальные приспособления.
Мы с Бенни уставились друг на друга через журнальный столик. За несколько минут он оттаял к этой идее, а затем и согрелся. Теперь жар волнения залил его щеки румянцем. Я знала, что он никогда не будет давить на меня, чтобы я сделала это. Он оставит выбор полностью за мной и сделает себя счастливым моим решением. Но я также знала, что он представляет нас на сцене в Чикаго, Нью-Йорке, Сиэтле и Денвере, и ему очень нравится это зрелище.
— Можем и попробовать, — сказала я.
В конце концов, что мы теряли?