Страница 30 из 108
— Я буду брать ночи на себя, — сказал Ксандер. Должно быть, он услышал себя, потому что быстро добавил, снова смеясь: — А когда это не сработает, наймем ночную няню.
Вся эта идея казалась нереальной, но Ксандер не сдавался. Через несколько месяцев это стало казаться неизбежным. Мы шли в ресторан, ведя совершенно взрослый разговор, когда мимо проезжала коляска, и он вдруг начинал корчить рожицы смущенному ребенку, а я оставалась стоять рядом с молодой мамой со своим все еще плоским животом, извиняясь за то, что прервала их прогулку. Он был абсолютно одержим.
Я слышу, как вы все умиляетесь, пока я это пишу.
Я также могу предсказать вашу следующую мысль: «Подождите. У них же нет ребенка».
Я раскрываю много личной информации в подкасте. К лучшему или к худшему, вы все знаете о моих детских влюбленностях, моих пищевых пристрастиях, моих злоключениях с психическим здоровьем, даже о грибке на ногтях, с которым я борюсь с 157-го выпуска. Я столько раз говорила, не подумав, что иногда переживаю, что мой фильтр сломался. Но единственная тема, о которой я ничего не рассказывала, — это дети.
Люди строят догадки. Я не могу их винить. Я тоже строю догадки. Если человек достиг определённого возраста и у него нет детей, невольно задаёшься вопросом: почему. Неважно, счастлив он или одинок, женат или разведён, нейроотличен или нейротипичен, психопат или телепат, богат или едва сводит концы с концами — или ничего из вышеперечисленного, или что-то из вышеперечисленного. Ты задаёшься вопросом. Ты удивляешься, почему в определённом возрасте у этого человека нет детей.
Я — человек определённого возраста. И я действительно забеременела.