Страница 32 из 78
Он посмотрел на неё. Это могло значить всё что угодно. Что связь с наследственным проклятием ослабла, что система временно отступила, или что она просто перегруппировывается.
— Может, это хорошо, — осторожно предположил он.
— Или это затишье, — парировала она. Но в её глазах не было паники. Была бдительность. Бдительность солдата, знающего, что война не закончилась от одной выигранной стычки.
Они дошли до особняка на Пречистенке молча. Дом встретил их привычной, гулкой тишиной. Но и она была иной. В ней не чувствовалось прежней напряжённой, выжидающей враждебности. Было пусто. Совсем как после отъезда нежеланных гостей.
В кабинете Лауры на столе всё ещё лежали разобранные осколки зеркала, блокнот с записями и пустая чашка от вчерашнего кофе. Артефакты битвы. Арсений подошёл к окну, откинул тяжёлую портьеру. На улице стремительно светало.
— Мы сделали лишь первый шаг, — сказал он в тишину комнаты. — Мы нашли слабое место. Любая система имеет ядро. Его можно атаковать и даже разрушить навсегда.
Полина села в кресло, сняла ботинки и поджала под себя ноги. Она выглядела смертельно уставшей, но её ум работал.
— Для следующей атаки нужны информация и… свои артефакты. Не унаследованные. Созданные нами. Чтобы не играть по её правилам, а диктовать свои.
Она посмотрела на осколки зеркала.
— Начинаем с главного архива завтра? Будем искать других, кто сталкивался с этим? Кто мог что-то записать, но не был стёрт до конца?
Арсений кивнул. План рождался сам собой, логичный и неумолимый, как следствие всего, через что они прошли.
— Завтра. А сегодня… — он обернулся к ней. — Сегодня мы просто отдыхаем. Потому что завтра начинается настоящая работа.
Он протянул ей руку, чтобы помочь подняться. Она доверчиво приняла её. Их пальцы снова сплелись. Только уже не в панике, не в попытке удержать ускользающую реальность, а в простом, твёрдом рукопожатии союзников.
Они потушили свет и вышли из кабинета, оставив за спиной портрет Лауры Лемерсье, которая, возможно, наконец-то, обрела покой. Впереди была длинная, трудная дорога, но они шли по ней вместе. Впервые за долгое время у них была не только цель «выжить», но и шанс. Пусть призрачный и совершенно безумный эту систему сломать.