Взаперти

Она усмехнулась и продемонстрировала распечатки, сделанные с копий Гордона.

— Мужчину зовут Гюстаф Мюлдер. Если паспорт подлинный, то у вас есть его год и место рождения, плюс куча визовых штампов, которые подтверждают его активные перемещения по Европе и Южной Америке. Так что за работу, господа. Если через эти данные мы сможем вычислить его напарника, которому удалось уйти от Карла и Асада, то мы сорвем настоящий куш.

Специалисты согласно кивнули.

— Мы уже связались с оператором того полицейского дрона, который преследовал нападавшего во время его бегства через поле. Дрон подлетел слишком близко, и преступник просто сбил его точным выстрелом. Именно поэтому парню удалось скрыться без следа.

Несколько единиц самого тяжелого автоматического оружия лежали на отдельном столе — именно эти стволы они решили не сдавать Бенте Хансен. У каждого оружия такого калибра всегда есть своя история: кто его произвел, когда, какими путями оно попало в руки наемников? Этими вопросами как раз занимался один из аналитиков-историков.

В это время на рабочий стол Мерете выложили фотографии остальных вещей из машины беглецов, сделанные Гордоном. Там были крупные планы серийных номеров, общие ракурсы маркировок, деталей дизайна — в общем, огромный массив информации для анализа и поиска. Если получится отследить продавца или покупателя хотя бы одного из этих предметов, это уже будет огромной победой.

— Хм-м-м... — Мерете задумчиво окинула взглядом разложенные снимки. — Общее впечатление от всего этого такое: наше дело вышло на совершенно другой уровень. Здесь наверняка замешаны местные исполнители, но абсолютно всё указывает на международных заказчиков. Причем заказчиков невероятно влиятельных, расчетливых и жестоких. Наша задача — не раскрыть это преступление, эти следы мы с удовольствием оставим официальной полиции. Наша цель — найти и остановить тех, кто пытается уничтожить Карла. Я говорю о верхушке, о тех, кто отдает эти приказы. Спутниковый телефон — наша главная зацепка. Но параллельно попробуйте перерыть весь интернет: не связывался ли кто-то из наших подозреваемых с контактами из-за рубежа, особенно из Нидерландов. Посмотрим, куда это приведет. Гордон упоминал какого-то пропавшего полицейского из Роттердама. Возможно, стоит поискать его цифровые следы в сети?

В этот момент Мерете прервалась, поблагодарила команду и повернулась к Розе, которая только что тихо вошла в комнату.

— Отличная работа, Роза. За тобой не было хвоста, как думаешь?

— Возможно, какую-то часть пути.

— А за Гордоном?

— Думаю, он сразу поехал домой отсыпаться. Ему сегодня ночью почти не удалось поспать.

— Как там Карл?

— И он, и Асад до сих пор в ярости и глубоком шоке. Сегодня ближе к полудню чаша их терпения окончательно переполнилась, когда пришло известие, что в больнице скончался еще один из тяжелораненых заключенных. Асад говорит, что Карлу и Харди сейчас невероятно тяжело сидеть сложа руки взаперти.

Мерете помрачнела от этих слов. Она ведь тоже чувствовала свою вину в произошедшем, и хуже всего было то, что её посланник, Поль Манон, тоже погиб в этой заварухе.

— Что ж, теперь мы все ждем результатов расшифровки того спутникового телефона. Мы знаем, кто был на одном конце провода, но кто отдавал приказы на другом? Сейчас и наши ребята, и группа Бенте Хансен вовсю копаются в этих данных. Будем надеяться, что кому-то из нас улыбнется удача.

Мерете ободряюще скрестила пальцы перед собой.

Роза в ответ сделала то же самое.

— Начальник убойного отдела сегодня собирал нас на экстренное совещание. У меня стойкое ощущение, что он знает о нашей подпольной деятельности гораздо больше, чем нам кажется.

— Я думаю так же, — согласилась Мерете. — Вчера он пытался пройти в палату к Кеннету, но тот до сих пор в искусственной коме, так что Маркусу не удалось ничего из него выудить.

Роза молча присела на стул и оглядела комнату. Девять преданных, высококлассных специалистов, готовых до последнего драться за честное имя Карла.

Эх, если бы сам Карл мог сейчас это видеть.