Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 42 из 64

Я взглянул на часы. Да, до лекции осталось всего десять минут. Ни о какой экскурсии прямо сейчас, конечно, уже и речи быть не могло.

На лекции я выяснил, что внешней политикой на предприятии интересуется не только замдиректор. Вопросов из зала было достаточно много. Самый интересный вопрос был о том, почему европейские страны не понимают, что с Советским Союзом им будет гораздо продуктивнее налаживать партнерство, чем с агрессивными американцами.

Работник завода, который об этом спрашивал, чуть ли слюной не брызгал. Он так возмущенно размахивал руками, что люди, что сидели рядом с ним, отстранялись, чтобы не схлопотать по лицу или по плечу.

Пришлось, конечно же, разъяснять.

Сказал, что американцы не зря десятилетиями обучают у себя в ведущих университетах детей европейской элиты. В том числе и для того, чтобы они потом, вернувшись в Европу, американскую линию у себя проводили. Рассказал про то, как тесно срощены банковские и промышленные структуры Западной Европы и США. И про то, как много американских военных баз на территории Европы. И как Вашингтон запугивает европейские страны, угрожая, что если они не будут помогать ему противостоять Советскому Союзу, то он бросит европейцев один на один с якобы опасным и агрессивным Советским Союзом, чтобы тот немедленно их оккупировал.

— Ну и не забывайте, товарищи, — сказал я, — о каком сотрудничестве Западной Европы и СССР против США может идти речь, если европейцами манипулируют? В европейской прессе с подачи американцев всячески демонизируют Советский Союз и даже советских граждан. Вот простой вам пример. Каждый год чемпионаты мира по множествам видам спорта проходят, как известно. Как вы считаете, фотографии каких именно советских женщин-спортсменок преимущественно размещают в европейских газетах?

Хотя вопрос был задан в зал, никто на него, понятное дело, ответить не смог. Думаю, скорее всего, даже те, кто каким-то образом имел возможность посмотреть на европейские газеты, вряд ли был готов прямо сейчас признаваться, что имеет такой опыт. Мало ли что про него подумают на родном предприятии нехорошее? К примеру, что специально искал западные газеты, потому что советская пресса его почему-то не устраивает…

— Так вот, товарищи, — сказал я. — Чаще всего и с огромным удовольствием в европейских газетах печатают фотографии с советскими тяжелоатлетками. Теми, что штанги поднимают. Как сами вы понимаете, это очень крепко сложенные женщины. Вот поэтому их фотографии с удовольствием в европейской прессе и публикуют, чтобы создавать впечатление, что в СССР все женщины именно такие. Мол, могут взять двух европейцев за шкирки, и лбами друг о друга стукнув, убить их на месте. То есть внушают, что даже женщины в СССР такие, что опасны для рядового европейца. А вот фотографии с нашими красавицами-фигуристками или баскетболистками достаточно редко в прессе появляются. Вот такая у них совершенно осознанная политика оболванивания собственных граждан…

Лекция закончилась, и мы пошли с замдиректора на экскурсию по двум цехам. Он не особенно торопился, все показывал и рассказывал.

Видно было, что модернизация тут не помешает. Более того, она жизненно необходима. Модели чемоданов, что я видел, производили жалкое впечатление, — обнять и плакать. Скорее всего, в тридцатых годах это производство было заложено, и ничего с тех пор особенно по ассортименту не изменилось. Я деликатно по этому поводу ничего не говорил. А сразу после экскурсии замдиректор меня к директору повел.

— Как раз, — сказал он радостно, — удачно вышло, что он с министерства вернулся.

Ну да, пока экскурсия шла, к нему все время разные люди подходили с какими-то вопросами. Видимо, один из них и про директора рассказал, пока я отвлёкся.