Хищник, прирученный ею

Глава 12

Всю ночь я не смогла сомкнуть глаз. Думала о вчерашнем психе. Не просто так ведь он там оказался. Да и этот лазер... Кто это был интересно? Алекс? Или снова он?

Есть здесь взаперти плюсы. Я наконец могу отдыхать, сколько душе угодно. Никакой учебы, никакой спешки, никаких распланированных дней. Но один жирный минус перечеркивает все это - родители. Я даже представить боюсь, что они сейчас переживают. Если бы была хоть одна возможность связаться с ними... Если бы...

С тяжелым вздохом поднимаюсь с кровати и бреду в ванную. После душа натягиваю широкие белые брюки и черный кроп-топ с прозрачной сеткой. Волосы… При виде них в памяти снова всплывает парень с улицы. Его голос до сих пор звучит в голове: «Ты и вправду красивая. Особенно с мокрыми волосами».

Все. Надо это прекращать. Он мне больше не попадется на глаза.

Слегка подсушиваю волосы феном, собираю их в пучок и выхожу из ванной. Резко останавливаюсь, когда вижу перед собой Алекса. Какого черта?!

Я закипаю с новой силой, готовая обрушить на него град проклятий, но он вдруг поворачивает ко мне экран телефона. На нем высвечивается надпись: «Систер».

- Подружка твоя незаменимая, - выдает с усмешкой.

Неужели Мэриан?

- Да, Мэриан?

- Николь! - слышу в трубке ее голос. Обеспокоенный, да, но только за меня. Значит, с ней самой все в порядке? Тот парень ей ничего не сделал? - Ты в порядке?

- В полном, - отвечаю, как можно увереннее. - За меня не боись, подруга.

- Этот псих тебя не трогает? Кай сказал, тебя увезли в безопасное место.

- Безопасное? - фыркаю я, глядя на его бесячую ухмылку. - Скорее, под охраной. Все было шикарно ровно до того момента, пока не появился этот шизик. Но не бойся, от меня он точно не получит ничего, кроме пары ударов между ног.

В ответ на мои слова он делает такое выражение лица, будто я сейчас сказала что-то чертовски забавное. В трубке слышится взволнованный голос Мэриан:

- Николь, пожалуйста, будь осторожна. Я поговорю с Каем.

Поговорит с Каем... Она бы так не говорила, если бы боялась его, да же?

- Не переживай, Мэриан. Я справлюсь. Ты же меня знаешь. Пусть только посмеет меня тронуть, я его без дружка оставлю.

Он резко сбрасывает вызов.

- Поговорили и хватит. Теперь моя очередь. Смотрю, ты переоделась. Красиво. Только... слишком закрыто.

Ну бывают же такие извращенцы, у которых только одно на уме.

- Специально для тебя старалась, - говорю вслух. - А теперь выйди из комнаты. Из дома, вижу, тебя бесполезно выгонять.

- С чего бы мне уходить? Я вообще-то за своим желанием пришел?

- За каким еще желанием? У меня и так из-за твоего чертового аукциона завелся очередной маньяк, который смотрит на меня, как на свежее мясо.

- Понимаю его. Там практически все так на тебя смотрели. Эффект вышел даже мощнее, чем я думал. Все спрашивают: будет ли еще такой офигенный товар.

Кретин!

Ярость захлестывает меня с головой. Как он может стоять тут и наслаждаться ситуацией, словно я - его трофей, удачное вложение? Сжимаю кулаки, чувствуя, как ногти впиваются в ладони. Каждое его слово - как спичка, поднесенная к пороховой бочке моего терпения.

- Слушай сюда, ублюдок, - цежу сквозь зубы, делая шаг вперед. - Я не вещь. Не лот на аукционе. И уж точно не игрушка для таких, как ты. Вы все можете катиться ко всем чертям со своими желаниями.

Алекс вскидывает бровь, его ухмылка становится шире, будто мои слова только подогревают его интерес. Он делает шаг ко мне, сокращая расстояние, и я инстинктивно отступаю, пока лопатки не упираются в край двери. Останавливается в полуметре, склоняя голову набок, рассматривая меня, будто я - диковинный экспонат.

- Огонь, - тянет он с явным удовольствием. - Именно это и нужно этим изголодавшимся идиотам, которым осточертели послушные шлюхи. А ты, тигренок, - он протягивает руку и касается кончиками пальцев пряди волос, выбившейся из пучка. - Отвлечешь их собой, пока я буду разбираться с одним дельцем. Не переживай, ложиться под них не заставлю. Не настолько же я плохой. И да, прежде, чем накинешься на меня, напомню. Ты проиграла спор и должна мне желание.

Я вжимаюсь спиной в дверной косяк, чувствуя, как холодок пробегает по позвоночнику от его прикосновения. Его пальцы скользят по моим волосам, и это вызывает во мне такую бурю отвращения, что я едва сдерживаюсь, чтобы не отшатнуться. Но я не могу показать слабость. Не перед ним. Он уже слишком много себе позволяет, и если я сейчас сдамся, он будет считать, что может делать со мной все, что вздумается.

- Желание, - повторяю я, стараясь, чтобы голос звучал холодно и уверенно. - Ты хочешь, чтобы я помогла тебе в твоих грязных играх, притворяясь приманкой для таких же уродов, как ты сам? Я, может, и проиграла спор, но это не значит, что я соглашусь на все, что тебе взбредет в голову. У желания есть границы. Я не вещь. И не собираюсь разыгрывать спектакль перед этими мудаками. Найди другую дуру.

Он делает еще один шаг ко мне, и я чувствую спиной холод двери. Уйти некуда. Его лицо оказывается слишком близко, и я вижу, как в глазах мелькает что-то опасное, то, что заставляет мое сердце пропустить удар.

- Ты забываешь кое-что, тигренок, - произносит он тихо, почти шепотом, от которого по коже бегут мурашки. - Желание может быть любым. И я пока что выбрал самый безобидный вариант. Если ты продолжишь упрямиться, другое может тебе не понравиться. И поверь, я умею быть изобретательным.

Я сглатываю комок в горле. В голове проносится сотня мыслей, каждая мрачнее предыдущей. Да он куда хуже, чем я думала.

- Значит, угрожаешь? - мой голос звучит тихо, но в нем сталь. Я смотрю ему прямо в глаза, не позволяя страху взять верх.

- Оо, ну что ты?! Просто предлагаю сделку. Никто к тебе не притронется. Ты просто будешь стоять рядом, красивая и неприступная, пока я сделаю свое дело. Твоя задача - отвлекать, соблазнять взглядом, улыбкой - но не телом. Я же сказал, ложиться под них не заставлю. Мне нужно, чтобы они смотрели на тебя, а меня даже не замечали.

Он разворачивается и идет к двери, но на пороге останавливается и оборачивается.

- Завтра вечером. Будь готова к восьми. Часы, я думаю, здесь найдутся. Платье подберу сам. Увидимся, тигренок.

Дверь захлопывается, и я остаюсь одна. Ноги подкашиваются, и я сползаю по стене на пол, обхватывая колени руками. Закрываю глаза и делаю глубокий вдох. Мысленно переношусь в свою старую комнату, к запаху маминых духов, к отцовскому ворчанию за завтраком.

Уроды! Какие же они все уроды! Я ему не проститутка, чтобы соблазнять наглухо отбитых бандитов. К тому же в одежде, что подберет он. Видела я уже, какой у него вкус. Сначала на аукцион выставил, а теперь хочет, чтобы я роль соблазнительницы играла? Да катись он к черту со своим спектаклем!

Сжимаю руками голову, пытаясь унять бешеный стук сердца. С одной стороны - страх, липкий и холодный, обволакивает внутренности. С другой - злость, жгучая, как раскаленный металл.

Поднимаюсь с пола и подхожу к окну. Смотрю на залитый солнцем сад, такой безмятежный и спокойный снаружи, и такой тюремный для меня изнутри.

Я могу отказаться. Пусть выполняет свое дурацкое желание сам - но что он выберет тогда? Мысль о том, что этот псих способен придумать что-то похлеще, заставляет меня сжать подоконник до побелевших костяшек.