Страница 13 из 37
- Но всему свое время, - говорит он, и в его голосе слышится обещание, которое заставляет меня содрогнуться. - А пока наслаждайся предвкушением.
Он поворачивается и уходит. Дверь скрипит, закрываясь за ним, и комната вновь погружается в полумрак. Я остаюсь одна, связанная, разъяренная и напуганная. Но в глубине души зарождается крошечная искорка надежды. Он сказал, что Мэриан в зале. Это значит, что я увижу ее, не важно при каких обстоятельствах.
О его словах о сцене, о пропуске к другим и о том, во что меня вырядили стараюсь не думать. И так понятно, что задумал нечто ужасное.
Я опять пробую ослабить веревки, но они лишь впиваются глубже, оставляя красные следы на коже. Замираю, услышав, как ключ в двери снова поворачивается. Снова этот мудак?
К моему удивлению, нет. Но появляются совсем незнакомые лица, что наоборот лишь усиливают мой страх.
- Кто вы такие? Что вы собираетесь со мной сделать? Не трогайте меня! Сказала же, не трогайте!
Не обращая внимания на мои крики, мужчины в черных масках надвигаются ко мне. Я дергаюсь, когда они прикасаются ко мне, но из-за веревок не могу им противостоять. Двое из них грубо хватают меня за плечи, рывком поднимая на ноги. За спиной другой, придерживая мою голову, туго завязывает глаза черной тканью, превращая мир в кромешную тьму. Слезы, горькие и жгучие, ручьем текли по щекам. Мне перекрывают рот, чтобы я не могла кричать, и от этого паника только сильнее нарастает. Я брыкаюсь в их руках, царапаю ногтями все, что под руку попадется, но все тщетно.
Чертов мудила! Что ты собираешься со мной сделать, ублюдок?!
Эти твари, будто мешок, волокут меня куда-то, даже не заботясь о моих связанных ногах. Я с трудом передвигаюсь, проклиная на каждом шагу этого психа.
Потом эти мрази спускаются вниз по лестнице. Это я понимаю, когда на первой же ступеньке подворачиваю ногу. Стиснув зубы до боли, я сдерживаю рвущийся из груди крик. И так из-за нескончаемого потока слез и духоты не могу нормально дышать. Этих чудовищ не волнует, что я связана, что мне страшно. Они продолжают меня таскать и таскать, пока наконец не останавливаются.
Снимают с глаз повязку, но не успеваю я моргнуть, как на мою голову приземляется нечто другое. Маска, но полностью закрывающая лицо спереди.
Меня ставят на что-то твердое, плоское. Кто-то трогает мои волосы, расправляя их, затем что-то тонкое и холодное одевает на шею и прикрепляют к груди. Чувствую себя живым гребаным экспонатом в музее, которого лапают все подряд. Мерзкое! До глубины души тошнотворное ощущение!
Резко что-то подо мной начинает двигаться. Напрягаюсь всем телом, чтобы не свалиться, потому что понимаю, что это что-то начинает подниматься вверх. И с каждой секундой крики, смех, свисты становятся все громче и громче.
Я замираю, чувствуя, как холодный пот стекает по спине под тонкой тканью, которое теперь казалось единственной преградой между мной и сотнями любопытных, похотливых взглядов. Пол под ногами вздрагивает, окончательно замирая на высоте, и я понимаю, что стою на сцене, выставленная напоказ. Гул толпы нарастает, превращаясь в единый, ревущий зверь, который жаждет зрелища.
Сердце колотится где-то в горле, перекрывая звуки зала. Я пытаюсь сосредоточиться, разглядеть хоть что-то сквозь узкий обзор маски, но вижу лишь размытые пятна лиц внизу. Маска закрывает лицо, лишая возможности хоть как-то среагировать на все происходящее.
С меня снимают ее. Я моргаю, привыкая к яркому свету люстры над сценой и стробоскопов, направленных прямо на меня. Передо мной - огромная толпа людей. Они сидят в зале, похожем на театр и каждая пара глаз смотрит на меня. Нагло, жадно, оценивающе. Это не просто взгляды, это физическое ощущение. Я чувствую, как они скользят по коже, по моим конечностям, по всему, что едва прикрывает эта дурацкая «тряпка».
Паника накатывает новой волной, грозя захлестнуть меня, но я из последних сил ее сдерживаю. Где-то в глубине сознания мелькает мысль о Мэриан. О том, что она здесь, где-то в этом зале. Это единственное, что помогает мне не рассыпаться на части.
Я делаю глубокий вдох, стараясь успокоить сердцебиение, которое, кажется, грозит выскочить из груди. Мои связанные руки, кажется, натянуты еще сильнее, и я чувствую, как они отягощают меня, придают моей позе какую-то обреченность. Мне хочется кричать, ругаться, плеваться, но я знаю - это бесполезно. Это лишь даст им то, что они хотят - мою полную беспомощность, мой страх.
Особенно одному долбаному психопату, взгляд которого я улавливаю среди сотен других. Он со своей вечной ухмылкой поворачивает голову в сторону. Я следую за ним и натыкаюсь на Мэриан. О, Господи! Она, правда, здесь!
Сердце бешено стучит в груди, когда вижу ее встревоженное лицо, залитое слезами, и руку рядом сидящего парня, удерживающего ее. Так вот кто забрал тебя. Еще один наглухо отбитый шизик! Во что же мы вляпались, подруга?!
Меня с головы до ног пробирает дрожь, стыд и бесконечное желание провалиться сквозь этот пол! Настолько фигово я себя чувствую сейчас, что согласна, если меня убьют прямо здесь! Пусть скинут со сцены, пристрелят, да что угодно, лишь бы не возвращаться домой с этим позором!
Снова перевожу взгляд на того, кто втянул меня во все это, выставил на продажу, как дешевку, а теперь сидит и довольно смотрит на меня, наслаждаясь моим унижением. Глотая слезы, я стараюсь не показывать ему, как сильно он меня сломил. Он добился своего - я на грани истерики. Но где-то глубоко внутри, за этой непробиваемой стеной страха и отчаяния, зреет гнев. Он наслаждается моей слабостью, моей болью. Я чувствую, как эта боль медленно, но верно трансформируется в ненависть. И эта ненависть - единственное, что дает мне силы держаться.
Его ухмылка становится шире. Он будто читает мои мысли, знает, что я готова развалиться на части. И в добавок ко всему, будто мне унижений не хватило, медленно поднимает табличку вверх, делая ставку.
ЧЕРТОВ УБЛЮДОК!!
Я не буду Николь Харпер, если не заставлю тебя сполна заплатить за это, Алекс Харрисон!!