Страница 15 из 33
Разумеется, она могла позвонить Тони. Но хотя их тесное знакомство и оставило у нее самые приятные впечатления, завязывать серьезные отношения с молокососом ей не хотелось. Она прямо сказала ему, что не видит смысла продолжать знакомство, и юноша с ней согласился, хотя и неохотно. Новая встреча могла бы внести сумбур в его неокрепший ум и стать для Нади впоследствии обузой. Поэтому разумнее было навсегда забыть о нем, как об одноразовой игрушке, которой она славно попользовалась.
Надя подняла телефонную трубку, набрала номер, но, передумав, швырнула трубку на рычаг. Номер записала на листке блокнота ее секретарша, поскольку была обязана регистрировать все звонки в банк. Поколебавшись, Надя вновь набрала номер телефона в мастерской Гамильтона. После второго гудка он взял трубку.
– Алло! – Его густой баритон звучал мелодично, как звук виолончели.
– Это Надя, – промямлила она, не зная, что говорить дальше.
– Вот как… – Похоже, Джек не обрадовался ее звонку.
– Извините, я просто…
– Что тебе надо? – резко спросил он.
– Хочу увидеться, – призналась она, холодея.
– Почему ты мне не перезвонила? Я трижды просил твою секретаршу соединить меня с тобой!
– Мне нужно было разобраться в своих чувствах и мыслях, Джек! – пролепетала Надя.
– Что это значит? Говори яснее!
– Я не знала, что ты женат, – призналась она. – А когда узнала, то была настолько потрясена, что долго не могла найти себе места. Но теперь я приняла решение.
– Понимаю, – после паузы сказал Джек.
– Если хочешь, мы можем поужинать вместе.
– А почему бы и нет? Когда?
– Сегодня. Для этого есть достойный повод.
– Хорошо. Встретимся здесь или у тебя?
– Может быть, сходим в ресторан?
– Нет, не хочу!
– Тогда я что-нибудь приготовлю!
– Это другое дело. Я привезу шампанского.
– Запиши адрес! Жду тебя к восьми часам.
– С нетерпением жду новой встречи с тобой, Надя! Я рад, что ты мне позвонила.
Положив трубку, Надя заглянула в холодильник, он оказался пуст. За углом ее дома находился супермаркет, она помчалась туда, радуясь возможности отвлечься от навязчивых грустных мыслей. Она решила приготовить что-нибудь незамысловатое.
Полутора часов ей хватило, чтобы купить продукты, приготовить их и накрыть в столовой стол. Затем Надя приняла душ, сделала макияж и стала одеваться к ужину, решив надеть что-нибудь простенькое. Но, открыв шкаф, она невольно задумалась: нижнее белье требовало особо тщательного отбора для интимной встречи, а тем более с женатым мужчиной. Основой их рандеву был секс, и это следовало учесть. Мосты были сожжены, решение принято. Оставалось действовать.
Звонок в дверь прозвучал в пять минут девятого. Надя выглянула в окно спальни и увидела отъезжающее от тротуара такси. Она поправила перед зеркалом прическу и окинула себя взглядом. Выбранный наряд – приталенное красное платье с развевающейся юбкой – выглядел скромно, однако удачно сочетался с ее цветом волос и выразительной фигурой. Надя сбежала по лестнице, чувствуя, как отчаянно колотится в груди сердце, и распахнула входную дверь.
– Привет!
– Привет! – Гамильтон вошел в прихожую, одетый в светло-голубые линялые джинсы и бежевую рубашку военного покроя, с карманами на груди. В руке он держал пакет с бутылкой.
– Проходи!
Надя встала на цыпочки и чмокнула его в щеку.
– Очень мило, – промурлыкал Джек, оглядывая прихожую, на стенах которой висели литографии.
– Сюда, пожалуйста! – Она провела гостя через кухню в столовую, створчатые двери которой были распахнуты во внутренний дворик. Надя поставила на столик бокалы для шампанского, ведерко с колотым льдом и хрустальную вазочку с черными оливками.
– Открыть бутылку? – спросил Джек и, не дожидаясь ответа, мастерски откупорил шампанское сорта «Моэт Шандон». Он наполнил им бокалы и поставил бутылку в ведерко.
Надя взяла бокал и сказала:
– За нашу встречу!
– За встречу! – повторил он, глядя ей в глаза. – Ну, и что же мы празднуем? – спросил он, присаживаясь на стул.
– Меня повысили в должности. Но это не так уж важно, – ответила Надя.
– Нет, мне интересно! Расскажи, какие подвиги ты совершила! – настаивал Джек, улыбаясь.
Она рассказала. Джек был ошарашен, узнав ее подлинное социальное положение. Придя в себя после потрясения, он стал расспрашивать ее о механизме подобного рода сделок. Наде пришлось объяснять. Джек слушал ее раскрыв рот.
– Теперь я понимаю, почему тебя ввели в совет директоров банка! – воскликнул он, когда она закончила свой рассказ.
– Мне просто повезло, я первая узнала о кончине Норы Бабкок, – поскромничала Надя.
– Но какую изощренную ты придумала комбинацию! А главное, все участники сделки довольны, – возразил Джек и, встав, вышел в садик.
Теперь он поразил Надю своими познаниями в ботанике, подробно рассказав ей о растениях в ее саду и их происхождении.
– Это мое хобби, – пояснил он. – Маленькая отдушина.
Надя почувствовала, что между ними образовалась расселина, которая с каждой минутой становится все шире и глубже. Их вторая встреча затягивалась, теряя обаяние, которое было присуще их первому свиданию, сумбурному и стремительному. Она понимала, что сама виновата в этом, но почему-то не торопилась исправить свою ошибку и стать мостиком между двумя краями обрыва. Она рассчитывала, что страсть поможет ей изжить затаенную на Джека обиду. Но похоже было, что он ждал от нее дополнительных объяснений и извинений.
– У тебя совершенно нет сердца! – воскликнула она.
Джек смерил ее тяжелым взглядом и, присев на скамейку, предложил ей присесть рядом.
– Мне не хочется, – капризно ответила она, надув губки.
– Не упрямься, Надя! Мы взрослые люди, а ты ведешь себя как девчонка. Нам нужно серьезно поговорить.
Она отхлебнула из бокала и выполнила его просьбу.
Джек повернулся и вперил в нее пронзительный взгляд своих темно-карих глаз:
– Я хочу кое-что объяснить тебе, Надя!
– Не надо лишних слов! Ты женат, и это все объясняет. Но почему ты сразу не сказал мне об этом?
– Я подумал, что ты знаешь. Биографическая справка обо мне имелась в проспекте выставки. Ты не можешь обвинить меня во лжи!
– Это так, – сказала Надя, опуская глаза, чтобы скрыть наворачивающиеся слезы. Губы ее тряслись, и руки тоже. – У тебя было много романов? – с дрожью в голосе спросила она первое, что пришло ей в голову.
– Дурацкий вопрос. – Джек раздраженно передернул плечами. – Я весьма разборчив в сексуальных связях.
– В этом я как раз и не сомневаюсь, – с издевкой заметила она.
– Послушай, по-моему, нам не стоило встречаться, – раздраженно обронил Джек, помрачнев как туча. Его ноздри раздувались от гнева.
– Мне тоже так кажется, – выпалила Надя.
Но в промежности ее полыхал пожар, она трепетала от вожделения. Чувствуя Джека рядом с собой, она жадно втягивала аромат его тела, ощущала его мужскую ауру, млела под его взглядом. По бедрам ее потек сок. Она готова была отдаться ему немедленно, здесь же, на скамеечке во внутреннем дворике. Дни разлуки окончательно лишили ее силы воли. Не проходило и часа, чтобы образ Гамильтона не возникал перед ее мысленным взором. Он запал ей в душу так, как ни один другой мужчина. Ей казалось, что она готова смириться с тем, что он женат на другой, притвориться, что их влечет друг к другу только физически. Но ей это не удалось. Она утратила уважение к нему, поставила на одну доску с Джеффри Алленом, подлым обманщиком, разбившим ей сердце. Рассудком она презирала его как неверного мужа, но плоть ее не желала идти на поводу у здравого смысла, она жаждала новых бурных страстей. И теперь, ерзая по скамейке, Надя окончательно запуталась и не знала, как ей быть.
Джек поставил бокал на столик, встал и вернулся в дом.
Повторялся эпизод, однажды случившийся с Джеффри, но тогда страсть еще не сжимала Надю так крепко, как теперь. Она вскочила и побежала за ним, крича: