Сильвия и Бруно

Бруно напряжённо слушал, но стоило Сильвии остановиться, чтобы перевести дух, он сразу же выпалил:

— А Булка?

— Ага, — сказала Сильвия, — следом идёт Булка. Бруно вновь закрыл крышку и пошёл дальше, но потом опять подумал, что нужно заглянуть в корзину. И се — Булки нет! («А что такое „се“?» — спросил Бруно. «Тихо!» — приказала Сильвия.) И Бруно говорит: «Старший Лисёнок, это ты съел Булку?» Старший Лисёнок отвечает: «Нет-нет-нет!» — «Средний Лисёнок, это ты съел Булку?» А средний Лисёнок отвечает: «Ням-ням-ням!» Бруно заглянул ему в рот, а рот набит Булкой! («Как он только не подавился!» — сказал настоящий Бруно.) И Бруно говорит: «Вот, значит, как! Ну что мне делать с этими Лисятами!» И он пошёл дальше. («Сейчас будет самое интересное», — прошептал Бруно.)

И когда Бруно вновь открыл крышку корзины, угадайте, что он увидел? («Только двух Лисят!» — не вытерпел настоящий Бруно.) Можешь ты не встревать? Но там и вправду были только двое Лисят. И Бруно сказал: «Старший Лисёнок, ты что, съел своего младшего братца?» Старший Лисёнок ответил: «Нет-нет-нет!» — «Средний Лисенок, так это ты съел своего младшего братца?» А средний Лисёнок изо всех сил попытался быстренько сказать «нет-нет-нет», но у него вышло только «ниям-ниям-ниям»! И когда Бруно заглянул ему в рот, то рот оказался наполовину забит Булкой, а наполовину Лисёнком! (На сей раз во время паузы Бруно ничего не сказал. В предчувствии развязки он засопел от волнения.)

А когда Бруно подходил к дому, он ещё раз заглянул в корзину и увидел…

— Всего лишь… — подхватил Бруно, но тут его осенила великодушная мысль, и он обратился ко мне. — Теперь вы можете сказать, господин сударь! — предложил он. Это было благородно с его стороны, но я не стал похищать у него удовольствия сказать самому.

— Давай ты, Бруно, — ответил я. — Ты всё равно скажешь лучше.

— Всего лишь! Только! Одного! Лисёнка! — торжественно произнёс Бруно.

— «Старший Лисёнок, — продолжала Сильвия, в спешке начав сразу с прямой речи, — ты всё время оставался таким хорошим, что я не могу поверить, будто и ты вдруг сделался непослушным! Но я начинаю опасаться, что ты съел свою младшую сестрёнку!» И старший Лисёнок ответил: «Нюям-нюям-нюям!» И тут он подавился. Бруно заглянул ему в рот, а рот был набит… — Сильвия сделала паузу, чтобы перевести дух, а Бруно откинулся на спину среди маргариток и торжествующе смотрел на меня.

— Здорово, правда, господин сударь? — сказал он.

Я попытался придать своему голосу критические нотки:

— Здорово-то здорово, однако кое-кто может здорово испугаться.

— А вы сядьте поближе ко мне, — предложил Бруно.

— И вот Бруно пришёл домой. Он отнёс корзину на кухню и там открыл её. И он увидел… — На сей раз Сильвия тоже взглянула на меня, словно опасалась, что про меня совсем забыли, и нужно позволить хоть раз и мне угадать.

— А он не может угадать! — поспешил сообщить Бруно. — Мне придётся подсказать ему. Там… Там ничего не было в корзине!

Я вздрогнул от ужаса, а Бруно захлопал в ладоши от удовольствия.

— Он испугался, Сильвия! Расскажи конец!

— И Бруно сказал: «Старший Лисёнок, ты что, съел самого себя, глупый ты, противный Лисёнок?» А старший Лисенок отвечает: «Ниям!» Тут Бруно пригляделся и видит, что в корзине остался один только рот! Бруно взял этот рот, раскрыл его и как потрясёт! В конце концов он вытряс старшего Лисёнка из его же собственного рта! Тогда он сказал: «Открой ещё раз пошире свой рот, скверное ты созданье!» И он его как потрясёт! И вытряс среднего Лисёнка. Тогда он сказал: «Ну-ка, открывай свой рот!» И тряс, тряс, тряс! Пока не вытряс младшего Лисёнка, все Яблоки и Булку!

Затем Бруно построил всех троих Лисят в рядочек у стены и сказал им речь. «Вот что, Лисята. Вы начали очень дурно, и за это вы будете наказаны. Сначала вы поднимитесь в детскую, вымоете мордочки и наденете чистые салфетки. Потом вы услышите звонок к ужину. Тогда вы спуститесь в столовую и не получите никакого ужина, вместо него вас ожидает добрая трёпка! Затем вы отправитесь в постель. Утром вы услышите звонок к завтраку. Но никакого завтрака вы не получите! Одну только трёпку! Затем у вас будут уроки. А после уроков, может быть, если вы будете очень хорошо себя вести, вы получите лёгкий обед и никакой трёпки!» («Это он ещё очень добр с ними», — прошептал я Бруно. «Добр, но не очень», — поправил Бруно.)

И Лисята тот час же поднялись в детскую. Вскоре Бруно вошёл в зал и позвонил в колокольчик: «Динь-динь-динь! Ужин-ужин-ужин!» Лисята со всех ног ринулись вниз к своему ужину! Чистые салфетки! Ложки в руках! Вот они вбежали в столовую и увидели белую-пребелую скатерть на столе. Но на скатерти ничего не было, одни только розги. Ну и трёпку же им задали!

(Я поднёс к глазам платок, а Бруно торопливо взобрался ко мне на колено и погладил меня по щеке. «Осталась всего одна трёпка, господин сударь! — прошептал он. — Не стоит плакать больше, чем это может помочь!»)

На следующий день рано утром Бруно вновь позвонил в колокольчик. «Динь-динь-динь! Завтрак-завтрак-завтрак!» Лисята вновь ринулись вниз! Чистые салфетки! Ложки в руках! Нет завтрака! Только розги! Но потом были уроки, — поспешила добавить Сильвия, видя что я вновь поднёс к глазам платок, — и Лисята так хорошо себя вели! Они выучили все уроки и назад, и вперёд, и наоборот! Наконец Бруно вновь позвонил в колокольчик: «Динь-динь-динь! Обед-обед-обед!» И когда Лисята спускались… («А на них опять были чистые салфетки?» — спросил Бруно. — «Конечно!» — ответила Сильвия. — «И ложки?» — «Ты же сам отлично знаешь!» — «Надо точно», — ответил Бруно.)…они сошли вниз так медленно, так медленно! Они сказали: «Эх, не будет нам никакого обеда! Одна только трёпка!» Но когда они вошли в столовую, они увидели там такой чудесный обед! («Булочки?!» — воскликнул Бруно, захлопав в ладоши.) Да, булочки, и кекс, и… («И варенье?» — вновь не утерпел Бруно.) И варенье, и суп, и… («И сливы в сахаре!» — снова вставил Бруно, но с Сильвии было довольно.)

И после этого они сделались такими хорошими Лисятами! Они делали уроки как золотые, и никогда не делали того, чего Бруно говорил им не делать; и они больше никогда друг дружку не ели и никогда не ели самих себя!

У меня, должен сказать, дух захватило от столь неожиданного заявления, которым закончилась сказка, однако я взял себя в руки и стал отчаянно восхищаться.

— Я уверен, что это очень… очень… очень замечательно, я уверен! — услыхал я. Да, кажется, это был мой голос.

ГЛАВА XV

Сюрприз в конце

— Простите, не расслышал! — Таковы были следующие слова, что достигли моего уха, только голос не принадлежал ни Сильвии, ни Бруно — а я отлично их видел сквозь мельтешение гостей: они стояли у рояля и слушали пение маркиза. Оказалось, это говорил Майн Герр. — Не понял, прошу прощения, что вы сказали, — повторил он. — И всё же не сомневаюсь, что моя точка зрения вам ясна. Премного благодарен за ваше любезное внимание. А теперь осталось пропеть всего один куплет! — Это было произнесено уже не мягким голосом Майн Герра, но глубоким басом маркиза. Вновь наступила тишина, и в комнате зазвучал финальный куплет «Прикола».

Тут во всех концах комнаты раздался дружный хор благодарностей и похвал, в ответ на которые польщённый исполнитель раскланялся на все стороны.

— Мне необыкновенно повезло, — обратился он к леди Мюриел, — что у вас нашлась такая чудесная песня. Аккомпанемент настолько необычен, настолько чуден, словно кто-то открыл совершенно новый род музыки! Я проиграю ещё разок, чтобы вы поняли, что я имею в виду. — Он вернулся к роялю, но ноты исчезли.