Страница 15 из 24
Глава 7
Одна фраза некроманта — и у меня подкашиваются колени и плывёт перед глазами.
Я хорошо знаю своих братьев. Очень хорошо!
Чёткая картина произошедшего складывается из многочисленных фрагментов, но… отчего–то есть много лишних деталей, которые не вписываются в чудовищный «сюжет» под названием «Сделаем всё для любимой младшей сестрёнки».
В теории Эйдан и Кейн, конечно, и не на такое способны. Они у меня с фантазией, всю жизнь от неё страдаю.
Но на практике…
— Ты думаешь, ту красавицу с щупальцами на кладбище притащили мои братья? — задаю прямой вопрос, поскольку хочу услышать такой же честный ответ, а от него плясать.
— Не притащили, но воспользовались ею, чтобы отправить меня в лазарет. К тебе.
Меня разбирает такой смех, что брызгают слёзы. Но на самом деле ситуация не располагает к веселью, стоит поторопиться защитить членов семьи и отстоять их честное имя.
— Если ты думаешь, что мои братья решили сыграть в сводников, то очень ошибаешься. Ты обратил внимание, в какой одежде я хожу? Юбка до щиколотки — единственная уступка, на которую пошли эти два тирана! Даже папа разрешил мне щеголять в коротких юбках, как делают многие студенты, а Эйдан с Кейном — ни в какую! Сказали, чтобы я училась и даже не думала о мальчиках.
— Это не аргумент. Ты привыкла к длинным юбкам и закрытой одежде.
— Привыкла. Но в столице я носила открытые платья — с декольте, прозрачными вставками, хитрым устройством юбок, взлетающих от малейшего ветерка. А здесь закрыта от горла до щиколоток. И, к слову, я купила себе новый гардероб, который без вести пропал по пути в академию. Конечно же, совершенно случайно!
Я говорю искренне и Адриан это чувствует. Но всё равно не верит!
— И тем не менее, только твои братья могли помочь высшей нежити ранить меня и сделать это так, чтобы я выжил и дошёл до лазарета. И стереть следы… особым образом, — напоминает он о моих проделках на кладбище.
— А ты не думал, что просто не ожидал прыти от с виду неповоротливой громадины, и потому пропустил удар? — говорю чуть более яростно, чем стоило бы, поскольку у мужчины тут же проступают желваки на щеках.
Но сейчас мне немного боязно, потому что Адриан принадлежит к древнему магическому роду, у него куда более серьёзный багаж знаний, чем у большинства магов, и доступ к секретной информации присутствует. А ещё он не из тех людей, что разбрасываются обвинениями без веских причин. Если он заподозрил Эйдана с Кейном, видимо, те действительно «помогли» ему оказаться в лазарете, притом именно в тот день, когда там незаконно дежурила я.
Пу–пу–пу, как говорится.
Грейвен склоняется ко мне, едва не касаясь моего озябшего носа губами.
— Ты знаешь, что я прав. В какие игры ты играешь со мной, Жози?
— Ни в какие не играю! Я действительно ничего об этом не знаю! — говорю, пытаясь вырваться из объятий мужчины, что стал мне чуточку неприятен. Самую малость.
— Хорошо, начнём по порядку. Ты действительно не видела меня, когда падала в столовой?
— Нет! Я смотрела на подругу! Уж извини, не такой уж ты заметный! — выдаю, скрещивая руки на груди, стоит ему хоть немного отодвинуться.
— И ты совершенно случайно оказалась на спрятанной от большинства студентов стене здания главного корпуса? Той самой стене, что находится точно со стороны кладбища, на котором у старшекурсников проходят занятия? — допытывается некромант.
— Да я откуда могла знать, где вы там учитесь? Я уже объясняла, для чего забралась в кабинет. Здоровье пациентов превыше всего!
— А кто тебе рассказал, где находится кабинет с нужным ингредиентом? — вкрадчиво уточняет Грейвен, а я вдруг отчётливо понимаю, что и эта информация поступила от моих братцев.
Неужели они действительно решили помочь младшей сестрёнке устроить личную жизнь? Но как они узнали?!
Я, конечно, как большинство барышень моего возраста, веду дневник, но он надёжно заблокирован от любопытствующих. Да и никто не стал бы в него заглядывать, у нас приличная семья.
Конечно, они знали о моей подростковой влюблённости в Грейвена, но потом ведь она прошла! Ну, притихла надолго.
Ладно, может, я одним глазком следила за его жизнью, но совсем чуточку! Незаметно! И братьям вопросов не задавала.
Да и вообще это всё как–то глупо. Наши семьи из одного круга, матушки общаются, если бы нас захотели поженить, поставили бы перед фактом и дело с концом. Верно?
— Это всё — случайность. И, к примеру, моё появление на вашем занятии — дело рук совершенно незнакомого преподавателя. Он поймал меня в коридоре и приказал отнести ящик вашему профессору. Я знать не знала, что он ведёт у тебя занятие именно в это время, клянусь. Если это так важно, я могу узнать его имя и сообщить тебе, уточнишь напрямую, как всё было.
Я возмущена и встревожена, благо, эти чувства дают похожую симптоматику и не выдают меня с головой.
— Не стоит, я тебе верю.
— Ура!
— В этой части. Но всё–таки дело здесь явно не чисто. Вот, к примеру, наше заточение в этом архиве…
— Почему заточение? Если есть вход, должен быть и выход.
Я невольно оглядываюсь на дверь, она по–прежнему закрыта, но не кажется совсем уж неприступной. Наверняка где–нибудь в стене или в книгах спрятан рычажок, открывающий её изнутри.
— Он, безусловно, есть, но нас закрыли снаружи. Когда мы проваливались, за нами закрыли дверь и заблокировали выход, — уверенно произносит Адриан, я же распахиваю глаза, потому что совершенно не понимаю, как он об этом узнал. Я наблюдательный человек, но не видела и не слышала никого поблизости.
— Зачем?!!
— Видимо, чтобы мы провели время вместе, получше друг друга узнали.
Сарказм льётся вперемешку с ядом, так некромант «доволен» заточением со красивой милой девушкой. Увы, она тоже не в настроении.
— Могли бы выбрать место потеплее! — ворчу недовольно. — О какой романтике может идти речь, когда у девушки зуб на зуб не попадает? Глупые людишки!
— Думаешь? — хмыкает Адриан и расстёгивает форменную чёрную куртку, чтобы в следующий момент накинуть её мне на плечи.
Тёплая ткань настолько приятна, что я не могу не вжать голову в плечи, чтобы быть к ней поближе, и не зажмуриться от удовольствия.
— Спасибо большое, — шепчу обрадованно. Но затем выпрямляюсь. — А как же ты?
— Мне пока тепло, потом что–нибудь придумаем. Романтическое, — вдруг хмыкает Грейвен.
— Я не люблю холод, а ещё… Ох…
— Что?
— Здесь нет ни стула, ни диванчика, ни… уборной, — говорю, краснея. — Не думаю, что ты верно разгадал намерения этих негодяев.
— Ну что ты, дорогая, не называй так членов наших семей, — издевательски хмыкает Адриан.
— Не преувеличивай. Уверена, у подобного стечения обстоятельств есть иная причина. Если бы нас захотели поженить, просто уведомили бы о подписанном брачном контракте, и никуда бы мы ни делись. К слову, никто не должен знать, что мы здесь были вдвоём!
Я вскидываю голову, в ужасе понимая, как сильно мы нарушаем сейчас все мыслимые и немыслимые приличия. Да, конечно, в академии магии другая жизнь, но мы–то с Адрианом из высшего света, у которого миллион правил и три миллиона исключений на каждое из них. Если кто–то хочет нас свести таким образом…
Кто–то! Конечно, это мои братцы–негодяи! Выберусь отсюда, устрою им сладкую жизнь!
А пока, нужно провернуть маленькое деликатное дело.
— Я могу замедлить… м–м–м… Чтобы мы не оказались в неловкой ситуации, предлагаю начертить руну, запечатывающую естественные потребности, — смущаясь от жутко неприличной темы, подбираю я слова.