Страница 15 из 69
– Маска на месте, – сказала она.
– Извини, – сказал он.
– Все в порядке, – ответила она и улыбнулась. – Мы все странные в чем-то. Посмотри на свой глаз, – ей было лет тридцать пять или около того, черты лица были резкие, выражение лица – умное. Волосы были недавно подстрижены.
– Извини, – сказал он опять.
– Я же сказала, что все в порядке.
– Тебе можно показываться мне?
– Я что-то скажу тебе, – начала Снежинка. – Если ты не выдержишь, то я уверена, что всю нашу компанию нормализуют. На самом деле, мне бы этого даже хотелось, – она взяла его голову в свои ладони и поцеловала его, ее язык ощупал его губы, потом скользнул внутрь и заходил у него во рту. Она крепко сжала его голову, прижалась низом своего живота к нему и стала тереться об него круговыми движениями. Чип почувствовал ответную реакцию, и положил свои руки ей на спину. Он осторожно встретил ее язык свои языком.
Она отняла рот.
– Учитывая, что это середина недели, – сказала она, – я довольна.
– Христос, Маркс, Вуд и Веи, – сказал он. – Вы все так поняли?
– Только я, брат, – сказала она, – только я. Они снова поцеловались.
– Теперь иди домой, – сказала она. – Не трогай сканеры.
Он отступил от нее.
– Увидимся в следующем месяце, – сказал он.
– Тебе стоит со мной увидеться, – сказала она. – Удачи. Он вышел на площадь и направился к институту. Один раз он оглянулся. За его спиной был только пустой проход между бледными освещенными луной зданиями.
Глава 2
Боб Ро поднял на Чипа глаза из-за стола, за которым сидел, и улыбнулся.
– Ты опоздал, – сказал он.
– Извини, – сказал Чип. Он сел.
Боб закрыл белый блокнот с красным спиральным переплетом.
– Как ты? – спросил он.
– Хорошо.
– Хорошая была неделя?
– Мм-мм.
Боб секунду смотрел на Чипа, его локоть лежал на ручке кресла, пальцами он тер крылья носа.
– Ты хотел бы рассказать о чем-то? – спросил он. Чип помолчал, а потом покачал головой:
– Нет, – сказал он.
– Я слышал, что ты вчера после обеда полдня делал чужую работу.
Чип кивнул.
– Я взял образец из другой секции коробки с образцами.
– Поступил не образцово, – сказал Боб, улыбнулся и хмыкнул. Чип вопросительно посмотрел на него.
– Шутка, – сказал Боб. – Образцы – образцово.
– Ax, – сказал Чип и улыбнулся.
Боб положил подбородок на руку, коснувшись одним пальцем губ.
– Что случилось в пятницу? – спросил он.
– В пятницу?
– Что-то там насчет чужого микроскопа. Чип на секунду показался озадаченным.
– Ах, – сказал он, – да. Но я этим микроскопом так и не воспользовался. Я просто вошел в кабинет. Я не менял настройку. Я ничего не трогал.
– Похоже, что не такая уж хорошая была неделя, – сказал Боб.
– Да, кажется нет, – ответил Чип.
– Мир СК говорит, что у тебя были затруднения в субботу.
– Затруднения?
– В смысле секса. Чип покачал головой.
– Не было никаких затруднений, – сказал он, – просто был не в настроении, вот и все.
– Она говорит, что ты пытался, но не мог добиться эрекции.
– Ну, я чувствовал, что мне это надо сделать, ради нее, но я был не в настроении.
Боб смотрел на Чипа и молчал.
– Я был уставший, – сказал Чип.
– Похоже, в последнее время ты часто бывал уставший.
Поэтому ты не был на встрече твоего фотоклуба в пятницу вечером?
– Да, – сказал Чип, я рано лег спать.
– Как ты себя чувствуешь сейчас? Ты сейчас уставший?
– Нет, я чувствую себя прекрасно.
Боб посмотрел на него, затем выпрямился в кресле и улыбнулся.
– Окей, брат, – сказал он, – дотронься и иди. Чип коснулся своим браслетом сканера на телекомпе Боба и встал.
– Увидимся через неделю, – сказал Боб.
– Да.
– Bo-время.
Чип, который был уже у двери, обернулся и спросил:
– Что, извини?
– Bo-время, на будущей неделе, – повторил Боб.
– Ах, да, – сказал Чип и вышел из кабинета.
Он думал, что все сделал правильно, но это никак нельзя было проверить, и чем больше приближалось лечение, тем больше он волновался. Мысль о том, что его восприятие станет значительно острее, казалась все привлекательнее с каждым часом, и Снежинка, Кинг, Лайлак и другие становились тоже все интереснее и вызывали восхищение. Ну и что, если они курят табак? Они – счастливые и здоровые члены, – нет, люди, а не члены! – которые нашли способ бежать от стерильности и одинаковости и всеобщей механической эффективности. Он хотел видеть их и быть с ними. Он хотел целовать и обнимать странно бледную Снежинку, говорить с Кингом на равных, по-дружески, больше услышать о странных, но таких захватывающих дух мыслях Лайлак. «Твое тело принадлежит тебе, а не Уни», – какая неприятная до-Объединенческая фраза! Если для нее есть какие-то основания, то в ней может оказаться смысл, который приведет его… он не знал, к чему, к какой-то резкой перемене в его отношении ко всему!
Наступила ночь перед лечением. Он лежал без сна несколько часов, а потом с забинтованными руками карабкался на покрытую снегом горную вершину, с удовольствием курил табак под руководством дружески улыбающегося Кинга, расстегивал комбинезон Снежинки и она оказывалась белой-белой с красным крестом от горла до паха; водил древнюю машину с рулевым колесом по коридорам и залам огромного Центра Генетического 11 плавления, и у него был новый браслет с надписью «Чип», а в окно своей комнаты он видел хорошенькую обнаженную девушку, поливающую куст сирени. Она нетерпеливо кивнула, и он пошел к ней – и проснулся, чувствуя себя свежим, энергичным и веселым, несмотря на все эти сны, более живые и убедительные, чем те пять или шесть, которые он видел в своей жизни.
В тот день, в пятницу, Чип получил свое лечение. «Щелк-жжщелк», казалось, продолжалось на долю секунды меньше, чем обычно, и когда Чип отошел от блока, опуская рукав, он все еще чувствовал себя хорошо и самим собой, человеком, видящим живые сны, членом когорты необычных людей, Семью и Уни. Он нарочито медленно шел к Центру. Его поразила мысль, что теперь ему особенно важно продолжать этот сбой ритма, чтобы оправдать второй этап уменьшения дозы; в чем бы этот второй шаг не заключался и чего бы он не потребовал, Чип весь был направлен на него. Он был доволен собой, потому что понял это, и недоумевал, почему Кинг и другие этого не подсказали. Быть может, они думали, что он будет неспособен делать что-то после лечения.
Те два члена, очевидно, полностью распались на части, несчастные братья.
В тот день он допустил хорошенькую маленькую ошибку: начал диктовать для печатания доклад, в то время, как микрофон был повернут не правильно, вверх, и один член 663 Б это видел. Чипу было чуть неловко, что он так поступает, но, тем не менее, он сделал это.
В тот вечер, к своему собственному удивлению, он действительно задремал во время телевизора, хотя передавали что-то действительно интересное, репортаж о новом радиотелескопе в Изо. И позже, во время заседания домового фотоклуба, Чип едва мог держать глаза открытыми. Он извинился за ранний уход и пошел в свою комнату. Он разделся, не позаботившись выбросить использованный комбинезон, лег в постель без пижамы и выключил свет. Ему было интересно, какие сны он увидит.
Он проснулся в испуге, подозревая, что болен и нуждается в помощи. Что же не так? Что он сделал такого, чего не следовало делать?
Осознание пришло к нему, и он покачал головой, едва в силах в это поверить. Правда ли это? Возможно ли такое?
Действительно ли он был таким, так заражен группой несчастных больных членов, что нарочно делал ошибки, пробовал обмануть Боба РО (и, может быть, ему это удалось!), думал о чем-то враждебном всей любящей Семье? О, Христос, Маркс, Вуд и Веи!
Он думал о том, что говорила ему молодая Лайлак: помнить, что это только химический препарат заставляет его считать себя больным, препарат, который ему ввели без его согласия.