Страница 21 из 44
— Откуда у тебя эти шрамы? Ты расскажешь когда-нибудь?
— Тебе не стоит знать, – покачал он головой и повернулся на бок, разглядывая ее лицо совсем близко.
Темная кожа Леи почти всегда матово блестела, словно смазанная маслом. Кожа источала характерный для африканцев запах, но Марио он не раздражал. За один его такой глубокий взгляд она готова была выдать ему все тайны, какие знала.
* * *
..Румен ходил перед ним по песку, который разлетался от его пяток агрессивно, колко попадая на ноги и живот развалившегося на полотенце Марио. Колумбиец расслабленно потянулся. Он рассказал все, что узнал за последнее время, предоставив связному самому суммировать данные и прийти к определенным выводам, которые болгарину очевидно не понравились.
— Это безумный риск. Ты всегда был авантюристом. Насколько я знаю, и в Колумбии..
— Ничего ты не знаешь, – спокойным, но холодным тоном прервал его Марио. – Твое дело передать все, что я рассказал, в Центр. А там поглядим.
— Чудак! Меня же волнует твоя безопасность, – смягчился Румен, испугавшись выражения лица Санчеса.
Но тот вдруг продекламировал по-испански:
Санчес процитировал стихотворение с усмешкой на губах, и обреченность прозвучала, не в стихах, а в голосе, как показалось Румену.
— Ты что это увлекся поэзией? – насмешливо, чтобы скрыть накатившую тревогу, спросил Петков. – Странный ты, Санчес. Мне бы очень хотелось узнать, почему тебя столь спешно переправили в Африку. Что там случилось в Колумбии?
— Любопытство – не порок, а приговор, – мрачно пошутил Марио, а может, и не шутил вовсе.
— Ладно-ладно. Не сердись. Я сообщу тебе указания Центра по поводу сложившейся ситуации. Встретимся в магазине.
Одним из мест встреч был маленький частный болгарский магазинчик. Он находился на втором этаже старого дома, куда надо было взбираться по гулкой металлической лестнице, закрепленной на внешней стене дома. В этом магазине приторно пахло жвачкой, которой торговали на кассе, и новыми вещами. Сюда редко приходили местные, в основном сотрудники разных местных консульств с семьями..
Он подхватил свою доску для сёрфа и удалился с пляжа. Марио слышал, как взревел мотор его джипа, оставленного на дороге. И снова стало слышно только гул океанского прилива, и ветер настойчиво рвался в уши и лохматил волосы.
Санчес с сожалением взглянул на часы. Он бы еще повалялся на пляже. Сегодня солнце не прикрывали тучи, и хотелось просто загорать и купаться на пустом берегу. Рана на ноге почти совсем затянулась, и Марио не опасался, что соленая вода повредит. Наоборот, океан оказывал лечебный эффект.
Но сегодня колумбиец собирался еще заехать к Гивару. Тот настойчиво по телефону просил о встрече. Марио раздражала перспектива встречи с Адрианой и, конечно, именно с ней он столкнулся сразу же во дворе виллы.
— Добрый день, сеньорита! – сердито выпалил он, глядя сверху вниз на босоногую Адриану в коротких шортах и майке и пытаясь ее обогнуть на узкой дорожке, обсаженной пахучими фиолетовыми цветами с толстыми мясистыми листьями, источавшими пряный запах.
Однако девушка встала так, что обойти ее не представлялось возможным, разве что прыгать через кусты на газон, где пшикал во все стороны водой автополив.
— Привет! Что это вдруг за церемонность?
— Мне кажется, мы все выяснили? – с надеждой спросил он.
— Тебе это только кажется, сеньор, – возразила она с улыбкой.
Санчес перешагнул кусты и, получив порцию брызг на штанины льняных брюк и острый взгляд девицы в спину, форсировал газон и попал, наконец, в прохладное нутро дома Гивара.
— Как ваше здоровье, Санчес? – ради проформы спросил Гивар, сидевший на огромном диване, обитом цветастой английской тканью.
Марио счел нужным лишь кивнуть в ответ, мол, все в порядке.
— Хотелось бы узнать, как продвигается ваше расследование? – Он вертел в руках зажигалку и поглядывал исподлобья. Его явно волновало что-то еще.
— Оказалось очень сложной задачей определить, кто же сообщил нападавшим о вашей поездке в порт. – Колумбиец взглянул прямо в глаза шефу. – Но я докопаюсь, поверьте. Охрана порта по моей просьбе проверена и большинство уволены.
— Ах, ну да! У вас же там связи, – покивал Гивар с улыбкой. – А что у вас с Адрианой? Охранники доложили, что она ездила к вам домой на днях. Она запретила им сопровождать ее, но они, конечно, следовали на удалении. И вот, доложили мне цель ее контрабандной вылазки.
Гивар говорил с иронией, и это давало надежду, что он не слишком сердит.
— Пути Адрианы неисповедимы, – решил пошутить Марио. – Исключительно ее инициатива. Знаете, как случается с юными девушками – они влюбляются в образ сильного человека, его внешнюю оболочку, не вдаваясь в суть. Потом рвут на себе волосы.
— Я полагаюсь на ваше благоразумие, – посерьезнел Гивар. – Я со своей стороны переговорю с дочерью. Объясню ей, что необходимо выбирать парней себе по плечу.
Санчеса отчего-то задела последняя реплика. Ему указали место, и оно не выглядело столь привлекательным – обслуга, бодигард папаши Гивара. Впрочем, так оно и было на самом деле. На что обижаться? Марио выдавил скупую улыбку. И хоть благоразумие, о котором упоминал Гивар, вопило о другом, колумбиец решил позволить Адриане надеяться.
— В ближайшее время мне, вероятно, придется уехать из города, – нехотя, но проинформировал шефа Санчес. – Я могу дать вам надежного человека, который заменит меня на время моего отсутствия.
— Вы едете по нашим делам? В рамках расследования покушения? – увидев, что колумбиец покачал головой, Гивар нахмурился и с недовольством сказал: – Моей охраны будет достаточно. Однако, надеюсь, вы не задержитесь надолго? Личные дела или бизнес?
— Скорее первое, месье.
Санчес вышел от Гивара с ощущением, что между ними существует недоговоренность и возникло предчувствие, что вскоре они ударят горшок об горшок и дело вовсе не в Адриане с ее вспыхнувшей страстью. «Может, и к лучшему?» – подумал Марио, устремленный мыслями к предстоящей авантюрной операции. Он засиделся в Пуэнт-Нуаре. Недавнее покушение встряхнуло его и напомнило былые времена в колумбийских джунглях и, как отголосок тех насыщенных событиями дней, гражданскую войну в Конго.
— Марио, – вывел его из мечтательной задумчивости голос Адрианы. – Ты не сможешь бегать от меня все время.
— И не собираюсь, – вздохнул он. – Пойдешь со мной в ресторан? Есть охота.
— В местный? – скривилась девушка. – С жареными тараканами?
— Зачем? Тут есть неподалеку неплохой французский. Переоденься. Не в шортах же..
— А ты не убежишь, пока я буду переодеваться? – по-детски спохватилась она, побежав было к дому, но остановившись на полпути.
— Жду тебя в машине. Надеюсь, ты сможешь выйти так, чтобы этого не заметила охрана?
Через пятнадцать минут запыхавшаяся Адриана в длинном, до пят, цветастом платье, с открытыми плечами, в босоножках и с маленькой бархатной красной сумочкой на длинном ремешке, плюхнулась на переднее сиденье и сияющими глазами горделиво взглянула на Санчеса.
— Никто не видел. Поехали, поехали, а то вдруг хватятся.
Когда он тронулся с места, она пригнулась испуганно и зашептала:
— Надо было развернуться. Зачем ты мимо дома? Бог мой! Ну и болван ты, Санчес!
Не отрываясь от управления машиной, он щелкнул ее легонько по затылку.