Страница 44 из 61
Тут же вопросы, конечно, посыпались, откуда я конфеты такие странные японские раздобыл. Мне мои друзья, конечно, ничего объяснить не дали. Сами справились.
— Так Павел же наш пьесу написал, что в театре «Ромэн» ставят. И пьесу эту в Японии в Токийском театре ставили. Вот он с труппой театра и ездил. Я же рассказывал уже пару недель назад. Забыли, что ли, все? — громогласно заявил Костя Брагин.
В общем, вопросы о происхождении странных, но вкусных конфет тут же и отпали.
Токио, офис министра внешней торговли и промышленности
На новой встрече, уже в усеченном составе, в этот раз они были впятером, а не ввосьмером, министр попросил собравшихся снова выступить, если есть желание, в том случае, если дополнительные, полученные для прочтения материалы, позволили каким-то образом расширить их понимание тех проблем, которые стоят перед Японией.
Выступили заново практически все. И это министра порадовало.
А, пожалуй, в этом усеченном составе им гораздо лучше будет работать. Тут собрались уже только люди, свободные от предрассудков.
Это его вина, что он таких негибких людей, как те трое, которых после предыдущего совещания от нового он отстранил, набрал себе как в заместители, так и привлекал в качестве аналитиков. Не знал он, что у них настолько закостеневшее мышление, и они не в состоянии трезво оценивать, пусть и очень неприятные, но все же важные для будущего Японии моменты.
Они, понимаешь, такое впечатление, как какие-то самураи из восемнадцатого века, которые без тени сомнений несутся в атаку. Гибче надо быть, гибче.
Следующий вопрос перед собравшимися он поставил уже такой. Раз уж мы все здесь осознаем серьезность такого варианта будущего для Японии, то какие шаги мы можем сделать для того, чтобы этого избежать.
Первый его заместитель тут же попросил слово. И министр легким кивком ему предоставил такую возможность.
— Хаяси-сан, — сказал он. — Мы, несомненно, выработаем стратегию, которую попытаемся довести до сведения самых серьезных политиков и президентов корпораций для смягчения того негатива, что ожидает нашу страну в будущем. Но я бы очень рекомендовал устроить, когда она будет у нас готова, еще одно аналитическое мероприятие с этим русским аналитиком. Я считаю, что было бы очень полезно и интересно основные моменты этой будущей стратегии на нем обкатать, посмотреть, как он будет реагировать. С тем уровнем стратегического предвидения, что он продемонстрировал, это может оказаться для нас очень полезно, чтобы понять, мало ли мы снова какие-то моменты не учли. Ну а если вести речь о самой стратегии по спасению будущего нашей экономики, то первым и самым важным пунктом, я бы сказал, является немедленный поиск новых рынков сбыта для японских товаров. Само собой, прежде всего наиболее привлекательных, способных потягаться по норме прибыли для наших экспортеров с американским рынком. В том числе с этой точки зрения надо рассматривать и СССР. Несмотря на то, что русский аналитик подчеркнул, что СССР не заинтересована в длительных закупках больших объемов наших товаров, тем не менее он все же указал на возможность сбыта, хоть и небольшой, но существенной части наших экспортных товаров, в обмен на закупаемое нами природное сырье. Нам в любом случае необходимо тратить деньги на покупку нефти и газа за рубежом. Почему бы действительно все же не наладить эту схему с советским правительством?
А может быть, нам стоит даже договориться о разработке при помощи наших японских технологий и капиталов нефтяных и газовых месторождений в Советском Союзе в обмен на обязательства Советского Союза приобретать на сумму добытых и отправленных Японии природных ресурсов высокотехнологичные японские товары. Правда, в этом случае, конечно, такое наше желание может упереться в требования русских заставить нас отказаться от северных территорий официально, на что мы, конечно, не готовы.
Задумчиво кивнув, министр предложил выступить другому заместителю.
— Согласен с предыдущим докладчиком, — начал тот. — Как и с тем, что надо оживлять наши отношения с СССР. В последние годы Советский Союз предпринимает достаточно серьезные усилия по выходу из холодной войны. У Москвы серьезно улучшились отношения с США, и многие союзники американцев это отметили. Что тут говорить, если даже Южная Корея сейчас пытается с русскими свои отношения улучшить. И мы, честно говоря, на фоне корейцев достаточно серьезно в этом плане отстаем. Все, чем можем похвалиться, так это сотрудничеством по кинематографу.
Но какая, извините, разница, если мы пару фильмов с русскими совместно снимем. Пусть даже и хороших, учитывая, какие серьезные режиссеры нами в этих проектах задействованы. Так что и от такого варианта сотрудничества по газу и нефти, я считаю, нам отказываться не с руки.
Главное — снизить наш жесткий натиск на американский рынок, чтобы отсрочить момент, когда США начнут принимать ответные меры в адрес Японии. Или, если у нас получится побольше нашего экспорта отправить мимо американского рынка на другие, то и вовсе со временем как-то этой крайне негативной для нашего будущего ситуации прямого столкновения с США удастся избежать.
Два этих первых выступления стали определяющими. Остальные докладчики высказывались в том же русле. Высказывались в поддержку соглашения по СССР, предложенного первым заместителем министра, и анализировали те или иные рынки с точки зрения того, какую часть японского экспорта и даже какие товары можно попытаться туда поставить вместо американского рынка. Рассматривали практически весь мир и экономики покрупнее, такие как Бразилия или Аргентина, но не брезговали и Сингапуром или Малайзией.
При этом, как и в случае предложения по Советскому Союзу, не рассматривали только варианты обязательно за деньги японские товары продавать. Почему бы, в самом деле, не использовать ту же схему по обмену ресурсов на товары и с другими странами, что не горят особым желанием японские товары покупать? Кто мешает добывать там какие-нибудь природные ресурсы, которые будут в японскую экономику поступать в обмен на обязательство страны на такую же сумму японских товаров закупить?
В общем, работа небольшого коллектива кипела. Общее направление было поставлено.
Москва, МГУ
Приятно пообщавшись на перемене с друзьями, я затем к Гусеву пошел. Не сразу получилось к нему прорваться, секретарша его подозрительно на меня смотрела очень, и все никак не могла понять, для чего простому студенту нужно к такому важному человеку на прием попасть. А корочками я козырять многочисленными не хотел, учитывая, что в приемной постоянно чужие люди были. Кто заглядывал и сразу убегал, увидев, сколько народу в приемной, а кто и оставался в ожидании, что к Гусеву сможет попасть. Мне лишние слухи ни к чему в преддверии предстоящего приема в партию, что студент Ивлев ногой дверь к парторгу открывает, размахивая какими-то корочками. Скромнее надо быть, скромнее…
Но все проще вышло. Гусев, провожая какого-то важного пузатого дядьку, в приемную вышел. Меня заметил, тут же остальных взглядом окинул, и меня к себе позвал.
Начал я с того, что подарок ему вручил. Ехать к нему не планировал сегодня, но бутылочку саке, зная, что планы всегда могут измениться, на случай, если кого важного встречу, в портфель на всякий случай положил. Мало ли пригодится? Вот и пригодилась.
Экзотическую бутылочку Гусев в дар с удовольствием принял, порадовался, расспросив меня, что спектакль наш токийская публика приняла восторженно, и нас даже на телевидение японское пригласили. Ну а затем уже я, не дожидаясь вопроса, с чем пришел, к своей теме перешел.