Страница 27 из 61
В общем, как-то попытались выкрутиться, и вроде бы японцы никакого подвоха не заметили.
Токийский аэропорт
Когда в аэропорт приехали, я йены оставшиеся пересчитал. Присвистнул — почти на семьсот долларов еще японской валюты осталось. Да, что-то к шопингу я в этот раз отнесся легкомысленно. А с другой стороны, к чему мне чемоданы набивать, если я скоро в Италию поеду? Мне там одна Диана мои чемоданы доверху набьет подарками, вряд ли получится от нее отбиться, а ведь и Тарек с Фирдаусом тоже вполне могут решить оказать мне восточное гостеприимство. Буду еще, как Миронов, сидеть перед вылетом и голову ломать, что выкинуть из подарков, потому что в чемоданы не помещается?
Ну и главное, что все же когда один раз помрешь, то определенное равнодушие к вещам появляется. По собственному опыту понимаешь, что в могилу шмотки с собой не заберешь. Твое богатство — это воспоминания о минутах общения с родными тебе людьми. Родными как по крови, так и по духу.
Вот этого я в достатке из Японии увезу, неплохо мы все же здесь общались с Бояновым, Вишневским и Мироновым. Намного лучше их как людей узнал, много забавных моментов было, которые приятно потом будет вспомнить.
Жаль, конечно, что Анастасия с нами очень мало общалась. Учитывая ее возраст и профессию, ох, сколько бы она много могла всего интересного нам рассказать! Но именно поэтому она и помалкивает. Тем более наверняка она даже и не Анастасия…
Но что же с йенами делать? Тут, в аэропорту, конечно, магазины есть, но цены тут адские, как в большинстве аэропортов мира. По опыту прошлой жизни, я всего в четырех аэропортах мира милосердные цены встречал. В Нью-Йорке, в Майами, в Минске и Тиране. Во всех остальных все, что в магазинах лежит, минимум в два раза дороже стоит, чем в городе.
Да и система магазинов Duty Free, где можно что-то дешевле найти иногда, еще только в процессе становления. И свободное место в чемодане уже вещами Миронова занято.
Так что я деньги сложил в тот же конверт, что у меня остался, когда Оониси мне валюту от Фирдауса передавал, и подошел к сопровождающему:
— Не составит ли вам труда, Оониси-сан, передать эти деньги обратно корпорации Тойота, чтобы они вернули их Фирдаусу, когда он снова в Японии появится? Не пригодились, вы так хорошо меня принимали, что все деньги потратить сложно было.
Японец меня тут же заверил, что никаких проблем у него с этим не будет, передаст, конечно.
Я тут же еще Оониси банку с красной икрой подарил в качестве прощального подарка, не дарить же ему что-то купленное в Японии? Ну и знал, что он мне тоже что-то обязательно подарит, так что решил сделать этот шаг первым. Он, приняв подарок, тут же мне вручил пенал с ручкой. Недешевой явно. Возможно, перещеголял меня с подарком…
Вскоре подъехал и автобус с труппой «Ромэна»
Когда наши артисты из автобуса начали выходить, поразило то, как грамотно грим им сделали. Вот реально сразу веришь, что у людей просто экзема.
Правда, удивился вначале, когда вместо пяти актеров с этой самой фальшивой экземой, увидел, что практически все артисты в таком стиле разукрашены. А затем сообразил, что Боянов с Вишневским решили организовать массовую аллергию. Хитрые жуки, все правильно сделали! Даже у Миронова экзему на лице изобразили.
Из того же самого автобуса те самые японские деды вышли, которые Токийским театром руководят, и в начале нашего визита сами нас встречали и в ресторане угощали.
Что порадовало, что деды были вполне всем довольны, негодованием не кипели и даже как-то сочувственно посматривали на наших артистов.
Ну, если я правильно понимаю, то похоже, что прокатила вся наша афера с этой мнимой аллергией. Мысль эта была, конечно, приятной. Обидно было бы, если бы нас взяли и разоблачили после того, как мы так успешно несколько дней выкручивались из этой непростой ситуации.
Токийский аэропорт
Художественный руководитель и исполнительный директор Токийского театра долго махали вслед улетающей советской труппе, а потом, конечно, тут же обсудили свои свежие впечатления. Оба были шокированы тем, как купленный в неудачном месте грим плохо отразился на лицах советских артистов.
А потом у одного из них вообще крайне неприятная мысль возникла.
— Слушай, Кога-сан, — сокрушенно покачав головой, сказал Хироки Мацуда. — А ведь, скорее всего, у них эта аллергия на паршивый грим, что они на рынке купили, возникла сразу же после первого спектакля, что они дали. Если уж состав для кожи совсем не подходит, то вряд ли это только на третий день могло вот в таких вот кошмарных проявлениях выразиться.
— Да, ведь и верно, — согласно кивнул Кога.
— Так что это тогда получается, что они, несмотря на это безобразие, что у них с лицами происходило, мужественно мазали и мазали каждый день снова себе этот грим, несмотря на то, что с кожей все только хуже становилось? — озадаченно спросил Мацуда.
— Получается, что так, — кивнул коллега. — Да, советские артисты, значит, выходит настоящие герои! Прямо как самураи в нашей древности, невзирая ни на что, мужественно переживая крайне неприятные ощущения на коже, выходили и отыгрывали раз за разом спектакль перед нами.
— Да, это настоящее мужество, — согласился Мацуда. — Вот это я понимаю, настоящая любовь к искусству, которая, как известно, требует жертв. Изо дня в день жертвовать своим здоровьем, чтобы дать нам чудесное представление в гриме, нанесенном из уважения к нашим старинным традициям. Не зря зрители так восторженно реагировали. Это не артисты, а настоящие герои.
— Думаю, раз такое дело, то благодарственным письмом в адрес Советского Министерства культуры мы ограничиваться не должны, — решительно сказал Кога. — Тут надо, как минимум, наше Министерство культуры как следует пошевелить, чтобы они этому театру какую-нибудь награду престижную дали.
— Что-то я не уверен, что у нас имеются такого рода награды, которые иностранцам, на неделю к нам приехавшим выступать, можно выдать, — с сомнением сказал Мацуда.
— Ну, если их нет, то значит самое время учредить. — возразил Кога. — Я думаю, у нас достаточно влияния в Министерстве культуры, чтобы эти бюрократы подняли свои жопы и немножко побегали. Не так уж сложно что-нибудь придумать, я думаю.
И его коллега немедленно с ним согласился, потому что так оно и было. Токийский театр все же в Японии в сфере театрального искусства примерно то же самое, что Токийский университет в сфере образования. Выше ничего нет.
Так что прекрасные связи у них есть не только в Министерстве культуры, и чиновники в Минкульте об этом прекрасно знают. Значит, сильно их инициативам сопротивляться вряд ли решатся. Чревато проблемами со стороны их влиятельных знакомых.