Киштов - пограничный хутор

Глава 12

- Едут, - уже в конце ночи, раздался крик нашего наблюдателя с самого высокого наблюдательного места на хуторе, на вершине башни, и тут же пошли уточнения, - гонят большой табун коней, голов под сотню.

Заранее скажу что наблюдатель «слегка» ошибся, всего нашими был пригнан табун, чуть более 80 голов, причём как выяснилось позднее, удачно был выбран один из лучших, который был в самом роде мурзы Али-Аге. Кратность потери, у мурзы, по сравнению с нами была весьма и весьма значительной. Там только жеребцов благородной породы было больше десятка, уже одно это обстоятельство, оправдывало сам ответный набег, ведь цена на них была значительной.

Ворота на хутор были тут же распахнуты, а все, кто не спал в эту ночь и я, в том числе, были готовы принять столь значительный по размерам табун. Для них уже был отгорожен отдельный загон чуть в стороне от основного.

Привели сам табун всего лишь пяток человек, которые уходили с Ларионом Соколом, три из которых были пастухами. Сам же десятник с оставшимися воинами, остался прикрывать то место, где был совершён переход.

- Место для перехода мы выбрали очень удобное, - говорил потом, сам Ларион, - так почему бы не устроить засаду, как раз на том месте.

Татары на засаду не повелись, а отправили вперёд разведку, из трёх воинов, вот тех и вынесли уже на нашем берегу, заодно прихватив все, что у них было, в том числе и коней. Сам Ларион на плохом татарском прокричал татарам, что это, им такое наказание за убийство наших охотников, пусть так и передадут своему мурзе. И только после этого, уйдя вдогон за табуном.

Естественно на эту ночь, как и на следующие, было усилено наблюдение в самом хуторе. А уже на следующий день значительную часть табуна в шестьдесят голов, была угнана на продажу в ту же имперскую крепость Святой Елисаветы. Хоть это было и далековато, но там, на такой товар, был постоянный и устойчивый спрос, ведь крепость к тому моменту была и крупнейшим торговым центром этого региона. К крепости, съезжались торговать - казаки из Гарда, купцы из Речи Посполитой, и даже купцы из Австрии. При крепости проводились и крупные ярмарки. Ярмарки там были не только просто местом продажи товаров, а и крупнейшим экономическим «хабом» всего степного пограничья. В то время как на севере Российской империи торговля была давно налажена, здесь как говорится на «краю света», ярмарка была единственным способом, легально встретится купцам из Европы, Азии и казацких вольностей. И здесь, как впрочем, и везде по Российской империи было четыре главных события года, хоть как я и говорил торговля шла здесь постоянно, но вполне официально было учреждено четыре ежегодных ярмарки, конечно же привязанных к церковным праздникам. Сретенская (проходила в феврале) – где в основном торговали мехом и скотом. Георгиевская (проходила в апреле) – закупка лошадей и снаряжения перед весенними работами и походами. Петропавловская (проходила в июне) – самая масштабная летняя. Семёновская (проходила в сентябре) – осенний сбор урожая и заготовка товаров на зиму.

Вот нас, как раз и интересовала Георгиевская, где и в большей степени торговали лошадьми, и которая должна вот, вот начаться. А у нас, как раз был избыток именно коней, причём разных, вот и отец и решил продать там коней, за звонкую монету. Ну, или частично на обмен, на нужные нам товары, а на хуторе у нас многое, что было нужно. Кроме того появилась возможность продать и добытую рыбу (вяленую и солёную в бочках), в том числе и копченую, а так же сбыть задорого добытые зимой меха. Для выхода на Георгиевскую ярмарку были подготовлены шесть телег, частично загруженных товаром на продажу, частично с продовольствием, на убывающих. Для охраны был выделен десяток Василия Гая, а так же пять хуторских работников, и четырёх конюхов, старшим всей этой убывающей команды, стал Андрей Белый, он и должен был торговать конями и другими товарами, а заодно, и закупить всё необходимое для хутора. Мне кстати, не раз приходилось на хуторе наблюдать, как торгуется сам Андрей Белый, тут некоторые купцы позавидуют, так кому же, как не ему и вести торг лошадьми, да и что покупать для хутора тот прекрасно знает и без бумажек. А вот десятника Гая, отец назначил помощником Белого, ну и старшим по охране. Вот в подчинение к Гаю, и попали мы с Семёном, так как у того ещё не все выздоровели в десятке.

Естественно каждый из нас навесил на себя всё своё вооружение, ведь это дорога и тут, может случиться всё, что угодно. Да и дорога не на несколько дней, всё же у нас не только табун, а ещё и шесть телег. Казалось бы, что там нам может угрожать, ведь эта территория, как бы была уже вглубь Российской империи на север, но. Здесь вот как раз и возникали многочисленные но. Во-первых, чтобы простимулировать торговлю в этом опасном регионе, правительство часто освобождало приезжих купцов от части пошлин, а это делало цены у крепости Святой Елисаветы ниже, чем в Киеве, или других внутренних городах. Во-вторых, купцы стремились сюда, потому что гарнизон крепости (несколько тысяч солдат и артиллерия) гарантировал, что на ярмарку не нападут кочевые банды. Ну, и в-третьих, как я уже говорил выше, что здесь за свой любой товар, можно получить звонкую монету, и тут без разницы, какие это были деньги, - главное что это было серебро и золото. Здесь имели хождение русские рубли, османские куруши, польские злотые и австрийские дукаты. В-четвёртых, именно ярмарки около крепости, сделали саму крепость богатым городом. Вот как раз вокруг самой крепости и рос неимоверно быстро полноценный город. Кстати этому способствовала здоровая конкуренция, между тем же Гардом и крепостью Святой Елисаветы.К примеру, тот же Гард, был удобнее расположен для тех торговых людей, кто шёл из Ачи- Коле (и ближе и намного быстрее). А та же крепость была надёжнее и предлагала большое количество «европейских» товаров. Вот и получалось что часто те же местные купцы, сначала заходили в Гард, скупали там оптом рыбу (как это делали и на хуторе у нас), а затем везли её к крепости, чтобы перепродать по более высокой цене или же обменять на промышленные товары.

Вот и получалось, что экономика тех же будущих городов, таких как Херсон и Николаев и «обкатывалась» именно на таких ярмарках: здесь проверяли спрос, прокладывали дороги и налаживали контакты с османским югом.

Сами ярмарки проходили не в самой крепости, там было тесно, а на форштадтах – гражданских поселениях у стен самой крепости, вот как раз там и были огромные площади, которые временно заполнялись балаганами, возами, и загонами для скота и лошадей.

Но и здесь так сказать было разделение на то, что привозили. К примеру,греки и армяне держали здесь торговлю вином, ювелирными изделиями и дорогими тканями. А те же европейские купцы (через Речь Посполитую, «Польшу») поставляли сукно, металлические изделия, оружие и «колониальные» товары (кофе, чай сахар, специи и многое другое). Крымские татары и османы, даже, несмотря на натянутые отношения, торговля тут была выше политики, те везли соль, восточные пряности, шёлк, османский табак,и южные фрукты. А вот к примеру, запорожские казаки (даже из того же Гарда и других паланок), привозили рыбу (солёную и вяленую), икру, меха, скот и знаменитых «степных» коней, именно такой товар и везли на ярмарку мы с хутора.

А вот охрана торговых путей в районе между Гардом и крепостью Святой Елисаветы была делом сложным и крайне опасным. Почему? Да потому, что степь которая там лежала, была для того времени как говорится «серой зоной», где обоз или караван мог столкнуться как с организованными отрядами крымских татар, так и с «гайдамаками» (считай разбойничьими группами, которые там действовали).