Сильвия и Бруно

ГЛАВА X

Второй Учитель

— А мы вас искали! — воскликнула Сильвия и крепко вцепилась в Учителя, словно боялась снова потерять его. — Мы так сильно хотели вас видеть, что вы не представляете!

— А что такое, милые детишки? — спросил Учитель, одарив их совершенно иным взглядом, чем тот, который обычно получал от него Уггуг.

— Мы хотим, чтобы вы попросили Садовника вместо нас, — сказала Сильвия. Бруно тоже вцепился в Учителя с другой стороны, и детишки потащили старика в вестибюль.

— Он теперь грубит нам! — печально добавил Бруно. — Они все грубят нам, когда отец уехал. Лев и то был гораздо лучше.

— Но объясните же мне, дети, — с беспокойством сказал Учитель, — который из них Лев, а который — Садовник? Очень важно, чтобы мы их не перепутали. А такое легко может случиться — ведь оба они имеют пасть, понимаете?

— Вы что, всегда всё путаете? — спросил Бруно.

— Боюсь, что достаточно часто, — честно признался Учитель. — Взять, например, клетку для кроликов и напольные часы. — Учитель указал на них пальцем. — Эти-то две вещи очень легко спутать: обе имеют дверцы, примечаете? Не далее как вчера, изволите видеть, я положил в часы немного салата, а потом попытался завести кролика!

— А кролик пошёл, когда вы его завели? — спросил Бруно.

Учитель схватился руками за голову и простонал:

— Пошёл? Ещё как пошёл! И куда только он ушёл, хотел бы я знать! Как только я его не искал! Даже полностью прочёл статью о кроликах в толстенной энциклопедии. Войдите!

— Я всего лишь портной, сударь; у меня для вас небольшой счётец, — послышался из-за дверей кроткий голос.

— А, хорошо, я сейчас быстренько разберусь с ним, — сказал Учитель детям, — если вы подождёте минутку. Ну, сколько там у вас в этом году, любезный? — обратился он к портному, который как раз входил в вестибюль.

— Изволите видеть, за этот год счёт стал вдвое большим, — неприветливо ответил портной, — и я хотел бы получить деньги немедленно. Всего с вас две тысячи фунтов!

— О, ерунда какая! — беспечно откликнулся Учитель, копаясь у себя в кармане, как будто бы он всегда носил с собой по меньшей мере такую сумму. — Но не желаете ли подождать ещё годик, чтобы стало четыре тысячи? Подумайте-ка, ведь вы станете богачом! Вы сможете даже сделаться Королём, если захотите!

— Не знаю, каким-таким королём я захочу сделаться, — задумчиво проговорил портной, — но это и в правду будет знатная куча денег! Что ж, я бы, пожалуй, и подождал…

— Ну конечно! — сказал Учитель. — У вас есть здравый смысл, как я вижу. Прощайте же, любезный!

— А вы хоть заплатите ему эти четыре тысячи фунтов? — спросила Сильвия, когда кредитор закрыл за собой дверь.

— Никогда, дитя моё! — весело ответил Учитель. — Он будет удваивать свой счёт до самой смерти. Это очень мудро — всякий раз ждать ещё год, чтобы получить вдвое большую сумму. Ну а чем вы намереваетесь заняться сейчас, мои маленькие друзья? Не навестить ли нам Второго Учителя? Самое время для визита к нему, — сказал он сам себе, взглянув на свои наручные часы. — Обычно в это время он позволяет себе немного отдохнуть — ровно четырнадцать с половиной минут.

Бруно тут же перебежал на другой бок Учителя — прямиком к Сильвии, и схватил её за руку.

— Пойти-то можно, — с сомнением сказал он. — Но я рядом с тобой. Ведь нужно держаться безопасной стороны, правда?

— Ты рассуждаешь прямо как Сильвия! — воскликнул Учитель.

— Да, я знаю, — скромно ответил Бруно. — Я даже забыл, что я не Сильвия. Потому что я боюсь — а вдруг он будет свирепым.

Учитель от души расхохотался.

— Поверьте мне, он совершенно ручной. Даже не кусается.

С этими словами Учитель взял Бруно за свободную руку и повёл детей долгим коридором, в который я прежде не захаживал — не то чтобы в этом коридоре не было ничего для меня интересного, а просто я постоянно попадал во всё новые и новые комнаты и коридоры этого необычного Дворца, и очень редко удавалось мне возвратиться туда, где я однажды уже побывал.

В конце коридора Учитель остановился.

— Его комната здесь, — сказал он, ткнув пальцем в глухую стену.

— Но мы же тут не пройдём! — возмутился Бруно.

Сильвия не сказала ничего, так как она внимательно обследовала стену — может та где-нибудь да откроется. Но вот она весело рассмеялась.

— Вы нас разыгрываете, милый учитель! В этой стене нет двери!

— Но в его комнату и не ведёт никакая дверь, — ответил Учитель. — Нам придётся влезать через окно.

Поэтому мы тут же отправились в сад и вскоре разыскали то окно, что вело в комнату Второго Учителя. Оно находилось в нижнем этаже и было гостеприимно распахнуто. Учитель сперва подсадил обоих детишек, а уж после них в окно влезли и мы.

Второй Учитель сидел за столом. Перед ним лежала огромная книга, и его лоб покоился прямо на раскрытых страницах, а руки обхватили книгу с обеих сторон и сомкнулись на другом её конце. Второй Учитель здорово храпел.

— Он всегда так читает, — объяснил Учитель, — когда ему попадается очень интересная книга, и тогда его довольно трудно бывает оторвать от неё.

Сейчас, по-видимому, как раз и был такой трудный случай: Учитель пару раз приподнял своего коллегу за плечи и основательно его потряс, однако стоило того отпустить, как Второй Учитель тот час же возвращался к своей книге, громким сопением давая понять, что она по-прежнему интересует его больше всего на свете.

— Он слишком увлечён, — вынес заключение Учитель. — Наверно, пытается проникнуть в основу основ.

Тут он обрушил на спину Второго Учителя целый град тяжеленных ударов, восклицая при этом: «Эй! Эй! Эй!»

— Ну не замечательно ли, что он постоянно такой увлечённый? — обратился он к Бруно.

— Раз он так сладко спит, — заметил Бруно, когда Учитель устал, — значит, он уже проник в… снов.

— Но всё-таки, что нам-то делать? — спросил Учитель. — Он же совершенно зарылся в свою книгу!

— А может, нужно закрыть книгу? — предложил Бруно.

— Правильно! — восхищённо вскричал Учитель. — Так мы и сделаем! — И он проворно захлопнул книгу, прищемив ею нос Второго Учителя.

Второй Учитель мигом вскочил на ноги, схватил свою книгу и отнёс её подальше, в самый конец комнаты, где и поставил на полку рядом с другими книгами.

— Я читаю вот уже восемнадцать часов и три четверти часа, — объявил он, — а теперь собираюсь отдохнуть четырнадцать с половиной минут. Вы уже подготовились к Лекции?

— Почти, — уклончиво отозвался Учитель. — Я хотел просить вас дать мне пару советов по поводу нескольких маленьких затруднений…

— А насчёт Банкета — что вы сказали?

— Ах, да! Сначала будет Банкет, это несомненно. Люди, как вы понимаете, не способны получать удовольствие от Абстрактной Науки, если они умирают с голоду. К тому же намечается Бал-маскарад. Нас ждёт масса развлечений.

— А когда Бал закончится? — спросил Второй Учитель.

— На мой взгляд, ему бы лучше закончиться прямо к началу Банкета, чтобы все успели помаленьку собраться, не правда ли?

— Да, это правильная организация дела. Сперва Развлечение, а потом Лечение — ведь воистину любая Лекция, которой вы нас одарите, будет бальзамом для наших душ! — сказал Второй Учитель, который во всё время разговора стоял спиной к нам и был занят тем, что брал с полки книги одну за другой, а затем ставил их на то же место, только вверх ногами. Тут же рядом стоял пюпитр для чтения, на котором была водружена классная доска, и всякий раз как Второй Учитель ставил книгу вверх ногами, он сразу же чертил на этой доске мелом галочку.

— А как насчёт той истории с Поросячьим визгом, которой вы так любезно обещали нас порадовать? — продолжал Учитель, в нерешительности скребя подбородок. — Я думаю, Поросячий визг лучше оставить на конец Банкета — тогда люди спокойно смогут выслушать эту историю.

— Пропеть её вам? — спросил Второй Учитель, просияв от удовольствия.