Кровавый король

— Ненавижу это здание, — шепчет Наташа рядом со мной.

Мы едем в лифте наверх, в пентхаус, на семейный ужин.

Я притягиваю ее к себе и целую в макушку.

— Это здание никогда не причинит тебе боль. Здесь нет ничего, что могло бы тебе навредить, Ангел. Ты со мной.

— Знаю. — Она прочищает горло и отходит в сторону, когда двери открываются. — Просто меня от него бросает в дрожь.

— Когда-нибудь я уговорю тебя пройтись по всему клубу. Покажу, почему здесь безопасно и почему тебе тут понравится.

Я наклоняюсь к ее уху.

— Я прекрасно знаю, как сильно ты любишь наблюдать, Ангел. Внизу мы можем воплотить любые твои фантазии. — Я целую ее в висок и веду к двери, не выпуская ее руку из своей. — Но сегодня мы ужинаем в пентхаусе.

Её глаза сияют, а губы приоткрыты, пока она смотрит на меня.

Она не против идеи частной экскурсии.

Перенесу это на более ранний срок в своём списке.

Даже не думая стучать, я прикладываю ладонь к панели безопасности и захожу внутрь. Джека сегодня не будет. Они со Спайдером сейчас заняты каким-то совместным делом.

На самом деле, он скоро должен со мной связаться.

Остальных мы находим на кухне: все столпились вокруг острова и таскают брускетту с тарелки.

— Привет! — Скарлетт обнимает Наташу за плечи и сжимает их. — Выглядишь потрясающе. Лос-Анджелес понравился?

— Очень, — подтверждает Наташа и улыбается мне. — Как вы тут? Что я пропустила?

— Ну, один из гостей приставал ко мне на днях, и когда Люк увидел, как тот парень трогает меня за задницу, то отвёл его вниз и отрубил ему руку.

Наташа давится глотком вина, который я только что ей подал, и ошарашенно смотрит на Люка, а тот самодовольно ухмыляется.

— Молодец, — говорю я ему, и он кивает мне в ответ.

— Ты отрубил ему руку? — спрашивает Наташа.

— У нас действует строгое правило: не трогать Скарлетт, — говорит Люк, пожимая плечами.

— Это правило клуба или Люка? — спрашивает Наташа.

— И то, и другое, — он кладёт в рот оливку. — Этому ублюдку повезло, что он лишился только руки.

Она хмурится, глядя на меня.

— Ты бы не...

— Он бы уже не дышал, Ангел, — я целую её в висок, и Лулу вздыхает, вытирая руки полотенцем.

— Вы двое такие очаровательные, — говорит она с улыбкой.

Меня ещё ни разу в жизни не называли очаровательным.

Роум проверяет телефон, а затем смотрит на нас.

— Ребята, мне нужно, чтобы вы спустились со мной вниз. — Он целует жену в висок. — Вернемся до ужина, Светлячок.

Наташа замирает, а потом поворачивается ко мне. Она вдруг становится чертовски бледной.

— Вы идёте в клуб?

Мне ненавистна эта неуверенность в ее голосе.

Я улыбаюсь ей и наклоняюсь так, чтобы мои губы оказались у самого ее уха.

— Нет, детка. Я больше никогда не переступлю порог клуба без тебя. Тебе не о чем беспокоиться.

Когда отстраняюсь, чтобы посмотреть ей в лицо, она не выглядит убеждённой.

— Если вы не идёте в клуб, тогда куда?

В комнате повисает тишина, но я смотрю только на своего Ангела.

— Ты правда хочешь знать, куда мы идем, Наташа? Я не стану тебе врать, но…

— Нет, — перебивает она и плотно сжимает губы. — Думаю, я не хочу знать. Главное, что это не клуб.

— Это работа, — отвечает Роум, опережая меня.

— Наслаждайся общением с подругами, милая, — я целую её в лоб и присоединяюсь к остальным, направляясь к лифту.

— Твоя женщина разбивает сердце, которого у меня даже нет, — говорит Матео, качая головой.

— Ей уже намного лучше, но клуб — это триггер, — отвечаю я, и Роум издаёт низкий рык.

— Я, блядь, ненавижу это, — говорит он.

— Я придумаю, как изменить её отношение к клубу, — говорю я. — Она не будет бояться его вечно.

— Как дела у Эллиота? — спрашивает Матео.

— Он не заходил в моё казино, — отвечает Карсон.

— У него всё хорошо. — Честно говоря, я удивлён тем, как изменился мой сын. Я горжусь им. — Если он продержится ещё несколько месяцев, я возьму его в качестве рядового солдата. Что происходит в камере, Роум?

— Нам дадут кого-нибудь убить? — спрашивает Карсон, впервые подавая голос.

Я вижу, что он в одном из своих настроений. Если он не шутит и не флиртует с нашими девушками, значит, его тёмная сторона рвётся наружу. А это всегда плохая новость для кого-то и его воли к жизни.

— Возможно, — говорит Роум, когда мы выходим из лифта и направляемся к двери в конце коридора. Люди Роума расступаются, и мы заходим в камеру.

— Мендоса, — удивлённо произносит Матео. — Похоже, сегодня мы все-таки кого-то убьем, брат.

Карсон улыбается.

И это не счастливая улыбка.

Это улыбка человека, который собирается вырвать кому-то легкие через глотку.

Хотя, поправка: для Карсона это как раз счастливая улыбка.

— Вы раздуваете из мухи слона, — Мендоса выглядит чистым и расслабленным, словно смотрит Netflix в уютной гостиной. Крови нет. Он развалился в металлическом кресле, закинув ногу на ногу, и любуется своим маникюром.

Я смотрю на Роума и поднимаю бровь.

Роум пожимает плечами.

— Тебе было сказано держаться подальше от нашего города, — говорит он главе картеля. — И что если ты когда-нибудь снова будешь здесь торговать, то не выйдешь отсюда живым.

— Я не торговал, — спокойно отвечает мужчина. — Я просто играл в азартные игры.

— В «Four Leaf», — говорит Люк. — Ты что, забыл, что мы союзники ирландцев, самодовольный ублюдок?

— Нет, не союзники, — отвечает Мендоса, и его бравада начинает улетучиваться.

— Полагаю, Мендоса определяет, с кем мы дружим, а с кем нет, парни. — Матео засовывает руки в карманы и перекатывается с пятки на носок. — Может, взять его к нам в штат? Будет секретарем, чтобы мы не путались, кто есть кто. Хотя нет, не вариант. Я люблю трахать секретарш, а этот кусок дерьма точно не в моем вкусе.

— Зачем ты в Вегасе? — Роум спокойно подходит к столу с инструментами и берет метательную звезду.

Из всех нас у Роума самая убийственная точность, каким бы оружием он ни пользовался. Снайперские винтовки, ножи, пистолеты - неважно. Он попадет точно в цель.

— Не твоё дело, — отвечает Мендоса.

Роум ухмыляется и бросает звезду, попадая Мендосе в верхнюю часть бедра, прямо рядом с членом.

— Хороший бросок, — киваю я, пока Мендоса кричит.

Спустя десять минут и восемь метательных звёзд Мендоса поднимает руку.

— Я не занимаюсь бизнесом, это правда. Мне просто велели собрать информацию. Дэмиен сказал, что оно того стоит.

Меньше чем за секунду Карсон оказывается рядом с Мендосой, вцепившись ему в горло.

— Повтори.

— Он не может дышать, — напоминаю я брату. — Не убивай его пока, мы только добрались до самого интересного.

Карсон медленно поворачивается ко мне, и я качаю головой.

— Пока нет.

Он ослабляет хватку, и Мендоса делает вдох.

— За кем ты шпионишь? — спрашивает Матео.

— За вами, — без запинки отвечает Мендоса. — За всеми вами. Это всё, что я знаю. Я собираю всю возможную информацию, отправляю её на адрес в даркнете и получаю оплату.

— Хочу знать, что именно ты ему рассказал, — говорит Роум. — Что, по-твоему, тебе известно, Мендоса?

— В основном то, что у Джулиана появилась новая хорошенькая жена.

— Сейчас, — говорю я, и Карсон снова сжимает пальцы на его горле, душит до тех пор, пока лицо Мендосы не багровеет и жизнь не уходит из его тела.