Переступить черту

Хочу увидеть, что заставит ее замкнуться в себе — или окончательно сломаться.

Когда оказываюсь сзади, она едва заметно напрягается. Плечи приподнимаются. Замираю в слепой зоне, но она не оборачивается.

Ладно. Хорошо.

Зажимаю ее в тиски, обхватив руками сзади — крепко, но не слишком сильно. Тяну вверх, отрывая от пола, пока она не повисает на цыпочках.

— Вырывайся, — говорю ей на ухо.

— Это ужасно, — бормочет она, брыкаясь. — Иисусе.

— Нет, это всего лишь я. — Я ухмыляюсь.

От нее приятно пахнет — наверное, той цветочной херней, которую она наносит на волосы, и сейчас эти пряди липнут к моему подбородку. К сожалению, защищается она хреново. Пытается ударить наотмашь ногой, но мажет. Локоть задевает мой бок, не причиняя вообще никакого вреда.

Думаю, ее мог бы взять в заложники даже котенок, и она бы сдалась.

— Ты не пытаешься. — Я сжимаю ее сильнее. — Ты не сделаешь мне больно.

— Мне не нравятся твои методы.

— А мне не нравится, что я потратил двадцать тысяч долларов, чтобы твой бывший исчез, — рычу я. — И тем не менее, все мы идем на жертвы. Это твоя.

Она кряхтит. Пятка врезается мне в голень, и я ослабляю хватку на сантиметр. Почувствовав слабину, она бьет снова. А затем наступает на ногу.

— Ну наконец-то, блядь. — Я отпускаю ее.

Она отшатывается и резко разворачивается ко мне.

— Что это было?

— Используй все, что есть. — Снова иду на нее, теперь спереди. Видя, как я надвигаюсь, она пятится. Хватаю за плечи, впечатываю в сетку клетки и прижимаю собственными бедрами. Коленом раздвигаю ее ноги.

Эта поза пробуждает другую часть моего мозга — ту, что обычно зарезервирована для девушек, которыми я отвлекаюсь. Я не виноват, что Скарлетт красивая.

Она толкает меня в грудь. Сетка клетки гремит. Это не пугает ее по-настоящему. Она просто слишком робкая.

— Может, мне стоит уложить тебя и залить алкоголь в глотку? — провоцирую я. — Посмотрим, был твой бывший просто треплом или... — Ох.

Она ударила меня в горло? Кашляю, но в душе горжусь. По крайней мере, она разозлилась.

Умница.

Она ныряет под мою руку и отбегает на безопасное расстояние. Грудь тяжело вздымается.

— Это было лишним, Кросс.

Достаю фляжку из заднего кармана.

— Значит, это «нет»?

Она бледнеет.

Я встряхиваю фляжку, давая услышать всплеск жидкости.

— Кросс...

Я нашел триггер. Один из них. Она смотрит на меня огромными глазами, ноги словно приросли к полу.

Плохой ход.

Приближаюсь медленно. Осторожно. Опускаю руку, но она, кажется, слишком поглощена видом фляжки, чтобы заметить мое приближение. Клетка круглая — здесь нет угла, в который можно загнать. Но ее страх — это клетка сама по себе, и я запер ее внутри одним простым движением.

Она замечает, что я стою вплотную, только когда моя рука оказывается в ее волосах.

Губы приоткрываются, дыхание становится прерывистым, и по телу прокатывается сильная дрожь. Тяну за волосы назад, заставляя поднять голову, и ее взгляд испуганно перескакивает на меня.

— Выпей, и мы немного развлечемся, — говорю я.

Внутри все переворачивается от двусмысленности этих слов. Тот ублюдок в клетке выразился предельно ясно, но Скарлетт так и не призналась ни в чем, кроме того, что он ей не бывший. Напоить ее, и что, она раздвинет ноги?

Или отключится и не поймет, что он делает?

Одно из двух.

Шлюха или жертва.

Касаюсь крышкой фляжки — закрытой — ее губ, и она замирает. Вижу, как свет гаснет в ее глазах, словно задули свечу.

Она действительно настолько плохо обо мне думает?

Разумеется, ублюдок.

Как, блядь, нам справиться с этим страхом? Выпускаю ее волосы, но она не двигается. Какая-то часть ее существа взяла верх и перевела тело в режим выживания.

Это приводит меня в ярость.

Швыряю фляжку в сторону и мягко обхватываю ее челюсть. Ноздри раздуваются, взгляд скользит по моему лицу и уходит в сторону.

— Не делай так, Скарлетт, — тихо говорю я. Внутри покалывает беспокойство. — Вернись.

Никакой реакции.

Встряхиваю ее голову.

Ничего.

Не понимаю, на кого злюсь больше: на нее или на себя. Не думал, что это вызовет такую реакцию.

И... ну черт. Значит, вся эта история с как-его-там-блядь была раз в восемнадцать хуже, чем я себе представлял. Надо бы вспомнить его имя, найти и придушить ублюдка позже.

Могу я убить человека и выйти сухим из воды?

Возможно...

Тайлеру, наверное, пришлось бы мне помогать.

Блядь, я влип по уши.

— Скарлетт. — Хлопаю ее по щеке. — Уоллес.

Отвожу ее немного назад и прислоняю к клетке. Кладу руку на талию — она не сжимается и не отталкивает. Просто запрокидывает голову и закрывает глаза.

Честно говоря, в голову приходит только одно. То, что взбесит ее сильнее всего. Но боль — как раз то, что нужно, чтобы заставить ее прийти в себя. Ударить по лицу — до такой низости я не опущусь, к тому же мать меня заживо поджарит, если узнает.

Значит, вариант Б.

Наклоняюсь вперед и вниз. Губы касаются кожи на шее, и я снова вдыхаю ее запах.

А затем, как дикарь, открываю рот и кусаю ее за шею.