Монолог фармацевта

— Ах, как мне нравятся твои глаза.

Он смотрит на неё липким взглядом, и у Джоки от этого мурашки. Хотя он и не настаивает на интиме, общение с ним утомительно.

— Что случилось? Обычно вы сначала присылаете письмо, — Джока намекает на то, что следовало бы договориться о встрече заранее.

— Сегодня мой спутник настоял на визите. Это та самая Джока из Малахитового дома, о которой ходят слухи, — Ивовой парень представляет её своему спутнику.

— О, она действительно красива, как и подобает цветку Малахитового дома. Особенно великолепны её блестящие чёрные волосы, — сказал спутник, используя избитые комплименты. Неизвестно, сколько именно Малахитовый дом будет на пике, но Джоке уже пора думать о завершении карьеры. Однако она не настолько отчаялась, чтобы просить внимания. Джока поклонилась в ответ.

— Неужели ты не можешь дать мне услышать твой голос?

— Ха-ха-ха, не думай, что она так просто заговорит. Я смог угостить её вином только после пятого визита, — сказал Ивовый парень.

Ивовый парень своим скользким и неприятным взглядом настолько раздражал Джоку, что она не хотела обслуживать его. Она смирилась с его посещениями только на пятый раз, когда решила, что он просто «дойная корова».

— Что будем делать сегодня? Сочинять стихи?

— Да, сегодня основной гость — этот парень. Это Фан. Он просто хотел встретиться с тобой, Джока, поэтому я его и привёл, — сказал Ивовый парень, обращаясь к своему спутнику.

— Прошу прощения, но это ваш первый визит, не так ли? — намекнула Джока, что не намерена обслуживать новичка.

— Не говори так. Сегодня я оплачиваю вино, — возразил Ивовый парень, что удивило Джоку, так как он обычно не разбрасывается деньгами. Из-за двери хозяйка настойчиво смотрела на них, видимо хотела, чтобы Джока должным образом обслужила гостей, раз уж они заплатили.

Интересно, сколько денег они отвалили?

— Вы собираетесь сдавать государственный экзамен?

— Я что похож на того, кто сдаёт экзамены?

Спутник больше напоминал военного, чем гражданского служащего. Если ему и необходимо сдавать экзамен, то по боевым искусствам. Он расположился в кресле с видом хозяина и начал пить вино сам, не дожидаясь, пока ему нальют. Ивовый парень только развёл руками в недоумении.

— Скажи, Джока, на самом ли деле твоё имя содержит символ «Ка»? Ты из императорской крови?

«Вот оно что», — Джока подумала о его намерениях.

— Кто знает? Если бы у меня была такая благородная кровь, работала ли я ночной бабочкой?

Имя Джока было насмешкой над глупыми женщинами. Иероглиф «Ка« обычно используется только в императорской фамилии. Для куртизанки такое имя — риск, но это также придаёт ей известность. Более того, это имя хорошо подходит Джоке, которая известна своим отстранённым и грубым отношением к клиентам.

— Ну, это не значит, что это полностью невозможно. Я слышал, что есть высокопоставленный чиновник, от которого куртизанка родила дочь, и та теперь служит во дворце.

— Ах да, я слышал такие слухи.

—…

Что хочет этот парень с туловищем, словно бревно? Вероятно, он говорит о девушке, работающей во дворце, и это, скорее всего, Маомао. Может быть, он хочет узнать больше о Маомао?

Секреты редко остаются тайной. Если даже Ивовый парень слышал об этом, теперь уже бесполезно что-либо скрывать.

Тем не менее Джока не намерена предавать свою младшую сестру. Вместо того, чтобы признаваться, она решает отвлечь внимание.

— Моя мать говорила, что мой отец был великим человеком.

Джока не считает женщину, которая её родила, и мужчину, который её зачал, своими родителями, но она использует слова «отец» и «мать», потому что гостям так понятнее.

Джока встала и подошла к столу. Она открыла запертый ящик и достала оттуда плетёную деревянную шкатулку.

— Что это?

Эту коробку ей однажды подарил клиент. В ней есть интересный механизм: чтобы открыть, нужно сдвинуть одну из деревянных частей.

Из неё достали упакованный в ткань предмет. Когда его раскрыли, появилась расколотая пополам нефритовая плитка. Плитка настолько старая, что нельзя разобрать, что на ней выгравировано. Тем не менее видно, что она сделана из высококачественного нефрита.

— Моя мать считала эту вещь сокровищем.

Джока думала, что её можно было бы и выбросить. Но как инструмент для продвижения собственного имени это подходит идеально, и когда она демонстративно показывает её, это вызывает восхищение у гостей.

— Почему бы вам не взять эту плитку и не заявить о себе как о дочери?

— Рисунок на ней давно стёрся, поэтому сложно сказать, что это за плитка. К тому же она расколота пополам. Может быть, это даже краденое, — сказала Джока уничижительно.

Историю происхождения Джоки нужно держать в тумане. Она может намекать на благородное происхождение, чтобы поддерживать слухи, но если кто-то поверит всерьёз, это станет проблемой. Если кто-то обвинит её в неуважении, старая госпожа без раздумий избавится от неё.

На самом деле Джока не думала, что она несёт в себе императорскую кровь. Она слышала рассказы о мужчине, который, возможно, был её отцом, от старых куртизанок. Говорят, он выглядел неплохо, но был похож на зверя, и его руки были узловатыми.

После нескольких визитов он больше не появлялся в Малахитовом доме. Скорее всего, что он был разбойником. Малахитовый дом строго следит за посетителями, но всё зависит от того, сколько денег они принесут.

Он пытался продать украденную нефритовую плитку, но его вычислили. Нефрит был высокого качества, поэтому он попытался разделить плитку и стереть с неё узоры, чтобы продать, но покупатели заподозрили неладное. Вероятно, он просто обманул глупую куртизанку, чтобы избавиться от украденного товара.

Некоторые клиенты разочаровываются, узнав, что она дочь вора, в то время как другие думают, что она может быть действительно из высокородной семьи.

Интересно, что подумает этот клиент?

— Мне всё равно, кто её родители. Джока есть Джока, — сказал Ивовый парень, глядя на неё восхищённо, но ей всё равно.

Джока положила разбитую плитку обратно в коробку.

— Простите, что не оправдала ваших ожиданий.

— Не могли бы вы продать мне эту плитку?

Мужчина по имени Фан предложил странную вещь.

— Как видите, это разбитая и стёртая нефритовая плитка. Она ничего не стоит.

— Всё равно хорошо. Это довольно романтичная и интересная вещь.

Джока лично не привязана к разбитой плитке. Но если она её просто так продаст, то потеряет созданный вокруг неё ореол таинственности.

— Прошу прощения, но я не могу продать её. Для других это может быть лишь хлам, но для меня это память о моей матери.

Джока опустила глаза и подмигнула камуро. Она поняла её намёк и пошла звать госпожу.

— Я не могу продать память о моей матери за деньги.

Если уж на то пошло, она могла бы это сделать, когда завершит карьеру куртизанки.

— Эй, Фан. Не ставь Джоку в трудное положение.

— Не хотел этого, но всё же...

При этом Фан не отводит взгляд от коробки с механизмом.

— Хорошо-хорошо, господа. Благовония сгорели, пора закругляться.

Госпожа подошла и громко хлопнула в ладоши.

— О, верно. Фан, пошли.

Ивовый парень тащил Фана. Обычно он кажется Джоке немного странным, но хотя бы знает, когда пора уходить.

— До свидания, господа.

Джока, как обычно, попрощалась без особого радушия.