Стирая границы

Глава 4.

Я не планировала столкнуться с Колином.

Это случилось в субботу, в торговом центре на окраине Сантеро. Я зашла за кофе — даже в выходной меня тянуло работать, особенно теперь, когда восточный квартал получил зелёный свет. Запах свежемолотых зёрен, гул голосов, очередь. Я стояла в очереди, ждала свой кофе и думала о смете, когда услышала знакомый смех.

У кофейни стояли двое. Он и она. Колин. Светлые волосы, чуть короче, чем я помнила. Открытая улыбка. И женщина рядом с ним — милая, с мягкими чертами лица и заметно округлившимся животом. Она держала его под руку и смеялась над чем-то, что он сказал.

Моё сердце пропустило удар. Я замерла на секунду, не зная, подойти или дать им пройти мимо. Но он уже поднял глаза.

— Эви?

Я замерла. Потом улыбнулась — надеюсь, искренне.

— Колин. Привет.

Он подошёл. Без неловкости, как старый друг, которого не видел сто лет. Поцеловал в щёку — легко, по-дружески.

— Ты отлично выглядишь. Совсем не изменилась.

— Ты тоже. Щетина тебе идёт.

Он рассмеялся — той самой привычной манерой, запрокидывая голову.

— Это Эмили, моя жена, — сказал он, обнимая женщину за плечи. — А это Эви. Я тебе о ней рассказывал.

Эмили улыбнулась мне — тепло, искренне.

— Очень приятно. Колин рассказывал о вас. — Она чуть сжала его руку и добавила тихо: — Только хорошее.

Я улыбнулась в ответ. И вдруг поняла, что улыбка не дежурная. Настоящая.

— Взаимно, — сказала я. — Правда.

Эмили улыбнулась ещё шире. И было видно — она хорошая. И Колин рядом с ней был именно таким, каким я его запомнила. Счастливым.

— Как ты? — спросил он. — Всё строишь?

— Строю. Теперь ещё и управляю. Семейный бизнес.

— Я слышал про Кристофера. Соболезную, Эви. Он был хорошим человеком.

— Спасибо. Лучшим.

Пауза. Он посмотрел на меня — тем же внимательным взглядом, что и раньше. Но теперь в нём не было грусти. Просто участие.

— А Натаниэль? Вернулся?

— Да. Теперь вместе управляем компанией.

— Вместе? — он чуть приподнял бровь. — И как?

— Спорим каждый день.

— Ну, значит, всё как раньше. — Он усмехнулся.

— Типа того.

Он кивнул — без осуждения, просто понимая.

Эмили тронула его за рукав:

— Милый, нам скоро на приём к врачу.

— Да, конечно. — Он взял её под руку. Потом повернулся ко мне: — Мы ждём девочку. Через три месяца. Представляешь?

— Поздравляю. Ты будешь отличным отцом.

— Спасибо, Эви.

— Берегите себя. Оба.

— Ты тоже.

Они ушли. Эмили что-то тихо спросила, он наклонился к ней, ответил. Она рассмеялась и прижалась к его плечу. У эскалатора он обернулся — всего на секунду. Подмигнул. Как раньше.

Счастливы. Они были счастливы.

Я села за столик и долго смотрела на остывающий кофе. Внутри что-то тихо ныло. Не сожаление — нет. Просто мысль: «Это могла быть я». С мужем, который любит. С ребёнком, ради которого стоит жить. С нормальной жизнью, в которой нет места войне с собственным прошлым.

Но я выбрала другое. Или не выбрала — просто так вышло.

Я допила кофе и выбросила стаканчик. В офис? Нет. После этой встречи работа казалась чем-то далёким и неважным. Я вышла из торгового центра, села в машину и вместо офиса поехала домой.

Дома переоделась в лёгкое летнее платье, постояла у окна. Телефон лежал на тумбочке. Я посмотрела на него. Потом перевернула экраном вниз.

Ни звонков, ни сообщений, ни офиса. Сегодня я никого не хочу слышать. Особенно его. Пусть весь мир подождёт. Хотя бы один день.

Я вышла из дома. Пешком. Без плана. Просто шла.

Сантеро в субботу жил своей жизнью. Уличные музыканты, кафе с открытыми верандами, смеющиеся компании. Я шла и дышала. Смотрела на витрины, на прохожих, на голубей, которые дрались за крошки. Обычный день. Обычный город. Обычная я.

В сквере у фонтана я села на скамейку и закрыла глаза. Солнце грело лицо. Хорошо.

— Простите, здесь не занято?

Я открыла глаза. Парень. Примерно моего возраста. Тёмные волосы, простая футболка, стаканчик с мороженым в руке.

— Нет. Садитесь.

Он сел на другой конец скамейки. Достал книгу. Я скосила глаза — что-то по архитектуре.

— Интересуетесь архитектурой? — спросила я неожиданно для себя.

— Немного. Я вообще-то программист, но соборы — это моя слабость. А вы?

— Архитектор.

— О, так вы профи. Может, расскажете, что я читаю?

Я засмеялась. Мы разговорились — легко, как старые знакомые. О книге, о соборах, о том, что в этом сквере лучшее мороженое.

Его звали Алекс. Через полчаса он сказал:

— Я, вообще-то, шёл в сторону набережной. Хотите прогуляться?

Я согласилась.

Мы пошли через город. Он рассказывал о своём стартапе — что-то про код, про инвесторов, про бессонные ночи. Я слушала вполуха и улыбалась. Потом он спросил про готические соборы, и я прочитала ему короткую лекцию. Он смеялся — оказывается, я увлеклась и начала жестикулировать.

— Вы так рассказываете, будто сами их строили, — сказал он.

— Может, в прошлой жизни.

Мы болтали о ерунде — о том, почему голуби такие наглые, о его дурацком будильнике, который играет оперу. Это было... легко. Как солнце во время дождя. Короткая передышка.

Я вдруг поймала себя на том, что улыбаюсь. Не дежурной улыбкой. Настоящей. «Вот так, наверное, живут нормальные люди», — подумала я. — «Без прошлого, которое жжёт. Без человека, который смотрит на тебя так, что земля уходит из-под ног».

Когда начало темнеть, Алекс глянул на небо.

— Темнеет. Давайте я вас провожу?

— Я живу недалеко, в десяти минутах.

— Тогда у меня есть ровно десять минут, чтобы вас впечатлить. Я справлюсь.

Я засмеялась.

— Ладно. Провожайте.

Десять минут он честно пытался меня впечатлить: шутил, рассказывал что-то смешное про инвесторов, даже изобразил, как его кот саботирует утренние конференц-звонки. Я смеялась — легко, без напряжения. Кажется, у него получалось.

Мы подошли к моему дому. И тут я увидела его.

Натаниэль стоял у подъезда. Руки в карманах. Лицо — каменное. Он явно ждал. И явно давно.

Моя улыбка сползла мгновенно — как будто её выключили. Я почувствовала, как изменилось лицо. Алекс это заметил.

— О, — сказал он, переводя взгляд с меня на мужчину у подъезда. — Кажется, это по вашу душу. Всё нормально?

— Да. — Я не отрывала глаз от Нейта. — Спасибо, что проводили.

Алекс посмотрел на Натаниэля — внимательно, оценивающе. Не враждебно, но цепко. Потом кивнул.

— Не за что. Хорошего вечера.

— И вам.

Он ушёл — быстрым шагом, не оглядываясь. Я осталась одна. Один на один с человеком, который сейчас прожигал меня взглядом.

— Кто это? — спросил он. Голос был низким, сдавленным.

— Привет, Натаниэль. Я тоже рада тебя видеть.

— Эви. — Он не поддержал игру. — Кто этот человек?

— Алекс. Познакомились в сквере. Программист. Проводил до дома. Вежливость, знаешь ли.

— Вежливость, — повторил он. — Ты гуляла одна, без телефона, с незнакомым мужчиной. В этом платье.

Я опустила взгляд, потом снова подняла.

— А что с платьем?

— Ты знаешь что.

— Нет. Объясни.

Он шагнул ближе. Воздух между нами сгустился.

— Где ты была весь день? — в его голосе прорвалось что-то помимо злости. Что-то, что он не мог контролировать. — Я звонил. Мать звонила. Никто не знал, где ты.

— Я оставила телефон. Я хотела побыть одна. Без офиса, без звонков, без всех.

— Без меня?

— Без всех! — я почти выкрикнула. — Я имею право на один день тишины?! Или я теперь должна перед тобой отчитываться за каждый шаг?!

— Да! — он сорвался. Голос ударил по нервам. — Да, должна! Потому что...