Страница 36 из 62
Так что информация от советских моряков поступила весьма толковая. А ведь заодно еще и способ обнаружился, которым можно необходимую на эту ткань валюту заработать, чтобы и от других покупок все же не отказываться.
Чтобы не перегибать палку, Боянов и Вишневский тут же решили, что на каждого больше сорока метров отрез ткани лучше не везти. Нечего злить таможенников. Но уж сорок-то метров они точно должны пропустить.
Появилась у Боянова с Вишневским, конечно, мысль, тут же всю труппу этим же вечером по кабакам в порт отправить на дополнительные заработки.
Но это было неосуществимо. Знали все прекрасно, что специалист по реквизиту не зря в последнюю неделю перед выездом поменялся. И новый специалист в реквизите в этом ничего не понимает, потому что является кадровым сотрудником КГБ.
А ведь еще был чиновник от Минкульта. Что, кстати, всех удивляло, так это, что всего один клещом к ним присосался. Могло быть и трое-четверо. Они же такие поездки на халяву за рубеж просто обожают. Так что Боянов с Вишневским были сильно удивлены, что в этот раз одним обошлось.
Но тем не менее и он же тоже присматривает за коллективом. И если вдруг поздно вечером обнаружит, что никого из артистов нет, то по возвращении в Москву может знатный скандал устроить, который абсолютно никому не нужен. Так что все же человек шесть нужно оставить. Чтобы они мастерски создавали иллюзию у офицера КГБ и руководителя от Минкульта, что все на месте в гостинице находятся.
Кто же мешает, парики меняя и оживленно шляясь по коридорам, создавать иллюзию, что вся труппа на месте, за исключением Боянова, Вишневского и Миронова, которые, как все уже привыкли, в гостинице с Ивлевым обосновались какой-то.
А на следующий день можно местами поменяться. Те бедолаги, которые прикрывали группу, тоже петь отправятся. А те, что пели, будут отправившихся на заработки прикрывать.
Главное, что уже установили, выезжая за рубеж в прошлом году, что стукачей в самой труппе нет. Много там чего случилось нехорошего, а по приезду никаких проблем от КГБ не было.
И что здорово, что дело это получается совсем не противозаконное. Ты поешь в японском кабаке, а все тому рады, и владелец, и посетители. И деньги потом с собой немалые уносишь, на которые можно дополнительный товар для провоза в Советский Союз прикупить.
Италия, Сицилия
Альфредо и Микеле сидели у Альфредо в его директорском кабинете.
Микеле забежал к брату с вопросом, может ли он тоже на свою невесту посмотреть, учитывая, что у Альфредо такой шанс уже был.
– Нет, это не из-за недоверия. — уверял он брата. — Если ты говоришь, что средняя по возрасту девушка тоже красивая, то я тебе верю, но сам понимаешь, хотелось бы все же на нее хоть глазком взглянуть.
– Нет, братишка, — покачал головой Альфредо. — Джино поднимал уже этот вопрос с Коста. Тот сказал, что еще одну встречу перед свадьбой хлопотно организовывать. Вернее, он как бы и не против, но в прошлый раз, когда были смотрины, напряжение между боевиками Джино и Коста было очень велико. И Джино подтвердил, что это так и было, да я и сам чувствовал то напряжение в воздухе, что было разлито. К чему лишний раз рисковать тем, что кто-нибудь сдуру из-за старых противоречий стрельбу устроит и все плохо закончится? Лучше уж, чтобы мы снова все уже на свадьбе встретились.
– Ну нет, так нет, — вздохнул немножко обиженно Микеле.
– Вспомнил, кстати… Тебя этот вопрос должен тоже интересовать, братишка, — сказал Альфредо, крутя в руках карандаш. — А папа как наш отреагировал на всю эту нашу ситуацию с женитьбой на дочерях Коста? Не скажешь мне?
– А он еще никак не отреагировал, — признался Микеле, — потому что мы ему еще об этом и не сказали.
– Ну вы даете с мамой! — развел руками Альфредо.
— Не, ну, если ты у нас такой смелый, то, может быть, ты сам приезжай вечером и скажи ему об этом. А я лично побаиваюсь этот разговор затевать, — тут же вскинул голову Микеле.
– Ну нет, так нет, — сказал Альфредо, сделав вид, что он не слышал это предложение своего старшего брата. — Значит, просто потом уже как-то сам отец об этом узнает.