Страница 66 из 72
— Чего? — не понял я.
— Кто послал, говорю, сюда на инициацию? Чей жених?
— Никто.
— Значит чей-то солдат? — прищурилась она.
— Какая разница, — поморщился я. — У меня другой вопрос: мы так и будем сражаться тут, пока не зарежем друг друга, или может мир?
— Мир? С тобой? — фыркнула агадарка. — С грязью? — и сплюнула показательно. — Да я удавлюсь лучше.
— Тебе помочь в этом? — спросил я заботливо.
Она показала острые зубки. Шутка явно была хорошей, раз ей не понравилось.
А через мгновение она уже атаковала меня.
Вот она делает выпад слева, едва парирую, её клинок уже справа, но соскальзывает по ребру моего меча. Всего мгновение ей требуется, чтобы вернуть меч в исходную позицию для удара, но именно в этот момент я делаю шаг вперёд, оказываясь ей вплотную. Перехватываю свободной рукой её кисть с мечом и выкручиваю, пытаясь заставить её отпустить клинок.
И прилетает коленом прямо по рёбрам, да так, что в глазах вспыхнула. Без задней мысли делаю ей быка, и вспыхивает теперь уже у нас обоих — я промахнулся и влепил ей лоб в лоб. И, кажется, ей пришлось чуть хуже, чем мне, потому что агадарка заметно пошатнулась. Секунда и я плюнул на всё, отбросил меч и прыгнул вперёд, сбивая ей с ног.
Мы полетели на землю, и тут я на себе прочувствовал, какая она змея. Эта сука буквально изворачивалась в моих руках, пытаясь выскользнуть. Я даже ударить не мог нормально, потому что все силы уходили на то, чтобы её банально удержать. Нет, херня…
Оттолкнувшись от неё, я сделал кувырок на земле назад, вскочил на ноги и пинком (спасибо Ирис за то, что научила), поднял её меч с земли прямо в ладонь. Свой поднял так же, и вот я стою напротив неё с двумя мечами, а она…
Вот же сучка!
Выхватила кинжал и швырнула его в меня! Я только дёрнуться сумел, почему он не воткнулся мне в сердце, а лишь в плечо. Аж на слезу от боли пробило, но…
Кажется, это был её последний клинок. Теперь стерва стояла, чуть подпружинив ноги, словно кошка, готовая к броску, да только и я, и она понимала, что, если мы держались на равных всё это время, голыми руками ей взять меня не получится.
— Что, отпрыгалась? — поморщился я.
— Не радуйся, я тебе глотку зубами перегрызу, червь, — хмыкнула агадарка.
— Червь? Слушай, а мне интересно, каково это, когда тебя, небесную всадницу, отмудохал обычный парень, — улыбнулся я широко.
Я просто решил взять её на понт. Если я ошибся, то она просто рассмеётся мне в лицо, но если нет…
Да, её выражение лица было такое, будто она сожрала лимон.
— Обидно будет, если в нашей империи, — решил я чуток подыграть, — не станет новоиспечённой небесной всадницы, хотя, наверное, моя хозяйка уссытся со смеху, когда узнает, что произошло.
— Тебе яйца отрежут за это, — улыбнулась та, пытаясь сохранять хладнокровие.
— Если кто-то узнает, естественно, — ответил я. — Так значит ты здесь ради инициации? Проходишь обряд посвящения в небесные всадницы?
— А сюда суются по другой причине? — изогнула агадарка бровь, будто разговаривала с дебилом, который не знал банальных вещей.
— Да.
— И какой же?
— Ну вот мне кое-что надо найти, — ответил я.
— Как и всем нам, идиот. Это и называется пройти обряд посвящения, — раздражённо произнесла девушка. — Войти в пещеру и вернуться с любым трофеем, желательно побольше. С какой ещё целью сюда соваться?
Так вот в чём смысл… Как раньше охотник должен был войти в лес, чтобы вернуться с добычей и доказать, что он умеет охотиться и достоин стать охотником, так и они сюда спускаются, чтобы что-нибудь добыть вернуться обратно, преподнести трофей, как доказательство их отваги и мастерства. Надо не просто спуститься, надо ещё и вернуться с чем-то.
Так, погоди, так получается, когда раз она спросила, чей я жених, значит они тоже должны сюда спускаться? Мол раз захотел жениться на агадарке, спустись и докажи, что достоин этого? А не слишком ли круто для обычных парней, учитывая, что сюда небесные всадницы спускаются?
— И… какой трофей ты хочешь? — спросил я.
— Любой. Подойдёт и твоя голова, кстати. Скажу, что осквернитель святынь, — шагнула агадарка чуть в сторону, но я тут же поднял меч, указав кончиком на неё, показывая, что готов пустить его в ход.
— А помимо моей головы?
— Ты какой-то тупой для того, кто сюда спустился. Ты сам что хочешь найти?
— А это секрет. Но мне нужно спуститься… м-м-м… как можно ниже.
— Все хотят спуститься как можно ниже. К святилищу, — хмыкнула она. — Принести оттуда что-нибудь.
— Тогда… — я посмотрел на её меч. Подкинул его в руке и протянул ей. — Предлагаю объединиться.
— Мне? С тобой?
— Не, не хочешь, как хочешь. Топай сама, без меча, без… — я поморщился, — кинжала. Глядишь, встретишь какую-нибудь тварь, покажешь, как глотки рвёшь. А со мной, вполне возможно, ты спустишься ещё ниже, чем ваше святилище.
— Да с чего вдруг?
— Я везучий, — подмигнул я.
Интересно, клюнет, подумав, что я знаю больше, чем она, или нет?
Несколько секунд она размышляла, после чего надменно улыбнулась:
— Ладно, я сделаю тебе одолжение, провожу кретина такого вниз, — произнесла агадарка, сделав шаг вперёд.
— Не-не-не, — отшагнул уже я. — Слово.
— Слово?
— Дай слово, что не ударишь мне в спину, — пояснил я. — Дашь слово — пойдём вместе.
— С чего Я должна давать слово ТЕБЕ? — с омерзением на лице спросила агадарка.
— Ты можешь не давать, — пожал я плечами. — Спускайся без света, без оружия, без всего. Наощупь до самого святилища. Посмотрим, какой ты там трофей принесёшь. Или… вдвоём можно добыть трофей куда крупнее, чем тот, что приносят другие.
— Ты знаешь что-то? — прищурилась агадарка.
— До моей госпожи доходили слухи. И я здесь, чтобы проверить, — ответил я. — Повезёт, что-нибудь да найдём.
Она изменилась в лице, кусая большой палец, она бросала взгляд на норы, после чего переводила на меня. Казалось, её волновало что-то, но…
— Ладно, хорошо, я, Озидрисс Дарзснейк, даю тебе слово, что не предам и не ударю в спину, пока мы будем работать вместе.
— И не нападёшь на выходе, когда выйдем.
— Даю слово, что не нападу.
Так… верим? Ну как мне говорили, у них дать слово — это священно, и свои же сгноят за его нарушение. И если их слова было достаточно, чтобы империи померить… Вопрос лишь в том, что этой клятвы никто не видел и не слышал, а если другие слову своему верны, не значит, что эта будет верна. Короче…
Я шагнул, протянув меч. Не стал говорить всякое типа «без глупостей» и прочую банальщину. Если она захочет — она эту глупость совершит.
Хмыкнув, девушка забрала меч, вернув его в ножны, после чего неожиданно шагнула мне на встречу. Так быстро, что я даже отшагнуть не успел. Вот он была там, а сейчас уже здесь, передо мной, будто готова меня поцеловать. Я даже не успел дёрнуться, как…
Агадарка выдернула из меня кинжал.
— Идём, придурок, — хмыкнула она и прошла мимо.
— Сама придурошная, — бросил я, достав бутылёк и опрокинув в себя содержимое.
Ну вот, во мне теперь на один шрам меньше.
Она явно знала, куда спускаться. Стараясь держаться в круге света, она не отходила далеко, тем не менее уверенно меня направляя.
— А что конкретно у святилища внизу ты хотела забрать? — спросил я.
— Что попадётся, — ответила она, не оборачиваясь. — Может какой-нибудь осколок прошлого. Может, если повезёт, чью-нибудь голову.
— И чью же?
— Например, твою, — бросила она хитрый взгляд за плечо. — Или кому не повезёт встать у меня на пути.