Проклятые судьбой

Чем больше над этим думаешь, тем бредовее звучит!

— Ну, выкручивайся теперь, как хочешь! — вновь раздалось со стола. — Будешь знать, как стульями кидаться! Чуть ауру мне не помяла!

Я вздрогнула, успев позабыть о фантоме, который уже куда-то рассеялся. Ладно! Если на миг допустить, что это всё не порождение внезапно проснувшейся во мне шизофрении, он, наверное, может мне чем-то помочь! Обрисовать, так сказать, ситуацию.

— Что тут вообще происходит? Где я?

Ежедневник молчал. Я взяла его со стола и полистала в надежде на то, что это окажется какой-нибудь тайный дневник. Но нет — пусто.

— Щекотно, ну! — не выдержал он. На обложке проступили очертания уже знакомого лица “домового”. Я ойкнула и с испугу выронила его. — Да что ты делаешь?! Ещё в камин меня брось, чтоб уж не мучился!

— Прости! — выдохнула я, подняла ежедневник с пола и даже отряхнула ладошкой.

— Ну я не могу! — продолжил сокрушаться он. — Одна бестолковее другой!

— Я что, не первая?!

— Не первая — вторая. Этель пропала, а на её месте появилась ты. Как тебя зовут хоть, горе?

Я задумалась, от потрясения не сразу вспомнив своё имя.

— Ива.

— Поздравляю, Ива: похоже, твоя душа попала в чужое тело. Напортачила Этелюшка — вот и случилась неразбериха.

Какие исчерпывающие объяснения! Всё стало мне предельно ясно, вот только где тут моя табличка “сарказм” завалялась?

— Что значит неразбериха! — возмутилась я. — Нет уж, давайте-ка разберёмся! Я домой хочу!

Ответить мне ежедневник не успел, потому что в дверь сначала грозно и уверенно постучали, а затем она распахнулась и в проёме возник тот “плотный” господин по фамилии Хилагауст. Вблизи он казался ещё более крупным, но по сравнению с черноволосым красавчиком выглядел карапузом-переростком. Тот стоял за его спиной и с интересом меня оглядывал.

Я опомнилась и запахнула сильнее ворот довольно откровенной сорочки. А Этель, кем бы она ни была, шалунья! Для кого она так оделась? Никакой интриги для мужского взора!

— Ну вот! Я же говорил, что это не может быть Лорион! — Хилагауст обличительно указал на меня раскрытой ладонью.

— А я и не утверждал, что это он, — холодно заметил черноволосый. — Девицу от не-девицы я отличить могу.

Я открыла было рот, чтобы что-нибудь сказать, но каким-то задним чутьём поняла, что не стоит. Пока не разберусь в ситуации. А она становилась всё “страньше”. Получается, в этой комнате живёт некий Лорион — судя по всему, мужчина. И что выходит? Этель, в тело которой я попала, провела с ним ночь? Хорошенькое начало! Мне только чужих любовников не хватает для полного счастья!

— Вы откуда тут взялись, кири? — строго обратился ко мне Хилагауст. — И, ради Мирового пламени, почему выбросили стул из окна?!

Я почувствовала, как мои глаза от усилий хоть что-то придумать становятся всё шире и шире. Может, упасть в обморок? Ну их всех, пусть побегают!

— Это были эмоции! — выпалила как на духу. — Понимаете, я проснулась тут одна, расстроилась и…

— Просто очаровательно! Расстроилась! — беспардонно, но очень своевременно перебил меня мужчина, избавив от необходимости фантазировать дальше. — Да вы чуть не убили моего гостя! А где Лорион?

— Он… ушёл, — выдала я почти гениальный ответ.

Чем проще, тем лучше. А куда кто ушёл и зачем, можно не уточнять. Пусть додумывают сами.

— Нет, ну надо же! — негодующе воскликнул Хилагауст. — Прикинулся больным, провалялся весь вчерашний день в постели. Сказал, что будет усиленно лечиться, чтобы поскорее вернуться к работе. А тут — вот!

Теперь он указал на меня обеими руками. Незнакомец за его спиной остался непоколебимо серьёзным, он смотрел, почти не мигая, и меня словно бы сдавливало в холодных тисках. Кажется, за это время на его лице не промелькнуло ни одной эмоции. Прямо-таки феноменальная сдержанность! Отсыпьте мне килограммчик.

— Если это такое лекарство, то я прекрасно понимаю вашего племянника, — наконец разлепил он губы. Весьма красивые и даже чувственные, что, впрочем, не делало его каменное лицо даже капельку мягче.

— Скажете тоже… — хмыкнул старший. Затем покосился на меня и закатил глаза. — Впрочем… Где мои годы, чтобы лечиться так же!

Нет, это уже совсем ни в какие ворота. Эй! Вообще-то я тут, а меня обсуждают, как мебель в выставочном зале.

— Простите, но я хотела бы одеться! — напомнила о себе.

Конечно, надо было сделать это раньше, но состояние лёгкого шока до сих пор с меня не сходило, и потому реакции оставались запоздалыми. Пора взять себя в руки!

Мужчины переглянулись с таким снисхождением, будто в моём положении вообще не предусмотрено одевание. Вот раздевание до победного — вполне. И они с энтузиазмом на это посмотрят.

— Одевайтесь и выметайтесь отсюда! — тон Хилагауста стал ледяным и таким же, как лёд, твёрдым. — В моём доме нечего делать таким, как… вы. А Лорион получит хорошую взбучку, когда вернётся. Тащит сюда… всякое.

Это я — всякое?! А вы не обнаглели, мистер?

Удивительно всё же: в этом теле я какие-то двадцать минут, а уже принимаю все выпады на свой счёт, не зная, какой эта Этель была на самом деле. Может, все слова этого душного господина вполне справедливы… Не хотелось бы. Мне с такой репутацией ещё неизвестно сколько жить придётся!

Но ему, конечно, было всё равно, что я подумаю. Судя по всему, он хозяин дома, а этот неизвестный мне Лорион тут вообще на птичьих правах, раз о нём говорят в таком пренебрежительном тоне. Потеряв остатки терпения, я сделала шаг вперёд, чтобы выступить в свою защиту, но меня внезапно опередил “экспонат”.

— Не стоит высказываться так резко в адрес незнакомой девушки. — Он не дал киару Хелагасту уйти, преградив ему дорогу. — Может, она жертва обстоятельств.

В его тоне проскользнула вполне читаемая ирония. Я начала закипать активнее.

А хозяин дома оторопел настолько, что не сразу нашёлся с ответом. Лишь посмотрел на него снизу вверх с таким возмущением, что показалось, будто его жилет вот-вот лопнет от напряжения, а отлетевшая пуговица, словно пуля, прошьёт нахального молодчика насквозь.

— Хм… — Он вновь ко мне повернулся. — На жертву она не тянет. А теперь уходите, кири… Скорее! Скорее! И радуйтесь, что я не позвал полицию. — Он обвинительно ткнул в мою сторону пальцем, после чего резко потерял ко мне интерес. — Прошу вас, герцог ван дер Вэдис, идёмте. Завтрак уже, наверное, подали.

Завтрак! Какое хорошее слово. А я вот, между прочим, голодная как волк, но поесть мне, конечно, никто не предложит.

— Идите, я вас догоню, — небрежно бросил черноволосый.

Киар Хилагауст протиснулся мимо своего габаритного гостя и степенно удалился, а тот окинул меня ещё одним бесстрастным взглядом. Как будто чего-то ждал. Ах да! Я же зарядила ему стулом по затылку… Неловко вышло.

— Простите, киар ван дер… — Блин! Забыла!

— Вэдис, — подсказал мне мужчина.

— Д-да. Вэдис. Я не хотела, чтобы вы пострадали. Это получилось случайно.

“Всё, а теперь иди! — добавила мысленно. — Иди-иди! Дай девушке переодеться”.

Но он внезапно шагнул дальше в комнату, прошёл до балкона, повторив путь недавно брошенного стула, и даже глянул во двор. Всё это время я настороженно следила за каждым его плавным, уверенным движением, опасаясь сказать что-то не то. Да и вообще дышать слишком громко. Кто знает, какие тут нравы!

— Мы с вами раньше не встречались? — вдруг спросил он, остановившись напротив. — Ваше лицо кажется мне знакомым.

— Точно нет! — Я уверенно кивнула.

И даже не солгала, потому что встретила этого мужчину сегодня впервые в жизни. Что там было с Этель — это совсем другая история, которая нравилась мне всё меньше и меньше.