Страница 1 из 21
Глава 1
Илья
Загорелые стройные ножки, плавно перетекающие в упругую соблазнительную форму персика, который делила пополам какая-то розовая тканевая микроскопическая полоска, кажись, стринги – это первое, что я увидел, когда открыл глаза. Ты же мне не снишься?
– Ха-а-ай! – мелодичный и чистый звон колокольчиков разлетелся по моему номеру, а я растянулся в довольной улыбке.
Сон или мираж, но у обладательницы таких оху… реховых персиков оказался еще и милый голосок.
– На связи с вами…
С нами? Я думал, она со мной поздоровалась… Сдвигаю с лица угол одеяла, чтобы оценить обстановку и остальные части тела.
– Мои хорошие, скучали? Я очень!
С кем ты там верещишь, соловушка. Да еще и на чистом русском. Разве не меня должна обслуживать? И хотя бездник только через три дня, но такой комплимент от отеля мне уже нравится. Слюной захлебываюсь, когда глазами нащупываю две впадины на ее пояснице – не Марианские, но тоже глубокие. Лизнуть хочется.
– Хи-хи… – она несет какую-то ересь, а я еще пару секунд сканирую модельную фигурку, которая светится в солнечных лучах, проникающих сквозь матовые стекла в мой номер.
Она двигается, как кошка, источая элегантность и грациозность. Раздвигает панорамные двери, но не спешит выйти на террасу. И правильно. «Эй, деловенция! Будущий именинник уже тут!», – вслух я, конечно же, этого не произношу, боюсь, что глюки рассеются. Потому что незнакомка совсем странная. Она держит перед собой мобильник и снимает все на камеру.
– Ребята, вы только гляньте, какие тут виды. На моей вилле есть выход на террасу с бассейном, а прямо за…
Так дело не пойдет. У нас еще ниче с ней не было, а она уже мою виллу приватизировала. Вот ушлая.
– Ну что, загорелые стройные ножки, пора уже вам забраться на Илюшкины крепкие плечи, – бормочу себе под нос, приближаясь к незнакомке.
И то ли она глухая, то ли, потому что занята там беседой со своим телефоном или тем, кто в нем. В общем, деловенция меня совсем не слышит и не замечает, пока я не обвиваю рукой ее талию и не начинаю притягивать к себе. Вот тут-то и включается на всю мощь опера Пуччини. Визг разносится такой, что я всерьез беспокоюсь о стеклах не только в номере, но и на остальных ближайших виллах побережья.
Эта очумелая роняет телефон и начинает брыкаться. Я, не найдя лучшего решения в сложившейся ситуации, тащу ее бьющееся в конвульсиях тело и закидываю на кровать. Хватаю ее запястья и завожу руки над головой. Телом в тело. Лицом к лицу.
– Не пустозвонь, персик. У меня очень чувствительные перепонки, – впиваюсь в ее широко раскрытые глаза. Зеленые, как тина, как непроходимые джунгли и как… мое представление о райском отдыхе.
– А яйца?
– Что? – удивляюсь смене ее настроения. Хотя, она же мой подарок. Может, дошло до девчонки, что пора исправляться?
Губами прижимаюсь к ее уху, ослабив хватку и дав волю ее телу.
– Ёбр-бобр! – ору и шиплю одновременно, когда из легких вылетает последний кислород, а из глаз сыпятся искры.
Деловая мандафля не идет на переговоры. И яйца ей мои сдались, как собаке десятая лапка. Полагал наивно, что она их только нежно в своих ручках покатает, как бильярдные шарики, а не зарядит со всей дури хрупкой стройной ножкой.
– Вернись, идиотка! – одной рукой пах зажимаю, второй пытаюсь поймать эту змеюку, а та прыткая уже из-под меня умудрилась вылезти и даже лыжи к выходу навострила.
– Сам идиот! Хам! И маньяк! Я сейчас охрану вызову, чтобы тебя выпнули под зад из моего номера.
– Слышь, деловенция! Ниче не попутала? Вообще-то, это моя вилла, – режу воздух указательным пальцем, тихонько добавляя – Странный подарочек, ничего не скажешь…
Она смотрит на меня испуганным кузнечиком, но успевает зачем-то схватить чайник. И теперь угрожающе метит его в мою физиономию. Вот это орудие самообороны, да и только…
– Ты че несешь, дух лукавого? – потом смотрит по сторонам, и ее милое личико наполняется светом, словно кто изнутри включил лампочку. – Сейчас ваучер достану, и сам убедишься.
Меня конкретно забавляет ее растерянность, когда она в одних стрингах, коротком топике и с чайником в руках начинает боком пятиться к дверям шкафа.
– Ага, – с ноткой иронии в голосе соглашаюсь я.
– Ох! – восклицает недоразумение, и она же мой до сих пор неразвернутый подарок, ошарашенно разглядывая содержимое шкафа. Не, конечно, там не все вещи. В чем прилетел, то и закинул. Остальное еще покоится в неразобранном чемодане. – А где моя одежда?
– На тебе, – я расслабляюсь и вальяжно направляюсь к ней, сокращая, между нами, расстояние, девчонка тут же снова выпускает коготки. – И прямо сейчас я готов сорвать с тебя эти несчастные остатки скромности.
Глава 2
Алисия
– Ой, мамочки! – пищу я и покрепче сжимаю ручку моего электрического орудия самообороны.
Блин, у меня же еще юбка есть, только она валяется на полу у парящей кровати. Скинула на бегу. Думала, сейчас поприветствую своих подписчиков. Выложу новый контент и сразу же в басик прыгну, а там и Ленка с острова вернется.
– Что ты дрожишь, как травинка на ветру? – моя угроза становится все ближе и ближе. – Мне не нравится твой сценарий. Ты же мой подарок, а с будущим именинником можно быть и более ласковой.
– Какой еще подарок, ты – обдолбыш! Что несешь вообще?
– Какой подарок? – приподнимает бровь, но я совсем не замечаю на его лице прозрения. – Эксклюзивный, утонченный и страстный. Ну, иди сюда.
Озабоченный мачо мэн, размахивая своими кистями рук, показывает на себя. А я вот бегу, чайник теряя… Не, он красив, конечно. Смуглый оттенок кожи гармонично контрастирует с шоколадными глазами, но за его античной формой лба явно скрывается мозг человека с когнитивными искажениями.
– Изыди! – размахиваю чайником, но мистер крутизна кучерявая так быстро подбирается ко мне, что тут же выдергивает из рук мое единственное средство защиты от него. – Вот же ж, маньячелло. Я кричать буду!
Он пару секунд смотрит мне в глаза, а потом наклоняется к моему уху и тихо шепчет:
– Лучше стони.
Предпринимаю ту же попытку, что на кровати, но на этот раз он успевает схватить меня за коленку. Когда его пальцы касаются моей кожи, я вдруг чувствую предательский жар на щеках. М-да… не хватало еще в первый же день отдыха плавиться маслом в руках наглого незнакомца.
– Чт…
– Илюшка, ты еще дрыхнешь? Мы с мамой на экскурсию погнали.
Я так и замираю с открытым ртом. Из головы вылетает все, что я собиралась сказать этому эм… Илюшке?
– Систер, свали. Не до тебя сейчас, – кидает грубо в сторону двери.
А я осторожно начинаю шагать влево, даже дыхание задерживаю.
– Бу-бу бу… вечно ворчишь, как дед старый. И как только на тебя девчонки западают! – последние слова тонут в удаляющихся от виллы шагах. Сестренка делает ноги и мне пора.
Я прытко добираюсь до юбки и, обегая этого богатыря Илюшку, даю деру к дверям.
Несусь по дощатой площадке, не веря своему счастью, на ходу умудряюсь еще и юбку натянуть. Стринги хоть и купальные, но все равно я не привыкла на люди выходить в таком одеянии. Вдруг, где еще парочку таких же маньячелл притаилось?
– Лиса, ты куда?
– Ой! – взвизгиваю и лечу вперед носом. Блин, коленки поцарапала. Да что за утро-то сегодня?
– Але-але, подружка, ты где была? Я в номер вернулась, пошла на террасу, а в басике тебя нет. Договаривались же вместе позагорать.
Я поднимаюсь, поглаживая места ушибов. Злость и жалость накатывает мгновенно. Тут же вспоминаю, что оставила в номере у этого мудака свой мобильный.
– Бл… – зажмуриваю глаза и остальные строки трехэтажного пропускаю мысленно.