Страница 74 из 85
- О, Господи…
- Не закатывай глаза. Это важно. Ты молод…
- Завязывай с этой херней! Не хочу слушать ее в тысячный раз! - обрываю грубо.
А что мне ещё сделать? Не объяснять же ей, что сколько бы первоклассных сучек не стонало подо мной - это не идет даже по ощущениям ни в какое сравнение с тем, как она просто кладет свою ладонь мне на щеку.
- Пожалуйста! - продолжает дроля настаивать, сверля просительным взглядом. - Я хочу, чтобы то, что мы начнем сегодня честно и на равных, закончилось точно так же.
Это не закончится никогда - качаю головой, читая в ее взгляде надежду. Но, понимая, что ей, да и мне нужны гарантии, вслух произношу:
- Только после того, как ты пообещаешь больше никогда ничего не скрывать и, тем более, решать что-либо за меня.
Дроля растягивает губы в понимающей улыбке и, помедлив, кивает.
- Принято.
Я тоже киваю в знак согласия, хоть и уверен, что в моем обещании нет никакого смысла.
Не оставлю, никогда я ее больше не оставлю, как бы не было тяжело.
Мы скрепляем договоренность полусонным поцелуем и, посидев ещё немного, полюбовавшись, решаем пойти в спальню, поспать. Но, как только входим в дом, у дроли начинает звонить сотовый.
- Легок на помине, - демонстрируя мне дисплей с подписью “ублюдок”, расплывается она в хищной ухмылке и просит. - Включи-ка диктофон, милый. И пожалуйста, что бы он там ни нес, молчи.
65. Богдан
- Ты щас прикалываешься? - пребываю в полном ахуе от прошедшего разговора, а главное - от дроли, решительно настроенной воспользоваться угрозами моего менеджера-мудозвона.
- Нет, я абсолютно серьезно. Это хорошая возможность засудить его. У меня есть запись угроз, пусть публикует видео и в тот же день получит повестку в суд, - невозмутимо пожимает Лариса плечами, словно это не ей полчаса назад обещали опубликовать интимное видео, если она не даст мне отворот-поворот.
Я пока слушал этого гондона, едва не сорвался, чтобы тут же уволить его, а по приезде - выбить все дерьмо, а она ничего - гладила меня успокаивающе по лицу, прижимая пальчики к моим подрагивающим от бешенства губам, с которых так и рвались маты, и улыбалась хищно, чуть ли не потирая кровожадно ладони.
Честно, я ее такой впервые видел и, надо признать, мне этот боевой настрой очень нравился, он меня восхищал, заводил, однако пустить дело на самотек я не мог.
- Ты понимаешь, чем это все обернется? - взываю к ее рациональности. - После того, как я объявлю о расставании с Линдси, пресса будет гудеть и до самого боя не давать мне прохода. Само собой, ты попадешь в фокус их внимания, и тогда это видео приобретет такой масштаб, что его не увидит разве что слепой. Его будут мусолить на каждом шагу, тебя назовут шлюхой и…
- Пусть, - все с тем же абсолютнейшим спокойствием прерывает она меня, заставляя охренеть окончательно, когда решительно заявляет. - Я лучше буду счастливой, свободной шлюхой, чем позволю какому-то уроду снова диктовать свои условия и загонять в удобные ему рамки. У меня нет на это времени, Богдан. Я хочу жить и не оглядываться.Тем более, что это прекрасная возможность для сатисфакции. Эта сволочь понесет колоссальные финансовые и репутационные убытки. После слива никто не захочет с ним работать.
- А как же твои дети? - привожу беспроигрышный аргумент, на что она с шумом втягивает воздух и встав с кресла, подходит к окну, нервно заламывая руки.
- Ну, думаю, они уже достаточно взрослые, чтобы понять, что в жизни их матери есть секс, - иронизирует она с кривой усмешкой. - В конце концов, на этом видео нет ничего такого, чего мне стоит стыдиться. Меня не трахало десять негров и не… что там ещё делают…
Я хмыкаю. То видео действительно скромное, но всяким белопальтовым хуеплетам и его хватит, чтобы прийти в культурный шок, склоняя нас на каждом углу. Касайся это только меня, я бы даже пальцем не пошевелил, пусть там хоть с лупой рассмотрят, мне похуй, но в таких случаях все дерьмо летит на женщину, а дроле только этого не хватало, тем более, из-за моего гребанного менеджера и моих упоротых хотелок.
Нет, хрена с два я этот слив допущу!
- Ты, конечно, права, но маленький нюанс: я не хочу, чтобы на мою женщину дрочили все, кому ни лень.
- Боже, Богдан! - закатывает она глаза, засмеявшись, но я веселье не разделяю и у нее взлетает бровь. - Ты серьезно?
- А ты реально думаешь, что я позволю тебе решать проблему с моим менеджером? Ты за кого меня вообще держишь?
Ну, да, наезжаю, но иначе просто никак. Пусть мне приятно, что она готова, наконец, сражаться за наши отношения, но ее жертвенность у меня уже в печенках.
- Я просто хотела.… - мгновенно теряется она, не понимая моей реакции.
- Я понял и оценил, - спешу успокоить, - но у тебя есть мужик. Мужик, а не мальчик! Положись на него и расслабься.
- Если суть вопроса в том, чтобы доказать…
- Я не доказываю, а расставляю точки над “i”. Защищать - не твоя зона ответственности.
- Да боже, это просто отличная возможность и мы ее упустим, если ты продолжишь лелеять все эти нормы!
- Я все сказал! - отрезаю безапелляционно, ибо нормы для того и придуманы, чтобы мужики оставались мужиками, а женщины - женщинами, и каждый знал свои обязанности, а не стенал потом, что мужик - это среднестатистическая баба по своему функционалу. - Успокойся и хватит со мной спорить. Я не хочу, чтобы ты вместо того, чтобы спокойно проходить лечение, дергалась из-за желтых газетенок, каких-то неадекватов на улице и своих деток.
- А что мне делать? - рухнув обратно в кресло, вопрошает она. - Сидеть и ждать…
- Да, сидеть и ждать, когда я все решу.
- И как ты решишь? Искалечишь его?
Что ж, наверное, я сам виноват, заслужил репутацию взбалмошного кретина, но как же бесит!
- Ты вроде говорила, что безмозглые идиоты не в твоем вкусе, но ведешь себя так, будто я - он самый что ни на есть.
Дроля с шумом выдыхает и чуть ли не закатывая глаза, заверяет:
- Я не считаю тебя идиотом, но ты импульсивен и…
- Я могу себя контролировать, когда знаю, ради чего!
И это не пустой треп. Я многое терпел ради наших отношений, когда ни хрена не было ясно, а сейчас и подавну, зная, что теперь мы вместе, и все действительно серьезно, потерпеть и не угондошить этого урода смогу.
- Хорошо. Я так понимаю, ты предлагаешь снова скрываться и делать вид, что между нами все кончено, так?
- Раньше тебя это не парило, - вырывается прежде, чем успеваю отфильтровать. Дроля невесело усмехается, но без обид.
- Раньше я была дура, которая думала, что у нее есть все время мира, а теперь его нет, и я не хочу тратить то, что у меня осталось на игры с твоим менеджером-уродом.
- Давай, ты не будешь говорить так, словно завтра умрешь - это во-первых, - она явно хочет что-то возразить, но я не позволяю, - а, во-вторых, на разборки с ним все равно уйдет время, вопрос лишь в потерях, которые мы понесем. И твоя репутация не будет одной из них. Точка!
Я поднимаюсь с кресла и начинаю разминать плечи, корпус, а дроля тяжело вздыхает.
- У тебя есть какой-то план?
Планом это, конечно, не назовешь, скорее идея, но вполне имеющая место быть.
- Есть, но это сложно и рискованно, - отзываюсь неопределенно, но дроля всем видом дает понять, что жаждет конкретики. Скрывать не вижу смысла, поэтому обрисовываю задумку. - Раз ты говоришь, что он намекал на причастность к смерти Агриппины, значит, нанимал кого-то. Если узнать кого, то можно раскачать эту лодку, но нужно содействие ее сыночка и бывшего мужа. Они журналисты, им нужно только дать наводку и они нароют кучу всего.