Страница 43 из 93
— Да. А что?
— И она сама тебе это имя сказала?
— Ну да. В первый же день, когда мы встретились.
Геб заходил взад-вперёд по дому. Глаза его расширились. Я видел это даже в полумраке помещения.
— Ты уверен? — выпалил он. — Абсолютно уверен? Может, ты ослышался? Может, она назвалась как-то иначе?
— Геб, что с тобой? — я тоже встал. — Я не ослышался. Лима. Она сказала — Лима. А в чём дело?
— В чём дело⁈ — Геб заходил по комнате, взбудораженный, как зверь в клетке. — Дело в том, Ган, что никакая травница не может носить это имя! Ни одна мать в здравом уме не назовёт так своего ребёнка!
— Почему⁈
Геб остановился. Повернулся ко мне. В его глазах плескался ужас.
— Потому что Лима — это имя богини, — сказал он тихо. — Богини тьмы и ночи. Ей молятся перед сном, чтобы она защитила от кошмаров. Ей приносят жертвы, чтобы она не гневалась. Её имя нельзя произносить вслух после заката. И никто — слышишь, НИКТО — не называет так живых людей. Это табу. Это страшнее, чем проклятие. Как ты мог забыть и ЭТО, брат?
Он замолчал, тяжело дыша.
А я стоял и смотрел на него, чувствуя, как земля уходит из-под ног.
А в голове билось две мысли: «Богиня?» и «Твою ж мать, подставился!»
— Я помню имя, но чтобы табу… — начал я осторожно.
Тут главное — выкрутиться и не спугнуть. Геб верил мне. Несмотря ни на что — верил брату. Непутёвому, врущему напропалую брату.
— Ладно, — вдруг сдался Геб. — Не табу, но так не принято. Это же каким надо быть родителем, что так назвать своего ребёнка⁈
— Наверное, плохим. Если ты не родитель богини.
Геб замолчал, раскрыв рот. До него дошло. Как и до меня.
Лима — богиня!
Та самая девушка, которая учила меня дышать. Которая смотрела на меня своими бездонными чёрными глазами. Которая сказала: «Ты не такой, как все здесь». Которая оставила меня одного на поляне, зная, что придёт тварь. Которая бросила мне на прощание: «Слова — оружие».
Богиня тьмы и ночи.
— Боги иногда приходят к нам, — пробормотал Геб, убеждая самого себя.
— Ты уверен? — прошептал я.
— Абсолютно, — ответил Геб, собравший. Похоже, он для себя решил задачу. — В детстве нам рассказывали легенды. О том, как боги разделили себя, чтобы создать людей. О том, как они ушли на гору Радзи, чтобы ждать, пока мы станем достойны. О том, что иногда они возвращаются. Чтобы проверить. Чтобы испытать. Чтобы…
Он недоговорил. Но я понял.
Лима не просто учила меня. Она проверяла. Испытывала. И сегодняшняя тварь в бездне… была ли она её рук делом? Или просто совпадением?
Я вспомнил её взгляд. Тяжёлый, изучающий, как под микроскопом.
«Я заметила это с первой нашей встречи, — сказала она тогда. — И даже чуть раньше».
Чуть раньше. До встречи. Она знала, что я приду? Наблюдала, уж точно. И… вот откуда у меня взялись 10 дзи на первый навык! Она передала их мне! Сейчас я в этом даже не сомневался. Вмешалась каким-то образом и передала. Система тогда определила вмешательство. Скорее всего, потому что мы были далеко друг от друга и в обычном случае не смогли бы обменяться дзи. Чёрт! Потихоньку всё складывается… Вот только зачем, Лиме всё это? Для чего я понадобился богине? Ничего — выясним!
— Геб, — я схватил брата за руку. — Завтра, когда ты выведешь Юджу… я должен быть там и должен справиться!
Геб посмотрел на меня. В его глазах читалось понимание.
— Ты думаешь, она испытывает тебя?
— Не знаю. Но если Лима действительно богиня… она может следить. И это может быть частью её испытания.
— Уверен, что у тебя всё получится? — спросил Геб.
— Я справлюсь, — сказал я.
— Ты так любишь это слово, — усмехнулся Геб. — Справлюсь… Надеюсь, ты действительно сможешь. Хорошо. Завтра на рассвете. Я выведу её к южной околице. Там, где пустой сектор. Буду ждать тебя. Но если что-то пойдёт не так… если появится кто-то ещё…
Я посмотрел в окно. Там, за погруженной во тьму деревней, спал лес. Спала поляна. Спала бездна с чёрной тварью.
И где-то там, среди всего этого, была Лима.
Богиня тьмы и ночи.
— Мне нужно отдохнуть, — сказал я. — Завтра важный день.
Геб кивнул.
— Я посижу ещё немного, — сказал он. — Спи.
Я лёг на лавку, прикрыл глаза. В голове крутились обрывки мыслей. Лима. Богиня. Тварь. Юджа. Барак. Семь дней.
Слишком много.
И мне показалось, что я слышу голос. Тихий, мелодичный, знакомый.
«Ты быстро учишься, Ган. Очень быстро. Посмотрим, чему ты научишься завтра»
И этот голос окончательно лишил меня сна.
Я помаялся ещё какое-то время и поднялся.
Геб удивлённо уставился на меня. Он так и сидел на другой лавке через стол от меня.
— Что-то не так? — спросил он.
— Давай немного потренируемся прямо сейчас, — попросил я, чем вызвал ещё большее удивление брата.