Страница 198 из 213
716
Иван Сергеевич Аксаков — заявил с кафедры, что моя речь «составляет событие». — И. С. Аксаков выступал 8 июня после Достоевского во втором отделении юбилейного заседания. Вечером того же дня Достоевский писал А. Г. Достоевской: «Аксаков (Иван) вбежал на эстраду и объявил, что речь моя — есть не просто речь, а историческое событие!». Эти слова Аксакова были приведены во множестве газет (Голос. 1880. 9 июня. № 159; Молва. 1880. 10 июня. № 158; Нов. время. 1880. 11 июня. № 153); см. также свидетельства Н. Н. Страхова и Д. Н. Любимова (Достоевский в воспоминаниях. М., 1964. Т. 2. С. 352, 378). Аксаков заявил: «Все, что я готовился прочесть, потеряло всякое значение. Моя речь упраздняется речью Достоевского Если я и могу прочесть что-нибудь, то разве это отрывок из приготовленной речи» (Голос. 1880. 9 июня. № 159). «На это послышались крики: „всю речь, всю, читайте все#8220;,— говорилось в „Голосе“. — Г-н Аксаков начал чтение своей речи» (там же). Речь Аксакова см.: Русский архив. 1880. Вып. II. С. 467–484.
717
…может вновь обновиться и воскреснуть… — Ту же мысль Достоевского о возможности для русского общества обновления и воскресения выражает эпиграф к «Братьям Карамазовым» (см. наст. изд. Т. 9. С. 5).
718
Инок.: О типе русского инока-летописца — образы такой неоспоримой правды. — Имеется в виду пушкинский Пимен из драмы «Борис Годунов». Ср. характеристики этого образа в статье 1861 г «Книжность и грамотность» (наст. изд. Т. 11. С. 93).
719
…типы бытовые, как в «Капитанской дочке»… — Черновой автограф речи о Пушкине содержит развернутую характеристику «Капитанской дочки» как «чуда [искусства] понимания русского быта и народной души». Ее более отделанный вариант содержится в тексте, подготовленном для выступления. Но произнесено это место не было и не вошло в печатный текст. Работая над третьей главой «Дневника писателя» 1880 г., Достоевский продолжал размышлять об особенностях пушкинского реализма, сказавшихся в «Капитанской дочке». В рукописях речи «Капитанская дочка» сопоставлялась с «Недорослем» Фонвизина. Дополнив свой анализ сравнением с «Мертвыми душами» Гоголя, Достоевский сформулировал в черновом автографе третьей главы «Дневника» 1880 г. свое понимание соотношения пушкинского и гоголевского реализма. Так как эти размышления не были связаны с полемикой с А. Градовским, они не вошли в окончательный текст.
720
…«что нищая земля наша ~ новое слово миру». — Утверждение Достоевского в речи о Пушкине о том, что России суждено сказать миру новое слово, вызвало возражение А. Д. Градовского: «…истинно всечеловеческое значение мы можем приобрести только после того, как мы разовьемся и укрепимся в качестве народности, умеющей и могущей делать свое общественное дело…» (Голос. 1880. 25 июня. № 174). Еще ранее возражал Достоевскому критик «Молвы»: «Что это за выделение России в какую-то мировую особь, в избранный Богом народ?» (Молва. 1880. 10 июня. № 158). Более развернуто Достоевский изложил свою позицию в ответе Градовскому в третьей главе «Дневника».
721
…«надобно нам самим развиться ~ как народы Европы». — Эта мысль является одним из основных положений, противопоставленных Достоевскому А. Д. Градовским в статье «Мечты и действительность»: «Впитайте в себя все, что произвели лучшего народы — учители ваши, — утверждал он. — Тогда, переработав в себе всю эту умственную и нравственную пищу, вы сумеете проявить и всю силу вашего национального гения, внести и свою долю в сокровищницу всечеловеческого» (Голос. 1880. 25 июня. № 174). Достоевский ответил Градовскому в третьей главе «Дневника».
722
Может ли кто сказать, что русский народ есть только косная масса — Увы, так многие утверждают… — Позиция Достоевского, выраженная в этих словах, была подготовлена его публицистикой 60-70-х годов. Со всей определенностью она была заявлена в объявлениях об издании «Времени» и «Эпохи». В апрельском выпуске «Дневника писателя» за 1876 г. Достоевский полемизировал с критиком и романистом журнала «Русский вестник» В. Г. Авсеенко: «Нам прямо объявляют, что у народа нет вовсе никакой правды, а правда лишь в культуре и сохраняется верхним слоем культурных людей» (наст. изд. Т. 13. С. 127).
Достоевский имел здесь в виду и А. Д. Градовского, писавшего в ответ на речь о Пушкине: «Ему (русскому народу. — Ред.) еще много надо работать над собою, чтобы сделаться достойным имени великого народа. Еще слишком много неправды, остатков векового рабства засело в нем, чтоб он мог требовать себе поклонения и, сверх того, претендовать еще на обращение всей Европы на путь истинный…» (Голос. 1880. 25 июня. № 174).
723
…«этой фантазии моей», как я сам выразился… — См. с. 440 и примеч. к ней.
724
Все восемьдесят миллионов ее населения представляют собой такое духовное единение — и не может быть… — Близкую мысль Достоевский выразил еще во «Введении» к «Ряду статей о русской литературе» (1861). Как проявление духовного единения народа охарактеризовал Достоевский в «Дневнике писателя» 1876 и 1877 гг. отношение русского общества к борьбе славянских народов за независимость. В январском выпуске «Дневника писателя» за 1877 г. Достоевский писал, что европейцы знают: «…нас много, восемьдесят миллионов мы знаем и понимаем все европейские идеи» (см. наст. изд. Т. 14. С. 26).
Слова Достоевского вызвали полемическую реплику В. В. (В. П. Воронцова) в либеральном «Вестнике Европы» (Вестн. Европы. 1880. № 10. С. 818). Еще существеннее было возражение К. Д. Кавелина: «Предоставляю энтографам и статистикам сбавить эту цифру на двадцать или двадцать пять миллионов; между остальными пятьюдесятью пятью или шестьюдесятью действительно поразительное единение, но какое? Племенное, церковное, государственное, языка — да; что касается духовного, в смысле нравственного, сознательного — об этом можно спорить» (там же. № 11. С. 442).
725
…«в один миг исчезнет и богатство». — В Апокалипсисе говорится о судьбе Вавилона — Рима: «…ибо в один час погибло также богатство» (Откровение Иоанна Богослова, гл. 18, ст. 17).
726
…нашествия Батыева… — Батый, Бату, Саинхан (1208–1255) — монгольский хан, внук Чингисхана; в 1237–1243 гг. возглавил поход на Русь, сопровождавшийся жестоким истреблением населения и уничтожением городов. Достоевский в 1880 г. особенно часто вспоминал о событиях русской истории периода монголо-татарского ига, так как 8 сентября этого года исполнялось 500 лет со времени Куликовской битвы. В то время, когда готовился «Дневник писателя», шла подготовка к празднованию этой годовщины.