Страница 84 из 127
Чуден Днепр при тихой погоде, когда вольно и плавно мчит сквозь леса и горы полные воды свои. Ни зашелохнет. Ни прошумит.[971] Глядишь и не знаешь, идет или не идет[972] его величавая ширина, и чудится, будто весь вылит он из стекла, и будто голубая зеркальная дорога, без меры в ширину, без конца в длину, реет и вьется по зеленому[973] миру. Любо тогда и жаркому солнц поглядеться с вышины[974] и погрузить лучи[975] в холод стеклянных вод и прибрежным лесам с яркою [зеленью] отсветиться в[976] водах. Зеленокудрые! они толпятся вместе с полевыми цветами к водам[977] и, наклонившись,[978] глядят в них и не наглядятся, и не налюбуются светлым[979] своим изображением, и усмехаются к нему, и приветствуют его, кивая ветвями.[980] В середину же Днепра они не смеют глянуть. Никто, кроме солнца и голубого неба, не глядит в него: редкая птица долетит до середины Днепра. Пышный! ему нет равной реки в мире. Чуден Днепр и при теплой летней ночи, когда всё засыпает: и человек, и зверь, и птица, а бог один величаво озирает с вышины и небо, и землю, и величаво сотрясает ризу. От ризы сыплются звезды. Звезды горят и светят над миром, и все разом отдаются в Днепре. Всех их держит Днепр в темном лоне своем. Ни одна не убежит от него, разве погаснет в небе. Черный лес, унизанный спящими воронами, разломанные им древние горы, свесясь,[981] силятся[982] закрыть его хотя длинною тенью свою. Напрасно! Нет ничего в мире, что бы могло прикрыть Днепр. Синий-синий ходит он плавным разливом и середь ночи, как середь дня, виден[983] за столько вдаль, за сколько видеть может человечье око Нежась и прижимаясь,[984] жмется теснее [к] [берегам], лугам от ночного холода. [При мимолетном ветре вдруг сверкнет, поманя] серебряная струя и она вспыхивает [будто] полоса дамасской сабли, а он, синий, снова заснул.[985] Чуден и тогда Днепр, и нет реки, равной ему в мире. Когда же пойдут горами по небу синие тучи, черный лес шатается до корня, дубы трещат и молния, изламываясь промеж туч,[986] разом осветит мир, — страшен тогда Днепр: водяные холмы гремят, ударяясь о[987] горы и с блеском и стоном отбегают назад, и визжат, и плачут, и заливаются вдали, старая мать козака, выпрожиющая своего сына в войско. Разгульный и бодрый едет он на вороном коне, подбоченившись и молодецки заломив[988] козацкую шапку, а она, рыдая, бежит за ним, хватается за стремя, ловит удила, ломает над ним руки и обливает его жаркими слезами.
Дико чернеют промеж ратующими волнами обгорелые пни и камни на выдавшемся берегу и бьется об берег, подымаясь вверх и опускаясь вниз, пристающая лодка. Кто из козаков посмел гулять в челне в ту пору, когда рассердился старый Днепр? Видно, ему неведомо... Лодка причалила, и вышел из нее накинутый кобеняком колдун. Невесел он: ему горька тризна, которую совершили козаки над убитым паном своим.[989] Немало поплатилось[990] [ляхов]:[991] 44-х панов [сожгли] со всем — с сбруею и жупана, до 33-х холопов изрублено в куски. По каменным ступеням спустился он между обгорелыми камнями вниз, где глубоко в земле была чудная его хата, и[992] тихо вошел он, — не скрипнули и двери. Хата была без свечей, нетопыри мелькали взад и вперед, и знаки стали меняться по стенам.[993] Не озираясь, покрыл он стол белою скатертью, поставил горшок и стал бросать длинными руками своими какие-то неведомые[994] травы. Потом взял кухоль, выделанный с какого-то чудного дерева, почерпнул им воды и стал лить, шевеля губами и творя какие-то нечистые заклинанья. Свет в светлице уже стал розовый и падал ему на ли, и страшно было тогда глянуть в лицо, — оно казалось кровавым, глубокие морщины только чернели на нем и глаза как будто горели. Нечестивый грешник! уже и борода давно поседела, и лицо изрыто морщинами, и высох весь, а всё еще творит богопротивные умыслы. Посереди хаты стало опять[995] с дивным сиянием белое облако и что-то похожее на дикую радость сверкнуло на лице его. Но отчего же стал он недвижим с разинутым ртом, не смея пошевелиться, и отчего волосы щетиной поднялись у него на голове? В серебряном облаке перед ним светилось чье-то чудное лицо, непрошенное, незванное явилось к нему в гости, яснело, чем дальше, больше и вперило в него неподвижные очи. Черты глаз, губы, очи, — всё незнакомое ему: никогда во всю жизнь свою он его не видывал.[996] И страшного кажется в нем мало, а непреодоли страх напал на него. А незнакая дивная голова сквозь облако также неподвижно глядела на не. Облако уже и пропало. А неведомые черты еще резче выказались, и острые очи не отрывались от него.[997] Колдун весь побелел, как полотно, диким, не своим голосом вскрикнул он, опрокинул горшок. Всё пропало.
«Спокой себя, моя[998] любая сестра», говорил старый есаул Горобец: «сны редко говорят правду».
«Никого не бойся», говорил молодой сын его, хватаясь за саблю: «никто не посмеет тебя обидеть».
«Приляг, сестрица», говорила молодая жена его,[999] «я позову старуху-ворожею: против нее никакая сила не устоит: она выльет переполох тебе».
Пасмурно,[1000] мутными глазами глядела на всех Катерина и не находила речи.[1001] «Я сама устроила себе погибель: я выпустила его», простонала она: «мне на земле[1002] нет[1003] покою.[1004] Может быть, за грехи мои не будет и на том свете от него покою. Вот уже десять дней я у вас в Киеве. Горя и капли не убавилось.[1005] Думала, буду хоть в тишине растить[1006] на месть за отц сына... буду... Страшен, страшен привиделся он мне во сне. И,[1007] боже сохрани, и вам увидеть его. Сердце мое до сих пор бьется. Дух занимается в груди. Я зарублю, Катерина,[1008] твое дите, кричал он, если не выйдешь за меня замуж...[1009] Я заруб... » речь остановилась на устах у ней и, зарыдав, кинулась она к люльке, и испуганное дитя протянуло ручонки и закричало.
971
зазвучит
972
В автографе: идут и не идут
973
Далее было начато: земле
974
Вместо «с вышины»: све...
975
Далее было: свои
976
Далее было: прибрежных
977
берегам
978
Далее было: гляд, не могут наглядет
979
сво чистым
980
Далее было: А
981
Далее было: под ним оттеняют его, хотят его закрыть
982
[чернее с берегов чер... ] хотят
983
В автографе: увиден
984
Вместо «Нежась и прижимаясь»: Роскошно посереди ночи и; далее было: дает по себе
985
Далее было: и тогда
986
переламывает тучи
987
об
988
Далее было: набекрень
989
Далее было начато: там что-то
990
пропало
991
Далее: сорок (не зачеркнуто)
992
Далее было: как вышел
993
Далее было: Тихо поставил он, молча, горшок
994
чудные
995
Далее было: бело
996
Далее было: отчего же он
997
Далее было начато: ди
998
Начато: Спокой[ся, мое]
999
Далее не зачеркнуто: невестка
1000
Далее было: с
1001
Далее было: и тяжело
1002
нигде
1003
Было вписано: и не
1004
Далее было начато: от
1005
Далее было: ну
1006
Далее: он отмстит (не зачеркнуто)
1007
Далее было: вот не знала
1008
Далее было: кричал
1009
Далее было: и зарыдала как