Страница 7 из 22
Глава 3
Москва, банный комплекс на заводе «Полет»
– Виктор Павлович, — сказал я, — а кто займет освободившуюся позицию Володина в Гагаринском райкоме?
– Пока что неизвестно, — пожал плечами Захаров, — но у меня как раз мысль появилась, что надо будет найти там какого-нибудь человека, который потом возле нового второго секретаря Гагаринского райкома поблизости станет ошиваться.
Потому как есть у меня предположение, что Володин все сделает, чтобы кого-то из своих людей на эту позицию привести. Ему же нужно и дальше его оставшиеся предприятия контролировать. Вот и захочет он наверняка поставить своего человека, через которого из ЦК КПСС сможет это делать.
– Так может быть, нам сосредоточить свои усилия на том, чтобы на это место поставить кого-то из нашей группировки? — предложил я. — Тем более мы же как раз на прошлом собрании обсуждали, что необходимо обеспечить кадровый рост членам нашей группировки. А тут такое хорошее место освободилось…
– Я думал об этом, — кивнул мне Захаров, — просто если мы это провернем, а мы можем это провернуть, то это будет уже прямой вызов Володину. Мы же ему таким маневром затрудним возможности и последние оставшиеся у него предприятия, которые по нашей договоренности мы ему оставили, каким-то образом окучивать. Это уже фактически станет открытым объявлением войны в его адрес.
– Согласен с вами, Виктор Павлович, — кивнул я. — Но, с другой стороны, а как вы думаете, Володин оставит нас в покое? Такой ли он человек, чтобы, получив новую высокую должность, не захотеть с нами расквитаться?
– Володина сам я не очень хорошо знаю, — признался Захаров. — Но вот товарищ Гончарук с ним долго работал, может быть, он поделится с нами своими размышлениями по этому поводу. Мы с ним уже немного переговорили по Володину, но по другим вопросам…
Гончарук явно не был обрадован всеобщим вниманием. Ясно, что все взгляды тут же на нем скрестились. Тем не менее, поджав губы и подумав секунд десять, он сказал:
– Володин человек очень амбициозный и очень обидчивый. Вы можете быть уверены, что сейчас, когда он так взлетел, война с нами у него уже началась. Может быть, к каким-то активным действиям он приступит не сейчас, но этой войны мы в любом случае не избежим. Он неизбежно захочет вернуть то, что мы у него забрали, и будет искать все возможные варианты, чтобы каким-то образом нам пакостить в будущем.
— Ну вот и ответ, — развел руками я. — чтобы мы там себе ни думали, Володин нам утраты своих предприятий и денег, которые он с них имел, не простит. А значит, раз война неизбежна, то нам совершенно не нужно стесняться ни в каких методах.
Надо ставить на эту должность своего человека и не сомневаться. Ну и тем более у него же еще и другие специфические функции будут. Если Володин себе воображает, что, попав в ЦК КПСС, он становится неуязвим, то он все же глубоко неправ.
Годик, может и два, никто не захочет признавать, что назначили его туда по ошибке. Но за это время необходимо приложить все усилия для того, чтобы, пользуясь тем, что в Гагаринском райисполкоме теперь на высокой должности будет наш человек, собрать весь возможный на него компромат. Если получится что-то толковое добыть, то, по идее, имеет смысл сразу же его и предъявить Володину, выставив ультиматум, что, если ты все еще мечтаешь нам отомстить, то имей в виду, что вот это вот все тогда всплывет. Причем в самое неудобное для тебя время, когда это тебе в наибольшей степени будет невыгодно.
Говоря все это, смотрел, как брови внимательно слушавшего меня Бочкина все больше и больше приподнимаются. Ну да, у него, конечно, сейчас разрыв шаблона. Пацан, который по всем прикидкам жизнь еще должен плохо знать, и вдруг такие достаточно сложные схемы выдает, о которых в этом возрасте обычно еще человек и понятия иметь не должен. Ну, да это не мои проблемы…
Главное, что я сам думал, что так и надо сделать. Продолжил:
— Необходимо также выявить всех должностных лиц, с которыми он работал на своих предприятиях, и, не стесняясь переманивать их к нам, выясняя у них детали прежней работы под Володиным. Самая главная задача также выяснить у них персоналии других людей, что помогали Володину и ценились им, и всех этих людей нужно взять под наблюдение. Есть шансы, что Володин их и дальше захочет задействовать, в том числе и против нас.
Но тех, кого мы от него переманим, ни на какие серьезные должности брать все же нельзя. Сами понимаете, по каким причинам.
Увидев, как Гончарук напрягся, тут же поднял руку, успокаивая его.
— Иван Николаевич, вас, конечно же, это не касается. Вы к нам давно уже пришли, и я очень рад, что вы являетесь членом нашей группировки. Уверен, что именно с вашим уходом Володин больше всего и потерял. Ну и мне лично с вами очень приятно работать. Вы демонстрируете очень высокую квалификацию и дисциплину в своей деятельности.
Гончарук от прежнего напряжения тут же избавился, поднятые плечи слегка опустил. И показалось ли мне, что ли, но у него и макушка вроде покраснела от смущения? В его-то возрасте и с его-то опытом так реагировать на заслуженную похвалу? Ну ладно.
Главное, что по поводу Гончарука я и не врал. Я сказал именно то, что думал. Гончарук для нас действительно очень хорошая находка.
— Согласен с Павлом Тарасовичем, — тут же сказал и Захаров. — Ваш приход — это большой выигрыш для нас. Все так и есть, как сказал Павел Тарасович. Человек вы опытный, грамотный, и нам с вами очень комфортно работать.
Но в случае Захарова у него другого выбора, что говорить, и не было. Понятия не имею, на самом ли деле он доверяет Гончаруку, как я, но в любом случае он при всех должен только приятные вещи в его адрес говорить.
А я доверяю Гончаруку не потому, что весь из себя такой доверчивый. Просто я уже за это время как-то немного разобрался по рассказам некоторых из наших в личности Володина.
Похоже, что он из себя во многом представляет так называемого чайку-менеджера. Ох, как много я подобных руководителей насмотрелся в двадцать первом веке! Чайка-менеджер — это малопрофессиональный человек с большими амбициями. Он почему-то уверен, что разбирается в том, чем заняты его подчиненные, намного лучше них, но на самом деле профессионалом ни в чем не является. А вот эмоций и амбиций у него слишком много. Так что он как классическая чайка действует: прилетит, нагадит, поорет и улетит, выведя эмоционально уязвимых подчиненных из строя и порушив всю работу организации.
Гончарук же во многом на меня похож. Человек системный, дисциплинированный, педантичный. Ставит себе цели и задачи и реализует их. Захаров, кстати говоря, поэтому должен Гончаруку как руководитель нравиться намного больше, чем Володин прежде. Вот уж кто точно не чайка-менеджер. Захаров много чего не знает, но и не претендует на то, что знает все, в отличие от таких паршивых руководителей, как Володин. Я уже и сам, работая под его началом, в этом давно убедился.
Не было бы у него этой гибкости и понимания, что его знания несовершенны, ни за что бы он толковые идеи, что я ему подаю, не решился бы использовать. Просто даже исходя из убежденности, что может знать толкового человек в таком юном возрасте, как я?
Так что, по всем моим прикидкам, предавать нас, чтобы переметнуться обратно к Володину, Гончаруку было совсем не с руки. Какой же нормальный человек, почувствовав адекватное руководство и уважительное к себе отношение, захочет снова вернуться к тому, кто руководить на самом деле не умеет и только проблемы для всех вокруг постоянно создает? Да, мы приложили руку к уничтожению группировки Володина. Но все необходимые шаги к ее краху Володин сам до этого еще сделал. Руководил бы он толково, и глупостями бы всякими не позволял людям своим заниматься, мы бы с ним вовсе и не столкнулись.