Страница 67 из 104
— Да… — теперь я сообразила, что привлекло мое внимание. Не искры, на светлом фоне их даже эльфийское зрение различало плохо, а запах, донесенный порывом ветра. — От него пахло, как после грозы… после удара молнии.
— Озон, — задумчиво произнес брат Винсент, — газ с резким, сильным запахом, получаемый из кислорода посредством электрических разрядов. А в природе, как несложно догадаться, в больших количествах образуется при грозовом разряде. Полагаю, паровая машина у него крутит динамо-машины, те питают электромоторы на винтах. Или что-то около того.
— А смысл?
— Передача мощности без валов и приводных цепей? — пожал плечами Тайлер. — Теоретически. Практически эти фонтаны искр — явный симптом проблем с проводкой. Если, конечно, — задумчиво добавил он, — они таким способом не сбрасывают излишек мощности.
— Пилотами там братья Седжвик, — неожиданно сказал Старый Шкипер. — Старшего я знаю… ну как знаю, пересекались несколько раз в клубе. Офицер Флота в отставке, отличный штурман, такой, знаешь, флегматичный тип, которому можно сказать: «Сэр, ваш рукав горит», а он сначала посмотрит на карту. Младшего не встречал, но слышал о нем. Паренек с репутацией отличного механика, говорят, может разобрать карманные часы в темноте одной рукой, зато забывает есть. А сама идея и финансирование некоего столяра…
— Столяра?
— Ну так говорят, мол, столяр или плотник…
— Дулгера, — перебил их лорд Рич, — плотник на эскишехирском. Дани Дулгер родом из западных провинций Эскишехира.
— Постойте, постойте, — нахмурился брат Винсент, — вы сказали, Дани Дулгер? Но не может же…
— Не думаю, что в Клавдиуме, да и во всей Арании найдутся двое Дулгеров, да еще чтобы имели отношение к электричеству.
— Однако, — настойчиво произнес брат Винсент, — насколько мне известно, в научном сообществе его считают шарлатаном, паразитирующим на невежестве падкой на яркие эффекты публики.
— А о приобретении у него гномами из «Аранийской электрической компании» восьми патентов на двести тысяч золотом вам известно? — прищурился лорд Рич. — Дани действительно склонен к эпатажным заявлениям и ярким публичным демонстрациям, но кем его считать, шарлатаном или не признанным пока гением, вопрос довольно спорный. Меня тоже кем только не считают… включая некоторых присутствующих.
— Ваши способности, — с нажимом произнес Кард, — некоторые присутствующие оценивают высоко. В противном случае вы бы тут не сидели.
— Тогда слушайте внимательно, — насмешливо фыркнул лорд Рич, — раз уж пригласили. На первом этапе гонок отсеялись лишь самые нежизнеспособные конструкции. Выдержать второй, длинный этап — куда более серьезная заявка. Пока же у нас, как иногда заявляет один присутствующий здесь химик, «недостаточно данных для анализа».
— Не иногда, — обиженно буркнул брат Винсент, — а всего лишь однажды. В той пригоршне золы, что вы пытались мне подсунуть, большую часть составляла ночная рубашка. По её пеплу, знаете ли, довольно сложно понять, был покойный накануне отравлен или просто угорел.
— Поэтому, — проигнорировав реплику монаха, продолжил Рич, — нет смысла сейчас гадать, что именно в Королевских воздушных гонках вызвало интерес мистера Калеба Паркера и стоящего за его спиной Музыканта.
— Завывающий демон, паровоз-фейерверк и ушастый волк, — последнее прозвище Клэр выделила голосом особо. — Да, о вас тоже говорят, милочка. Меньше, чем про первых двух, но вас тоже заметили. Теперь будут наблюдать… а может, и не просто наблюдать.
— Завтра особо наблюдать у них не выйдет, — Старый Шкипер зевнул, прикрыв рот кулаком, — с моря тянет сырую дрянь, а у Глен-мора к вечеру начнёт сваливать вниз холод. Низкая облачность на две трети, а то и на три четверти маршрута. Этот этап не про красивые маневры, а про скучные вещи: вода, топливо, давление, чутье штурмана, руки пилота и способность не заснуть, глядя в серую пустоту.