Ван Пис: Сильнейший Горный Бандит!

Когда Хигума и остальные неспешно вернулись на остров Рыболюдей, Дадан и Эйс уже были там. Эйс стоял у входа, не решаясь войти, и, увидев возвращение Хигумы и остальных, с облегчением вздохнул.

— Капитан, всё улажено.

Хигума не удивился. С силой Эйса и Дадан справиться с этим Вандер Деккеном IX было проще простого.

— Он не умер? — если бы тот погиб, Хигуме пришлось бы придумывать другой план.

Эйс осторожно взглянул на ворота дворца и понизил голос: — Не умер, осталась левая рука. Хорошо, что я её остановил, а то и левой бы не осталось.

Кроме того случая в битве при Маринфорде, когда Дадан смотрела на Гарпа, которого раз за разом сбивали с ног, но он снова и снова поднимался, Эйс никогда не видел её в такой ярости. Осталась левая рука означало, что всё остальное Дадан отрубила.

Хигума невольно содрогнулся. И впрямь, кого угодно зли, только не женщину. Этому Вандер Деккену IX не позавидуешь, но это неважно. Одной левой руки ему будет вполне достаточно.

Войдя во дворец, Хигума и Нептун увидели трёх принцев Рюгу. Они стояли с улыбками на лицах и со слезами на глазах смотрели вперёд. И не только они — Ширахоши тоже вышла из Твердопанцирной Башни, в которой прожила десять лет, и теперь весело болтала с Дадан.

Десять лет. Целых десять лет их самая дорогая сестра наконец-то смогла покинуть эту тёмную и мрачную башню. Перед смертью мать завещала им заботиться о сестре, чтобы она каждый день была счастлива. Ради этого, даже когда мать умирала у них на глазах, они, плача, пели и строили рожи, пытаясь развеселить Ширахоши. Но в итоге они всё же не оправдали надежд матери, беспомощно наблюдая, как их сестра живёт в заточении.

Даже если они часто навещали её, разве можно быть счастливой, живя в таком месте? Особенно тяжело было оттого, что каждый раз, когда они приходили, Ширахоши радостно улыбалась им, но стоило им закрыть за собой дверь, как они слышали сдавленные рыдания. Чем добрее и послушнее была Ширахоши, тем сильнее их, её братьев, мучило чувство вины.

Ради неё они втроём отчаянно тренировались, совершенствуя свои навыки. Всё для того, чтобы однажды найти этого проклятого Вандера Деккена IX. Но сколько бы лет они ни искали, надежды так и не появлялось. А теперь... их сестра наконец-то смогла выйти на свободу! Можно было только представить, какая радость переполняла их сердца.

— Ширахоши...

Что уж говорить о них, если даже у семидесятилетнего Нептуна глаза покраснели. Их семья из шести человек наконец-то смогла по-настоящему воссоединиться.

Хигума стоял в стороне и смотрел на смеющуюся в разговоре с Дадан Ширахоши. Как и говорил Санджи, её красоту было невозможно описать словами. Она была слишком прекрасна, настолько, что казалось, будто она не из этого мира.

Было видно, что Дадан действительно очень полюбила Ширахоши. Когда Хигума и остальные вошли, Ширахоши хотела было поздороваться с ними, но всё ещё раздосадованная Дадан её остановила.

— Не обращай на них внимания, особенно на этого седого старика. Если бы не я, твоя покорная слуга, он бы давно изрубил того ублюдка на корм рыбам!

Ширахоши лишь беспомощно и виновато улыбнулась Хигуме и остальным. От этой улыбки даже его сердце, закалённое бесчисленными бурями и, казалось бы, спокойное, как гладь древнего колодца, предательски пропустило удар.

"Чёрт возьми, до чего же она красива! Просто до неприличия!"

Хигума был уверен, что если бы он увидел Ширахоши раньше, то лично бы отправился, растоптал этого ублюдка Вандера Деккена IX, высушил и скормил свиньям. Красота — это справедливость, и к Ширахоши эта фраза подходила как нельзя лучше.

Глава 472.

Дадан ещё долго болтала с Ширахоши, и лишь заметив, как Нептун и три принца Рюгу с тоской смотрят на неё, наконец вернула им принцессу.

— Мы с малышкой Ширахоши так сошлись характерами! — любовь Дадан к Ширахоши была очевидна для всех. — Нет, так не пойдёт. Такая красивая и добрая девочка, на неё точно позарятся плохие люди, — Дадан начала переживать, боясь потерять то, что ещё не обрела.

Её беспокойство, впрочем, было вполне обоснованным. Дело было не только в красоте и доброте. Если станет известно, что Ширахоши — Морской Король, на неё обратят внимание и Мировое Правительство, и Тэнрюбито. Три Древних Оружия — какая сила сможет устоять перед таким искушением?

За время долгого разговора с Ширахоши Дадан пыталась уговорить её присоединиться к Пиратам стариков-инвалидов заката. К сожалению, Ширахоши вежливо отказалась. Это было вполне ожидаемо. И Ширахоши, и её три брата, и даже Нептун унаследовали последнюю волю королевы Отохимэ. Они хотели добиться права для рыболюдей и русалок жить под настоящим солнцем путём, который избрала Отохимэ, а не путём Тайгера Фишера.

— Капитан, мы вернулись.

— Папочка, на острове Рыболюдей такая вкусная еда! Жаль, что ты больше не можешь готовить... — сказала Бонни, и у неё невольно потекли слюнки. Здесь было столько редких ингредиентов, что если бы Хигума приготовил из них блюда, можно было бы умереть без сожалений.

— Что из косметики купили? Мне принесли что-нибудь? — Дадан подошла к Бельмере, чтобы оценить трофеи после похода по магазинам.

Дадан была одержима уходом за кожей и занималась этим постоянно. Конечно, для женщины желание быть красивой — это нормально, но в случае с кожей Дадан любая косметика была бессильна.

"Транжира!" — с досадой подумал Хигума, но вслух сказать не осмелился бы — его бы заклевали.

— Какая красивая! — воскликнула Айса, увидев Ширахоши, а затем, подняв голову на Хигуму, невинно произнесла: — Папочка, а давай ты и её усыновишь!!!

— Пффф! — Хигума, сделавший глоток сакэ, выплюнул всё прямо на Эйса.

— Девочка, не говори глупостей! — увидев, что Нептун, Ширахоши и остальные смотрят на него, Хигума поспешно глазами дал знак Айсе замолчать.

Айса всё так же смотрела на Хигуму своими невинными большими глазами: — Папочка, это... это Эдвард сказал, что ты больше всего любишь удочерять красивых девочек. Разве она некрасивая?

Хигума бросил на Эйса опасный взгляд.

Эйс, вытиравший с себя сакэ, которым его обрызгал Хигума, вздрогнул: — Айса, еду можно есть всякую, а вот слова нельзя говорить какие попало! Когда я такое говорил?! — выпалил он, отчаянно подмигивая Айсе.

Хигума потерял дар речи. До прихода Эйса эти девочки были такими послушными. Но с его появлением прошло совсем немного времени, а они все уже испортились. Вчера они устроили облаву в кафе русалок, а теперь вот это.

— Точно! Как я сама не додумалась!

Только Хигума собрался объясниться с посмотревшими на него Нептуном и Ширахоши, как Дадан хлопнула по столу и вскочила.

— Хигума, удочери Ширахоши, да ещё и объяви об этом на весь мир!

Раз уж Ширахоши не захотела уходить с ней, Дадан решила защитить свою будущую невестку таким способом.

Хигума лишь виновато улыбнулся.

Нептун, нахмурив брови, на мгновение задумался, а затем подошёл к Хигуме.

— Моя дочь смогла покинуть Твердопанцирную Башню благодаря вам, господин Хигума, — искренне поблагодарил Нептун, а затем, сменив тему, сказал: — Не соблаговолите ли вы уделить мне немного времени для личной беседы?

Хигума махнул рукой: — Просто попросите своих людей удалиться. Моим это не нужно.

Он абсолютно доверял своим товарищам. Раньше он многое им не рассказывал, потому что их сил было недостаточно, и знать слишком много было для них не всегда хорошо. Но теперь каждый из них нашёл свой путь, и Хигуме нечего было от них скрывать.

Нептун выглядел обеспокоенным и колебался. Дело было слишком серьёзным, и он не хотел, чтобы о нём знало много людей.