Страница 390 из 530
— Горный бандит или пират, какая разница? Всё равно бандит, — развязно ответил Хигума, подходя к стулу, аккуратно стоявшему напротив дивана.
Он не спешил садиться, а вместо этого поднял стул и подсунул его под себя. За столько лет, что Хигума вращался в этом мире, он никогда не давал себя в обиду на словах, ни когда был слаб, ни сейчас. Передвинув стул, он дал понять, что не собирается играть по их правилам. А слова о том, что и те, и другие — бандиты, означали, что, кем бы он ни был, он остаётся врагом Мирового Правительства.
Хигума догадывался, почему старик с квадратным лицом так враждебно к нему настроен. Хотя Горосэи принимали важные решения сообща, у каждого из них была своя сфера ответственности. Этот старик как раз отвечал за разведку. Хотя перевербовка Хигумой нескольких агентов CP9 была мелочью для всей разведывательной структуры Мирового Правительства, и их легко можно было заменить, этот инцидент стал пощёчиной для правительства, и особенно для этого старика, который чувствовал себя опозоренным.
— С какой целью вы прибыли на этот раз, ваше превосходительство? Говорите прямо, — жёстким тоном произнёс лысый старик с закрученными усами.
Он отвечал за политику и дипломатию Мирового Правительства. Хотя его грозный вид не совсем соответствовал образу дипломата, он идеально вписывался в агрессивную внешнюю политику правительства. Будь то отношения со странами, не входящими в состав Мирового Правительства, или с другими расами, правительство всегда вело себя свысока.
На его вопрос Хигума лишь бросил беглый взгляд, не собираясь отвечать. Он посмотрел на старика рядом с ним, который держал в руках Сёдай Китэцу. Теперь, находясь так близко, Хигума был абсолютно уверен, что меч в его руках — это один из 12 мечей Сайдзё О Вадзамоно, Сёдай Китэцу. Это был единственный проклятый меч среди величайших клинков, и он действительно источал зловещую ауру. Однако в руках старика эта аура была подавлена.
Из пятерых лишь двое — старик, отвечающий за разведку, и этот мечник — заслуживали внимания Хигумы с точки зрения силы. Остальные трое были довольно посредственными. Особенно этот, с мечом. Тот факт, что он владел сильнейшим проклятым клинком и не имел на теле ни единого шрама, определённо не был простой удачей. Одна лишь его способность подчинить себе проклятый меч уже говорила о его силе.
— А у вас неплохой меч.
Старик кивнул: — Благодарю за комплимент.
— Если не возражаете, я закурю сигару, — Хигума снова нарушил все правила.
Все молчали. Лишь старик в чёрной шляпе, опирающийся на трость, слегка кивнул: — Как вам будет угодно.
Этот старик был самым мягким из пятерых. Он отвечал за законы Мирового Правительства. Глядя на него, Хигума понял, почему большинство судей в Мировом Правительстве были относительно мягкими и просвещёнными. Как тот судья, что выносил приговор Тому: сначала он отсрочил смертную казнь, а затем пообещал помиловать Тома, если тот сможет построить морской поезд. И даже когда из-за козней Спандама всё пошло наперекосяк, тот судья исполнил желание Тома, позволив ему взять на себя вину Фрэнки. Такой просвещённый и гуманный подход, несомненно, был связан с этим стариком.
— Я пришёл сюда, чтобы поговорить с вами об одном пирате, — сказал Хигума, выпустив кольцо дыма. — Но прежде чем мы его обсудим, нельзя не упомянуть пиратскую команду, что господствовала на морях более сорока лет назад.
Едва Хигума произнёс эти слова, выражение лица старика с тростью едва заметно изменилось, а его руки, лежавшие на трости, невольно сжались. Всё это не ускользнуло от взгляда Хигумы. Он посмотрел на хромую ногу старика и на уродливый шрам на его лице и всё понял. Скорее всего, тот был одним из Тенрьюбито, втянутых в инцидент в Долине Богов. Иначе как мог Тенрьюбито, да ещё и занимающий такую гражданскую должность, как управление законами, получить столь тяжёлые ранения?
— Вам ведь ещё нет шестидесяти? — спросил старик с козлиной бородкой, когда Хигума затронул эту тему.
В то время Хигуме было чуть за двадцать, и у Мирового Правительства не было на него никаких данных. Как он мог знать об этом ужасном событии, стёртом из истории? Старик с козлиной бородкой как раз занимался вопросами, связанными с историческим наследием.
Хигума решил больше не ходить вокруг да около: — Хватит пустых разговоров. Об инциденте в Долине Богов вы знаете лучше меня. Одну из сторон Воли Ди вы уже испытали на себе. Не думаю, что вы захотите пережить это снова.
Взгляд старика с закрученными усами стал острым: — Вы знаете больше, чем мы предполагали. Так что же вы хотите сказать?
Хигума небрежно бросил сигару на пол и раздавил её ногой: — Я хочу сказать, что кое-кто унаследовал ту самую волю. Маршалл Д. Тич. Это имя вам, должно быть, знакомо. Именно он унаследовал волю Рокса Д. Шебека.
"А правда это или нет — неважно. Главное — очернить Чёрную Бороду до предела", — подумал он. Тот всё равно неизвестно куда запропастился и уже давно не появлялся.
Атмосфера заметно накалилась. Старик с тростью старался говорить ровно, но не мог скрыть волнения. Он никогда не сможет забыть то, что произошло в тот день. Даже спустя столько лет, при одном упоминании об этом шрамы на его лице, казалось, начинали болеть.
— Откуда у вас такая уверенность?
— Вы все, должно быть, видели мою... э-э... дружескую схватку с Морским Дозором. Когда появился Чёрная Борода, я долго с ним сражался.
Какое там сражался! Хигума просто в одностороннем порядке лупил Чёрную Бороду шлёпанцем.
С этими словами он вытащил из-за пояса шлёпанец и, посмотрев на старика с мечом, сказал: — Одолжите-ка ваш меч.
Сказав это, он лёгким движением кисти метнул шлёпанец в сторону старика. Несмотря на кажущуюся небрежность броска, его сила была невероятной. Стоявший рядом Конг уже было дёрнулся, чтобы вмешаться, но тут сверкнул клинок, нанеся удар прямо по шлёпанцу.
К всеобщему изумлению, обычный на вид шлёпанец, получив прямой удар от Сёдай Китэцу, одного из величайших мечей, остался совершенно невредим.
Старик с мечом был потрясён до глубины души. Он даже почувствовал, как его клинок издал жалобный стон!
Глава 439.
Боль!
Именно это чувство передал Сёдай Китэцу своему владельцу.
— Что это?! — изумлённо воскликнул старик с мечом, глядя на шлёпанец в руке Хигумы.
Заставить один из двенадцати величайших мечей, Сёдай Китэцу, взвыть от боли — это было просто немыслимо!
— А вот это, уж простите, я вам сказать не могу, — Хигума не собирался раскрывать секрет своего шлёпанца. Нынешней ситуации было вполне достаточно, чтобы кое-что прояснить.
— Способности и побочные эффекты Ями Ями но Ми вы, должно быть, знаете лучше меня, так что не буду утомлять вас подробностями. Как вы думаете, кто-нибудь способен выдержать двойную боль? — сказал Хигума, подбрасывая шлёпанец в руке и с недобрым умыслом глядя на шестерых присутствующих. — Конечно, если кто-то хочет испытать эту боль на себе, просто скажите. Я с радостью окажу такую услугу.
— В этом нет никакой необходимости! — в один голос покачали головами они.
— Так значит, ты заметил странности в Чёрной Бороде во время войны в Маринфорде? — уточнил Конг.
Хотя он не слишком доверял словам Хигумы, дело было слишком важным. Лучше перестраховаться, чем потом сожалеть.
— Я сказал всё, что хотел. Верите вы или нет — это уже не моё дело. Я ухожу, — сказал Хигума, поднимаясь. Не дожидаясь Конга, он направился к выходу.
Выйдя за дверь, Хигума даже прикрыл её за собой. Этот жест вызвал у нескольких из присутствующих симпатию. Иногда люди бывают такими: они подсознательно ищут мусор на горе сокровищ и сокровища в куче мусора. Если кто-то каждый день даёт тебе пощёчину, а однажды вдруг не ударит, ты тут же преисполняешься благодарности. А если кто-то каждый день даёт тебе десять тысяч белли, а однажды не даст, ты тут же затаишь обиду.