Страница 372 из 530
— Верно, он действительно был оттуда, — продолжила Нён.
Дальнейшая история была довольно печальной. В своём стремлении изучить формирование Калм-Белт метеоролог стал одержим. В конце концов, он надел ветрозащитный плащ и прыгнул в бездонную пропасть на острове Бога Грома, чтобы раскрыть её тайны.
— Я много лет её не видела, не знаю, как она сейчас. Эх, несчастная душа! — вздохнула Нён.
Хигума был в полном недоумении: — Она не умерла, так откуда взялся гриб, что растёт на теле?
— Хиллбор не умерла, но умерла Пег Донна, и её тело похоронено там.
— Пег Донна была императрицей Куджи до меня, — вставила Хэнкок. Её лицо становилось всё мрачнее. Она каждый год возглавляла ритуалы в память о предыдущих императрицах, а выходило, что все эти годы они поминали их впустую.
— Об этой девчонке и говорить нечего. По сравнению с нами двумя, хоть она и умерла рано, но была вполне счастлива, — почему-то Нён, упомянув Донну, выглядела недовольной. — Эта паршивка влюбилась в Косиро и даже родила ему дочь, но судьба у неё была плохая — умерла при родах. Я лично помогла ей инсценировать смерть и сбежать с острова. Перед смертью она хотела быть похороненной на Кудже, но по правилам я не могла на это согласиться, поэтому попросила Хиллбор похоронить её на ближайшем к нам острове — острове Бога Грома.
Хигума наконец понял, почему Нён так недовольна при упоминании Донны. Сама она не смогла быть с Кодзабуро, а Донна влюбилась в Косиро. Выслушав рассказ, Хигума почувствовал, как тесен мир. Получалось, что жена Косиро и мать Куины — бывшая императрица Куджи.
"Неужели десять лет назад Косиро отправился в море с Куиной, чтобы почтить память её матери?" — это казалось весьма вероятным. Куина была единственным человеком, которого Хигума хотел, но не смог спасти. Он хотел, чтобы она стала мечницей на его корабле, но, вопреки его желанию, когда он прибыл в деревню Симоцуки, она уже ушла в море с отцом.
Глава 418.
— Вот оно как, забавно получается, — Хигума мог лишь восхищаться хитросплетениями судьбы.
— Ладно, всё, что можно и нельзя, я рассказала. Это подарок для вас, господин Хигума. Надеюсь, если однажды случится беда, вы не забудете сегодняшнего обещания, — с этими словами Нён достала квадратную деревянную шкатулку и протянула её Хигуме.
— Хмф! — холодно фыркнула Хэнкок. — Действительно, рассказала всё, что можно и нельзя. Не думала, что вы так обманываете народ. Три императрицы подряд, и все такие безответственные, просто взяли и ушли!
Нён подняла голову и серьёзно посмотрела на Хэнкок. Помолчав, она наконец сказала: — Если тебе когда-нибудь понадобится инсценировать смерть, обращайся ко мне. Я в этом деле профи.
— Договорились! — Хэнкок обернулась, посмотрела на уплетающего за обе щеки Луффи и лучезарно улыбнулась.
Хигума: ?
Наследие острова Куджа и впрямь было особенным.
Следующие несколько дней Хигума провёл на острове Русукаина. Он наблюдал за Луффи с самого детства и знал, как сильно тот любил Эйса. Даже если внешне это было незаметно, по ночам, когда все засыпали, спящий Луффи плакал.
"Давай, парень, поскорее становись Королём Пиратов".
— Ты уходишь? — незаметно подошёл Рэйли.
— Да, пора, — не оборачиваясь, ответил Хигума. — Старик, остальное на тебе.
Рэйли хотел что-то сказать, но тут раздался сдавленный плач Луффи во сне.
— Не уходи? не уходи, не оставляй меня, Эйс? Эйс, если и ты уйдёшь, что мне делать, не надо?
Глядя на Луффи, из глаз которого катились слёзы, Хигума почувствовал, как у него самого защипало в носу. Вечно смеющийся Луффи заставлял всех подсознательно забывать, что он тоже ребёнок, нуждающийся в утешении. Он всегда согревал других своей улыбкой, но когда ему самому требовалось утешение, этого никто не замечал. Хигума осторожно вытер слёзы с лица Луффи.
— Малыш, нужно познать и вкус победы, и горечь поражения. Только пережив горечь бегства и болезненные воспоминания, можно стать настоящим мужчиной. Тогда же можно будет и поплакать, ведь каждая пролитая слеза сделает тебя сильнее.
Сказав это, Хигума направился вглубь леса. Он пробыл здесь достаточно долго, пора было уходить. Глядя на его удаляющуюся спину, Рэйли с улыбкой покачал головой: "Этот старик будто другим человеком стал. Такие слова совсем не в его духе, больше похоже на манеру того мальчишки, Шанкса".
Он шёл сквозь лес. В густых зарослях разнообразные, могучие и ужасающие звери сейчас стали смирными, как домашние кошки. Они лежали на земле, молча ожидая, пока Хигума уйдёт, не смея издать ни звука. Лишь когда он скрылся из виду, они все разом облегчённо выдохнули.
Вскоре после того, как Хигума на своём корабле покинул Калм-Белт, ему позвонила Нодзико. Было уже два или три часа ночи, а она всё ещё не спала.
— Папа!
В её голосе слышалось неудержимое волнение. Услышав Нодзико, Хигума наконец-то успокоился. Судя по её состоянию, она успешно прошла испытание Шаки.
— Папа! Я прошла! Я наконец-то прошла! — Нодзико не терпелось поделиться своей радостью.
Эти почти полгода были невероятно трудными. Она думала, что испытание будет простым, но на деле всё оказалось гораздо сложнее. Даже на маленьком острове с населением меньше сотни человек найти людей Шаки было крайне тяжело. Первые три месяца Нодзико терпела одни неудачи. За целых три месяца она не нашла ни одного человека и была на грани срыва. С самого детства она училась шпионскому ремеслу у Зеффа, и всё у неё получалось легко и быстро. Через несколько лет она уже полностью управляла всей разведывательной работой. Что уж говорить, даже такой хитрюга, как Зефф, не скупился на похвалы в её адрес. Позже, благодаря её усилиям, вся сеть разведки охватила весь Ист-Блю. В то время Нодзико была молода и амбициозна, веря, что однажды её сеть покроет весь мир. Но именно тогда Крокодайл спустил её с небес на землю. Нодзико наконец поняла, что всегда есть кто-то сильнее. А теперь испытание Шаки заставило её осознать, что учиться можно бесконечно.
— ?И вот так, на четвёртый месяц, я нашла первого человека! Ты бы видел, как я была рада?
Нодзико не требовалось ответа, она просто выплескивала всё, что накопилось у неё на душе за это время. Перед подчинёнными она должна была делать вид, что всё под контролем, и только перед Хигумой она могла снова стать маленькой девочкой.
— ?А потом? — её волнение не утихало, и она продолжала рассказывать.
Хигума терпеливо слушал, и в этот момент его охватило чувство что его дочь выросла. Из всех его дочерей именно с Нодзико у него была самая глубокая связь, ведь даже с Нами она была немного другой.
— ?Время поджимало, а я никак не могла найти последнего человека. И вот только что? папа, угадай, кого я нашла? — в самый ответственный момент Нодзико решила его подразнить.
— Раз ты так спрашиваешь, значит, это кто-то, кого я знаю. Но я даже не знаю, какие три острова ты выбрала, так что угадать, по идее, невозможно.
Нодзико не торопилась с ответом: — Попробуй ещё.
— Раз ты просишь меня угадать, значит, дело не в островах? — у Хигумы уже появилась догадка. — Это значит, что он всегда был рядом с тобой, и на какой бы остров ты ни отправилась, он был там. Хоть это и немного нечестно, но вписывается в правила, которые Шаки озвучила ранее.
— Ух ты! — восхитилась Нодзико. — Ты такой умный! Последним оказался Джанго! Ну как, не ожидал?
"Джанго!" — Это действительно превзошло все ожидания Хигумы. Он и подумать не мог, что Джанго — человек Шаки. — Действительно, не ожидал. В таком случае, у тебя не будет никаких?
— Ой, я знаю, ты беспокоишься, что у нас с Джанго теперь будут разногласия. Не будет, честно! На самом деле, я бы не справилась с заданием, это Джанго сам признался. Тётя Шаки сказала, что заставить Джанго предать её — это тоже моя заслуга, и она согласилась взять меня в ученицы!