Страница 346 из 530
Одного этого было достаточно, чтобы имя Монки Д. Драгона вошло в историю. Именно под руководством этой идеологии Революционная армия с лёгкостью закрепилась в этой стране, полной угнетения и эксплуатации. Затем она быстро росла и крепла, и на сегодняшний день к ней присоединилось почти восемьдесят тысяч человек из Королевства Труда.
Имея поддержку масс, можно было переходить к активным действиям. Это был обычный, простой, но очень эффективный метод Революционной армии.
Хигума, с одной стороны, использовал Волю Наблюдения для поиска Робин, а с другой — следил за новыми навыками. Он обращал внимание только на те, что сразу достигали максимального уровня, остальные же игнорировал. Сейчас у него не было времени постепенно прокачивать навыки с низкого уровня.
В этой битве подавляющее большинство трофеев были красными, оранжевые попадались редко, не говоря уже о других. Вероятность выпадения чего-то полезного из красных трофеев была крайне мала, в основном это был всякий хлам и бесполезные вещи. Но их было невероятно много, каждую секунду появлялись сотни новых.
Кладка кирпича, замешивание раствора, каменная кладка... Благодаря огромному количеству трофеев, навыков выпадало немало, в основном это были различные бытовые или строительные умения.
[Дзынь! Поздравляем, из красного трофея выпал навык Врываться с ноги. Начальный уровень автоматически подобран в соответствии с вашим талантом]
Глаза Хигумы загорелись. Навык максимального уровня!
Врываться с ноги — это он умел и любил. Если в вышибании дверей он признает себя вторым, то никто не осмелится назваться первым.
— Нашёл! Пошли! — Воля Наблюдения Хигумы наконец обнаружила присутствие Робин, и он первым устремился в её направлении.
Хотя битва была ожесточённой, эти люди не могли создать никаких препятствий для Хигумы и Эйса.
Тем временем Робин пряталась в углу. Она только что вскрыла наручники украденным ключом и искала возможность сбежать. Когда Бартоломью Кума отправил её сюда, она очнулась уже в плену, став рабыней. Всё это время она искала шанс на побег.
Способность Хана Хана но Ми, которой обладала Робин, была сильна, но имела фатальную слабость. Части тела, созданные с помощью фрукта, были связаны с её собственным телом, и любое ранение отражалось и на ней. Это приводило к тому, что, будучи превосходным убийцей, в таких масштабных сражениях Робин была практически бесполезна.
"Поле боя, кажется, смещается сюда. Нужно бежать скорее, иначе будет плохо", — Робин начала нервничать.
БАМ! — С оглушительным рёвом рядом с укрытием Робин взорвался пушечный снаряд. Мощная ударная волна мгновенно разрушила здание, и обломки завалили выход.
— Чёрт! — воскликнула Робин в отчаянии.
Она только собралась бежать, и тут такое.
Хана Хана но Ми: Пятьдесят Цветков.
Пятьдесят рук мгновенно выросли из земли, пытаясь разобрать завал. Но в этот момент через узкую щель Робин увидела, как на неё летят десятки снарядов, готовые сравнять это место с землёй.
Робин побледнела и уже собиралась забиться в угол, полагаясь на судьбу.
БАМ! — Мимо промелькнула белая тень, и все снаряды взорвались в воздухе. Это Эйс перехватил их.
Ба-Бах! — Не успела Робин понять, что произошло, как наглухо заваленная дверь распахнулась.
— Навык максимального уровня врыв с ноги! — Хигума даже не приложил силы, это был лишь легчайший пинок. Этот навык, хоть и звучал по-хулигански, был невероятно практичным. Любая дверь открывалась с одного удара. Неважно, какие там были хитроумные механизмы, замки или даже если она была заварена — если это была дверь, одного пинка было достаточно.
Это было так же нелогично и необъяснимо, как и навык Связывание.
"Хе-хе, неплохой навык, теперь будет гораздо удобнее", — улыбнулся про себя Хигума. С этим навыком Врата Правосудия откроются с одного пинка, и он сможет пользоваться эксклюзивными течениями Морского Дозора, когда ему вздумается.
Глава 389.
— Робин, давно не виделись, — с улыбкой сказал Хигума, глядя на неё.
Он пришёл сюда, с одной стороны, чтобы набрать навыков, а с другой — чтобы попросить Робин расшифровать древние письмена. Тот Понеглиф, что он нашёл в тумане вокруг Умибозу, всё это время лежал без дела.
— Господин Хигума! — увидев его, Робин расцвела в улыбке. Встретить здесь Хигуму было настоящим подарком судьбы.
— Пойдём, сначала выберемся отсюда.
На борту Фури, умывшаяся и переодевшаяся Робин играла с Малышом Фури. Когда Фури впервые появился, Робин была единственной, кто счёл его милым. Она всегда с особой теплотой относилась к таким странным и необычным существам. А этот малый, невесть как, всё это время не показывался, сколько бы Хигума его ни звал, но стоило появиться Робин, как он тут же вылез из какого-то угла.
— Луффи, должно быть, сейчас очень страдает, — сказала Робин с сочувствием в глазах, выслушав краткий рассказ Хигумы о войне в Маринфорде.
Хотя Робин обычно не говорила об этом, она по-настоящему считала Луффи своим младшим братом.
— Кстати, господин Хигума, а кто был тот человек? — вдруг вспомнила Робин о белой фигуре, перехватившей снаряды. Почему-то этот силуэт показался ей знакомым.
Эйса Хигума, конечно же, отослал. Годы в бегах сделали Робин невероятно внимательной и чувствительной. Если бы Эйс был здесь, она бы точно что-то заподозрила.
— Это мой новый член команды, у него были другие дела, — сказал Хигума, вставая и жестом приглашая Робин следовать за ним. — Кстати, хочу тебе кое-что показать.
То, что Хигума хотел показать Робин, был, разумеется, Понеглиф. Увидев его, глаза Робин засияли.
— Господин Хигума... где... где вы это нашли?!
Даже такая сдержанная женщина, как Робин, в этот миг не могла скрыть своего волнения, и её голос слегка задрожал.
Всего в мире существует лишь тридцать Понеглифов, разбросанных по самым разным уголкам. Собрать их все — невероятно сложная задача. Даже без препятствий со стороны Мирового Правительства это было всё равно что искать иголку в стоге сена. Например, этот Понеглиф, найденный Хигумой, при обычных обстоятельствах обнаружить было бы просто невозможно.
До этого момента Робин видела лишь несколько из них. Первый — в детстве, в подвале Древа Знания на Охаре. Второй она нашла во время своих скитаний в каком-то отдалённом месте. Третий — в королевской гробнице Алабасты. А теперь перед ней был четвёртый! Можно было только представить, как сильно она была взволнована.
— Это... — Робин нежно провела рукой по таинственным символам, словно боясь повредить их своим прикосновением.
Она долго изучала надпись, вдумываясь в значение каждого символа. Хигума, хоть и не понимал этих письмен, знал, что они, скорее всего, чрезвычайно сложны. Один знак мог иметь множество значений, и их расшифровка требовала огромных усилий. В конце концов, на этом Понеглифе было всего чуть больше сотни символов.
Большинство других Понеглифов, вероятно, были такими же. Из тридцати Понеглифов четыре были путеводными. Ещё девять содержали важную информацию. А оставшиеся семнадцать, сложенные вместе, составляли текст, повествующий об истории Потерянного Столетия. Менее двух тысяч символов, чтобы описать сто лет истории — это говорило о невероятной информационной ёмкости этих письмен.
Робин стояла, то хмурясь, то погружаясь в раздумья, то пребывая в замешательстве, то озарённая догадкой...
Наконец, спустя долгое время, она оторвала взгляд от Понеглифа.
— Это... — в её глазах читался шок и неверие. Информация, содержащаяся в этом камне, явно потрясла её до глубины души.