Страница 34 из 530
Однако, по сведениям, просочившимся из Дозора, хотя командир CP5 Спандам и погиб при исполнении, сопротивляясь Вопросительному знаку, Том, которого должны были доставить на Эниес Лобби для казни, был казнен отрядом досрочно во время боя.
Как и ожидал Хигума, Мировое Правительство решило скрыть правду о смерти Тома.
Тем временем в Новом Мире новость достигла ушей многих влиятельных сил.
На борту Моби Дика.
Белоус, ростом шесть метров шестьдесят шесть сантиметров, сидел на палубе, положив на колени своё оружие из числа двенадцати О Вадзамоно — Муракумогири. В руках он держал листовку о розыске.
— Гурарара! — Белоус громко рассмеялся, словно вспомнил что-то забавное.
Марко с любопытством подошел к нему: — Отец, ты сегодня в хорошем настроении.
Белоус протянул ему листовку: — С пятисот миллионов награда выросла до шестисот. Похоже, дело не такое уж и простое.
Марко был озадачен. Он не понимал, почему отец последние два года так интересуется этим человеком под псевдонимом Вопросительный знак. Впрочем, это было неважно. Для Марко главным было то, чтобы Белоус был счастлив, а чем он при этом занимается — дело десятое.
В то же время, на борту Ред Форс.
Перед Шанксом тоже лежала листовка с наградой за Хигуму.
"События в Ист-Блю еще можно как-то объяснить, но что же понадобилось ему в Water 7?" — Шанкс ломал голову, но так и не мог понять, что задумал Хигума. Еще два года назад, когда поползли слухи о таинственном человеке, напавшем на Тенрьюбито в Ист-Блю, он предположил, что это мог быть Хигума.
В конце концов, кроме него, Шанкс не мог представить никого другого в Ист-Блю, кто смог бы бесследно исчезнуть от преследования дозорных, не оставив ни единой зацепки.
— Похоже, этот он уже на Гранд Лайне. Значит, тот мальчишка Луффи уже достаточно вырос, чтобы справляться в одиночку. Как же быстро... Впрочем, с таким наставником это и неудивительно. — Сказав это, он устремил взгляд в бескрайний океан: — Наконец-то все начинается!
На его лице мелькнула тень печали, но тут же сменилась непоколебимой решимостью: — Мне тоже пора действовать. Два года — достаточный срок, чтобы воцариться в Новом Мире!
С этими словами Шанкс потянулся за бутылкой сакэ, стоявшей рядом. Он наклонился левой половиной тела вперед, потерял равновесие и рухнул на палубу.
Только что вошедший Бекман с видом крайнего утомления прикрыл лицо рукой: — Идиот, сколько раз тебе говорить, не пытайся больше пользоваться левой рукой, ты скормил ее рыбе!
Шанкс вскочил на ноги: — Я опять забыл.
Бекман: — ...
Хигума и не подозревал, что его действия, подобно эффекту бабочки, вызвали такие серьезные волнения.
Он уже пересек Калм Белт и вернулся в Ист-Блю. Единственной головной болью было то, что он, кажется, заблудился. В конце концов, в навигационном дневнике Зеффа были записи только о его путешествиях по Гранд Лайну, а про Ист-Блю не было ни слова.
Этот мир был огромен. Хотя Гранд Лайн и называли морским путем, опоясывающим весь мир, на самом деле его площадь не составляла и тысячной доли всего океана.
Четыре моря — Ист-Блю, Вест-Блю, Норд-Блю и Саут-Блю, разделенные Гранд Лайном и Ред Лайном, — вот где были настоящие просторы.
— Эй! Том! — крикнул Хигума, стоя на носовой фигуре корабля. — Поднять паруса, отпустить штурвал, полный вперед!
Какая разница, где они находятся. Отпустить штурвал, и пусть несет, куда несет. Сперва нужно будет найти какой-нибудь остров или встретить другой корабль. Если времени будет в обрез, он сам определит местоположение и поплывет по-собачьи до деревни Кокояси.
Бам! — Дверь каюты распахнулась, и оттуда в панике выбежала огромная фигура Тома.
— Эй, капитан, ты же только что приказал мне готовить, я еще не закончил, а ты уже велишь паруса поднимать! — жалуясь, Том побежал к мачте.
Последние несколько дней он был ужасно занят. Все дела лежали на нем: поднимать паруса, стоять у штурвала, готовить, убирать, нести ночную вахту, быть боксерской грушей и даже петь Хигуме колыбельные...
Что до Хигумы, то он только ел и спал. Хотя, если подумать, лучше уж пусть он ест и спит. Потому что, как только у него появлялось свободное время, начинались бесконечные приказы.
"Том, готовь! Том, подними паруса! Том, отпусти штурвал! Том, готовь! Том, подерись со мной! Том, спой колыбельную..."
Будучи рыбочеловеком, Том, несмотря на свои почти семьдесят лет, обладал силой, с которой не мог сравниться ни один человек.
С легкостью подняв парус, Том подошел к носу корабля и посмотрел на Хигуму, стоявшего на носовой фигуре: — Капитан, как настоящий мужчина, я тут хорошенько подумал в последние дни.
— О? — Хигума решил, что Том наконец-то все понял и согласился построить для него на носу Заката стариков-инвалидов трон, специально предназначенный для капитанского позерства: — Раз понял, то приступай к работе. Эскиз я тебе уже показывал.
Том выглядел совершенно беспомощным: — Капитан, хоть я и не видел его вживую, но я знаю. Если не считать узора, это же копия Пустого Трона из Мариджоа, символа мира во всем мире! И вообще, я не об этом хотел сказать! Я хотел сказать, что лучше бы я с честью погиб на Эниес Лобби. Быть членом твоей команды — это слишком тяжело!
Хигума сделал вид, что не слышит, и лишь небрежно бросил: — Кажется, я чувствую запах подгоревшей еды.
— О нет, мое лучшее в мире, самое вкусное мясо! — Том со всех ног бросился на кухню.
Пока он был занят готовкой, Хигума вдруг заметил на горизонте парус.
— Наконец-то встретили корабль! — Хигума оживился, мгновенно исчез с места и оказался у штурвала. — Лево руля, тридцать градусов вперед!
Он заметил их, и они, в свою очередь, тоже заметили Хигуму.
— Господин Хачи, там к нам приближается корабль, — доложил рыбочеловек с синей кожей и плавниками на голове.
Глава 37.
Две руки осьминога Хачи были скрещены на груди, две другие держали тарелку с такояки, а еще две — удочку, на которую он ловил рыбу: — О, это гости? Подождите, как только вытащу эту рыбу, угощу их такояки. Я как раз еще не ел.
С этими словами он изо всех сил попытался вытащить рыбу, попавшуюся на крючок. Но как бы он ни старался, удочка изогнулась до невероятной степени, а рыба все не поддавалась.
— Ууух, какая сильная! Даже я, Хачи, один из трех главных офицеров команды Арлонга, не могу ее вытащить. Это, должно быть, потрясающая рыба.
Хачи напряг все свои силы. Если бы не специальная удочка, она бы давно сломалась под натиском врожденной мощи рыбочеловека: — Не знаю, кто ты, но по выносливости ты номер один в Ист-Блю!
От чрезмерного усилия Хачи весь дрожал. Одна из его рук по привычке взяла с тарелки кусочек такояки и забросила в рот для подкрепления.
— Ай! Ой-ой-ой! Я съел такояки, которое приготовил для гостей!
...........
Глядя на суетливого Хачи, остальные рыболюди потеряли дар речи. Похоже, много рук — не всегда хорошо.
Постойте! Дело же не в этом!
— Господин Хачи! Ваш крючок зацепился за вас самого, как вы собираетесь себя вытащить! — громко крикнул один из рыболюдей.
Хачи на мгновение замер, проследил взглядом за леской: — Вот оно что. Значит, это моя выносливость номер один в Ист-Блю...
Он хлопнул себя одной рукой по лбу и рассмеялся, одновременно закидывая в рот еще один кусочек такояки: — ААА! Вот теперь совсем плохо, я съел еще один! А это было для гостей!
Все рыболюди: — ...
— Господин Хачи, забудьте пока о такояки. Господин Арлонг послал нас сюда, чтобы разведать расстановку сил и географию Ист-Блю. Мы как раз встретили корабль, кажется, пиратский. Мы можем захватить их и получить информацию!