Страница 322 из 530
[Хозяин]: Хигума
[Сила]: 6415
[Скорость]: 6198
[Выносливость]: 7021
[Навыки]: Фехтование LV71, Стрельба LV78, Рукопашный бой LV62, Навигация LV33, Кулак Драконьего Когтя: Сила Дракона LV56, Рокусики, Карате рыболюдей LV49, Трёхмечевой стиль LV62, Королевская Воля LV62, Воля Вооружения LV65, Воля Наблюдения LV62, Шестимечевой стиль LVMAX, Воровство LVMAX, Связывание LVMAX, Сэймэй Кикан LV56, Медицина LV36, Ган-ката LV56, Обучение LV87, Божественное Уклонение LV33, Избиение слабаков LVMAX, Музыка LV1
[Дьявольские фрукты]: фрукт Бутылочки, фрукт Провокации, фрукт Рассечения, фрукт Вёсел.
Божественное Уклонение тридцать третьего уровня, усиленное мощью меча высшего класса, Вадо Итимондзи, который теперь носил имя Эйс. По чистой разрушительной силе этот удар уже превосходил огонь преисподней Шинра. Сокрушительное землетрясение Белоуса, огонь преисподней Шинра и Божественное Уклонение — три силы, слившиеся воедино, обрушились на толстую железную стену, и на глазах у всех изумлённых дозорных она наконец-то рассыпалась вдребезги.
— Боже мой! Они и вправду прорвались!
— Дозору придётся заплатить за свою самонадеянность.
— Да уж, вряд ли кто-то ожидал такого исхода!
— Какой ужасающий человек! Интересно, насколько же он силён? Неужели он достиг того же уровня, что и Белоус с Роджером на пике своей мощи, — уровня, что внушает отчаяние?
Стена пала. Белоус, вырвавшись вперёд, одним прыжком оказался на площади, прикрывая собой корабль Фури. Хигума почувствовал, как голова закружилась, и, прежде чем зрение окончательно померкло, он рухнул на Пустой Трон, установленный на носу корабля.
Опустившись на трон, он внезапно ощутил под собой нечто мягкое, нежное и тёплое, словно пушистое облако на Небесном острове. Он попытался обернуться, но не смог. Во всём теле не осталось ни капли сил, и он чувствовал себя полностью опустошённым.
И это было правдой. После последнего удара, Божественного Уклонения, его Королевская Воля иссякла до последней капли. Три вида Воли — Королевская, Вооружения и Наблюдения — были подобны жизненной силе человека. Если не пробудить их за всю жизнь, то ничего страшного, ведь ими и нельзя воспользоваться. Но как только они пробуждались, даруя огромную мощь, их полное и мгновенное истощение приводило к тяжелейшим последствиям. Именно это и произошло с Хигумой: его Королевская Воля иссякла в один миг, лишив его всех сил и оставив беспомощно сидеть на троне.
Дозорные, оправившись от первоначального шока, быстро пришли в себя. Три адмирала, до этого сидевшие у подножия эшафота, больше не могли оставаться в стороне. Они одновременно двинулись в сторону Хигумы и Белоуса. Хотя пролом, созданный Маленьким Озом, был полон врагов, среди которых были такие опасные личности, как Джимбей, Иванков и Крокодайл, а также толпа беглецов из Импел Дауна, в глазах адмиралов угроза со стороны Фури была куда серьёзнее.
Там был не только Белоус, чудовище, прозванное сильнейшим человеком в мире, но и таинственный незнакомец, чью истинную силу до сих пор никто не мог измерить. Оставить их без присмотра означало навлечь на себя огромные неприятности.
Видя, что трое адмиралов приближаются, Белоус взмахнул своим оружием. — Не обращайте на них внимания! Джоз, останься и защищай Хигуму! Остальные — на штурм, спасать Эйса!
Он намеревался в одиночку противостоять трём адмиралам Морского Дозора!
— Белоус! Не слишком ли ты самоуверен?! — прорычал Акаину, чьи руки уже полностью превратились в лаву, и он первым бросился в атаку. — Багровый лотос!
Руки Акаину, обратившиеся в магму, приняли форму собачьих голов и устремились к Белоусу. Тот, сжимая в руках свой великий меч Муракумогири, сосредоточил всю свою мощь на лезвии и обрушил его на лавовых псов.
— Щенок Акаину, уверенность — это просто уверенность, не бывает слишком!
С ударом меча активировалась сила Гура Гура но Ми. Ещё до того, как лезвие коснулось цели, лавовые псы разлетелись на куски. Капли магмы, упав на землю, мгновенно прожгли в каменной площади глубокие дыры. Но удар Белоуса не ослабел и продолжал нестись к Акаину.
— Не зря его называют сильнейшим человеком в мире, ох, как страшно-то... — лениво протянул Кидзару, появившись следом. Он сложил руки, а затем резко развёл их, и в его ладонях появился меч, сотканный из света. Это был его Ама но Муракумо.
Крепко сжав световой меч обеими руками, он встретил удар Муракумогири. Воспользовавшись моментом, Акаину нанёс ещё один удар. Его лавовая рука стремительно вытянулась, целясь в Белоуса. Это был один из его коронных приёмов: Мэйго. Этот удар был не только быстрым, но и невероятно мощным, идеально подходящим для ближнего боя.
Белоус, однако, предвидел этот молниеносный выпад. Его правая рука с Муракумогири продолжала сдерживать Кидзару, а левая уже была свободна и встретила атаку Акаину. Белоус чувствовал себя как никогда хорошо. Возможно, эта давно забытая битва пробудила в нём дремлющие силы, и он становился лишь сильнее с каждой минутой. Одной рукой сдерживая меч, а другой — кулак, он умудрялся противостоять двум адмиралам одновременно. Никто из троих не смел ослабить напор, иначе высвободившаяся сила противника стала бы разрушительной.
— Кудзан! — крикнул Акаину.
Он никогда не заботился о методах, ему был важен лишь результат. Поэтому такие понятия, как нападение толпой или честь сильного, для него ничего не значили. Аокидзи, который изначально собирался сразиться с Хигумой, услышав зов Акаину, резко остановился и обернулся. Акаину, подумав, что тот не хочет объединяться с ним из-за прошлого спора, поспешно сказал: — Мои предыдущие действия были опрометчивы, но я не жалею. Даже если бы мне дали ещё один шанс, даже если бы я сам оказался в заливе среди тех, кого нужно было принести в жертву, я бы поступил так же! Всё это — во имя справедливости!
Аокидзи не разделял такой справедливости Акаину. Но он признавал и верил в одно: Акаину был человеком, который ради победы мог пожертвовать даже собой. — Сакадзуки, не нужно лишних слов. Хоть наши пути и расходятся, я знаю, кто я. Ледяной Шар!
Аокидзи взмахнул руками, и из его ладоней вырвались пять ледяных потоков, устремившихся к Белоусу. В одно мгновение они заключили его в огромный ледяной шар. Акаину и Кидзару, увидев это, тут же отступили.
— Этот монстр? он просто ужасен, — с некоторым трепетом произнёс Кидзару. Они и представить не могли, что вдвоём окажутся под таким давлением одного лишь Белоуса.
Акаину быстро подавил вибрации, проникшие в его тело, и снова нанёс удар, намереваясь покончить с Белоусом, пока тот заморожен. Убить Белоуса — значило выиграть половину войны!
— Великое Извержение!
Глава 362.
Крр! Крр! Крр! — В тот самый миг, когда атака Акаину почти достигла цели, ледяной шар, сковывавший Белоуса, внезапно покрылся трещинами. Из него вырвалась могучая рука, окутанная Волей, а вокруг ладони вибрировала прозрачная сила.
Хлоп! — Ладонь Белоуса, игнорируя жар магмы, схватила материализовавшееся тело Акаину. — Щенок, сейчас я покажу тебе, откуда берётся моя уверенность!
Акаину почувствовал, будто его руку стиснула пасть гигантского зверя, боль была невыносимой. Не успел он и среагировать, как его тело взмыло в воздух, а затем с чудовищной силой рухнуло на землю.
БАМ! — От головы Акаину по площади пошли круговые трещины, и сверху это выглядело как гигантская паутина, в центре которой застряла маленькая мушка.
— Ааагх! — От такого удара половина лица Акаину провалилась внутрь. Внезапная ярость Белоуса повергла Кидзару и Аокидзи в шок. Они тут же бросились на помощь своему товарищу.