Страница 151 из 530
— Кха! — Айса вдруг остановилась и закашлялась, выплюнув сгусток крови. Кровь алыми пятнами легла на белоснежные облака, создавая шокирующую картину.
"Отличный шанс!" — Яма не мог упустить такую возможность. Он с криком взмахнул перевязью в руках и, держа её за оба конца, попытался окутать Айсу режущими ракушками.
Казалось, он вот-вот добьётся своего, но Айса вдруг ухмыльнулась, и паника в её глазах исчезла. Вместо неё появилось выражение триумфа. Её маленькое тельце внезапно сжалось в комок. Одним этим движением она увернулась от всех лезвий, выпущенных ракушками.
Хотя от лезвий она увернулась, от падающего сверху тела Ямы уклониться было невозможно.
БУМ! — С оглушительным грохотом тело Айсы впечаталось в островное облако. Хорошо ещё, что облака были мягкими. Будь это земля, от такого удара Айса бы погибла на месте. Но даже так, Хигума отчётливо услышал, как у неё сломалось не меньше дюжины костей.
ААА!!! — Почти одновременно раздался мучительный крик. Но кричала не Айса, а Яма. Его правое запястье было насквозь проткнуто торчащим из земли железным шипом.
В тот же миг окровавленная фигурка Айсы метнулась к Яме, схватила перевязь с режущими ракушками и обмотала её вокруг его шеи.
— Ты проиграл! — Рука Айсы легла на перевязь, но она не нажала на кнопки ракушек. Всё-таки, она была всего лишь одиннадцатилетней девочкой и не решалась убить врага. Стоило ей нажать, и шея Ямы была бы изрублена в клочья.
Но её милосердие не нашло отклика в сердце врага. Глаза Ямы, налитые кровью от боли и осознания того, что бог его бросит, сверкнули яростью. Он резко ударил Айсу локтем.
Шух! — Айса почувствовала атаку, но увернуться уже не успевала — расстояние было слишком мало.
Однако ожидаемой боли не последовало. Рука Ямы отделилась от плеча и упала на облако, обрызгав Айсу кровью...
Глава 167.
Хигума вложил знаменитый меч Сигурэ обратно в ножны и, не обращая внимания на душераздирающие крики Ямы, посмотрел на Айсу и произнёс почти приказным тоном: — Убей его!
Айса, в конце концов, выросла среди шандийцев, своими глазами видела бесчисленное количество крови и жертв. Более того, она каждое мгновение ощущала, как угасают жизни.
Поколебавшись лишь мгновение, она провела рукой по ремню на плече, активировав несколько режущих ракушек.
— Буээ! — Глядя на упавшую на землю огромную голову и шею, полностью искромсанную режущими ракушками, Айса больше не могла сдерживаться. Она отбежала в сторону и, согнувшись, начала блевать.
Как и в случае с Нодзико, Хигума никогда не стремился превратить их в бесчувственных убийц. Он лишь хотел, чтобы они смогли выжить в этом мире. Будь то в столкновении с дозорными или другими пиратами, излишняя мягкосердечность не позволит прожить долго.
Пиратство — это не детская игра в домики. Раз враг хочет тебя убить, убей его первым!
На Айсу он возлагал большие надежды. Благодаря развитию с помощью его фрукта Бутылочки, пробуждение ею Воли Вооружения в будущем было практически предрешено. Если её дух окажется достаточно силён, её будущие достижения будут безграничны.
— Отец!
— Отец!
Бонни и Нодзико, первыми прошедшие испытания, подошли к ним.
— Это?..
Они с недоумением посмотрели на безостановочно блюющую Айсу и на труп Ямы в отдалении. Это не мог быть Хигума. Если бы это был он, следы битвы вокруг не были бы такими хаотичными. Такого противника Хигума мог бы прикончить одним ударом. А раз это сделал не Хигума, значит, это дело рук той маленькой девочки.
— Это моя новоприобретённая дочь, ваша младшая сестра. Перевяжите ей раны, а когда придёт доктор Куреха, она её как следует вылечит? — договорив до этого места, Хигума снова почувствовал острую боль в сердце, от которой едва мог дышать. Ведь лечение Айсы у Курехи — это снова немалые расходы!
— Буээ! — услышав слова Хигумы, Айса упрямо подняла голову. — Я не соглашалась? буээ? быть твоей дочерью, буээ?
Хигума нисколько не обратил внимания на её реакцию. Всего лишь маленькая девочка, как она могла вырваться из его лап?
— Хочешь зажечь свет Шандоры? — спросил Хигума.
— Что?! — Тут Айса даже перестала блевать и уставилась на Хигуму: — Откуда ты знаешь о свете Шандоры?!
Это было желание, которое их предки, шандийцы, стремились осуществить из поколения в поколение. Ради этого желания шандийцы сражались целых четыреста лет.
— Тебе не нужно знать, откуда я это знаю. Тебе лишь нужно знать, что я могу помочь вам исполнить это желание, — на лице Хигумы играла загадочная улыбка. — Если захочешь, ты сможешь лично зажечь свет Шандоры.
— Лично зажечь свет Шандоры? — повторила Айса слова Хигумы.
Не стоит и говорить, какая это была бы огромная честь. Если бы она действительно смогла это сделать, её бы непременно назвали величайшим воином в истории шандийцев, превзошедшим даже великого воина Калгару, жившего четыреста лет назад.
— Если? — Айса тут же приняла решение. — Если я смогу зажечь свет Шандоры, я согласна стать твоей дочерью!
Хигума с улыбкой покачал головой: — Нет-нет-нет, ты неправильно поняла. Зажечь свет Шандоры — это не условие, чтобы ты стала моей дочерью. Вне зависимости от того, станешь ты ею или нет, я могу тебя туда отвести. Если ты хочешь приключений, хочешь стать сильнее, хочешь познать себя и даже познать этот мир, вот тогда ты станешь моей дочерью.
Сказав это, он снова прилёг на мягкие островные облака и притворился спящим.
— Сестра, этот мир и правда такой большой? — сердце Айсы дрогнуло, и она посмотрела на Нодзико, которая перевязывала ей раны.
Нодзико улыбнулась: — Очень большой и очень таинственный, настолько таинственный, что превосходит твоё воображение. Я конечно не знаю, насколько силён ваш бог, но поверь сестре, в этом мире есть много людей куда сильнее его.
Хигума не торопился двигаться дальше, а ждал здесь прибытия остальных. Ждать пришлось недолго: первыми подоспели Дадан и Бельмере. Обе выглядели расслабленными: одна — снайпер с мощной атакой, другая — пользовательница фрукта Скольжения, которую можно было бить до изнеможения, но так и не одолеть. Никаких неожиданностей с ними не произошло.
Затем появился весь в ранах Том, а рядом с ним — Куреха с невозмутимым видом. Куреха, кроме того, что в самом начале помогла Тому разрезать опутавшие его облачные нити, больше ни во что не вмешивалась. Она действительно, выпив свои сто грамм, улеглась спать в сторонке. Всё остальное было предоставлено Тому.
Тому приходилось одновременно справляться с совершенно незнакомым для него воздушным боем и защищать Куреху, чтобы жрец Сюра и его ездовое животное не потревожили её сон. Ничего не поделаешь, перед сном Куреха поручила ему это. Если её разбудят, операция по разрезанию облачных нитей будет платной. А когда Том представил, как Куреха требует деньги с Хигумы, а тот затем срывает гнев на нём, его тут же пробрала дрожь, и боевой дух взлетел до небес!
Увидев, что Куреха пришла, Хигума больше не стал ждать. Он протянул руку, взъерошил волосы Айсы и сказал Курехе: — Доктор Куреха, помогите, пожалуйста, вылечить Айсу.
Затем он подошёл к Нодзико и Бонни и, взъерошив им волосы, произнёс: — Вы ждите здесь, а я поднимусь наверх.
Хигума делал это с определённым умыслом. Обычно он не позволял себе таких нежных жестов по отношению к Нодзико, и уж тем более к Бонни. С Нодзико ещё куда ни шло, ведь он растил её с малых лет, но Бонни — другое дело. Она уже взрослая девушка, и нужно было соблюдать приличия. К тому же, рядом за всем наблюдала Дадан. Он сделал это исключительно для того, чтобы сбить с толку Энеля.