Страница 125 из 530
Так называемая Вершина Небес — это, по сути, очень высокая точка в Вест Блю, откуда можно было подняться на сравнительно невысокий небесный остров, а затем постепенно добраться до небесного острова на высоте более десяти тысяч метров, где и находился золотой город Шандора. Небесный остров был не один: например, Везеря, где тренировалась Нами, и Бирка, родина Энеля, тоже были небесными островами. Однако из ста человек, выбравших этот путь, до Шандоры доживали лишь единицы. После ухода Луффи и его команды, Беллами попал на Небесный Остров именно через Вершину Небес. В итоге он даже прихватил с собой золотой столб, который команда Луффи не смогла унести, и преподнёс его Дофламинго.
С бьющим вверх потоком всё было иначе: либо вся команда добиралась до цели, либо вся команда разбивалась насмерть. Луффи был человеком с аурой главного героя, а вот Хигума — нет. Хотя он и чувствовал, что с тех пор, как надел ботинки Багги, его удача улучшилась, он всё же не осмеливался рисковать жизнью так легкомысленно. Кто знает, вдруг он, сорвавшись с Небесного Острова, угодит прямиком в пасть Хозяина Прибрежных Вод — такое тоже было возможно...
Глава 138.
Но если идти через Вершину Небес, это было бы слишком долго. Пришлось бы сначала из Гранд Лайна плыть в Вест Блю, оттуда — к Вершине Небес, а затем перебираться с острова на остров.
После долгих раздумий Хигума всё же решил рискнуть. И у стариков бывает своя пылкая кровь. В обычных условиях, время, когда Луффи и его команда отправились на Небесный Остров, было как раз тем моментом, когда бьющий вверх поток и императорские облака совпадали. Когда это произойдёт в следующий раз, Хигума не знал. Но это не имело значения. Раз уж он не знал, то решил просто подняться и посмотреть!
— Бьющий вверх поток! Небесный Остров! — услышав решение Хигумы, даже Зефф, несмотря на всю свою выдержку, вскрикнул от изумления.
Хотя Зефф никогда не был на Небесном Острове, он слышал о нём. Но он и представить не мог, что, по словам Хигумы, легендарный золотой город Шандора был заброшен на Небесный Остров.
— Ка... капитан, даже если золотой город Шандора и существует, по словам Ноланда перед смертью, он затонул из-за смещения земной коры.
— Верно, отец. Это же целый остров. Какими бы плотными ни были облака, они не могут удержать целый остров, — с недоверием сказала Бонни.
Хигума ничего не объяснил, в основном потому, что не знал, как это объяснить. Действительно, на других небесных островах не было ничего подобного. Почва и зелёные растения не были чем-то, что могло существовать на небесных островах. Именно поэтому жители небесных островов называли Шандору Божественным Островом. Они верили, что Шандора — это священная земля, дарованная им богами.
— Вперёд, отправляемся! — Хигума достал Вечный Пос, указывающий на остров Джая.
Видя, что он принял решение, Зефф и остальные больше ничего не сказали. Высказывать своё мнение — это одно, но окончательное решение всегда оставалось за Хигумой.
— Этот корабль становится всё интереснее, — усмехнулась Куреха и направилась в каюту.
Бонни поспешила за ней: — Доктор Куреха, вы не собираетесь отговорить отца?
— Малышка Бонни, что ты сказала? Ты спрашиваешь меня о секрете вечной молодости?
— Вовсе нет!
— Раз так, то я тебе скажу: секрет вечной молодости — это больше читать книг и газет, меньше есть и больше спать...
Бонни была в ярости: — Вы вообще меня слушаете?!..
Нодзико подошла и обняла Бонни за плечи: — Расслабься, не переживай так. С отцом ничего не страшно.
Бонни посмотрела на уверенное лицо Нодзико. Она никак не могла понять, почему все так доверяют Хигуме, даже в такой почти самоубийственной ситуации, как полёт на Небесный Остров.
Три дня спустя.
— Капитан, впереди что-то есть! — крикнула Бельмере со смотровой площадки, обращаясь к Хигуме, который восседал на своём троне на носу корабля.
— О? — раздался звук работающего механизма, и Хигума вместе со своим Пустым Троном развернулся. — Что там?
Бельмере, присмотревшись через прицел на голове Лассу, подтвердила: — Впереди корабль Дозора, он движется в нашу сторону. Похоже, нас заметили.
С тех пор как они вошли в Гранд Лайн, Хигума и его команда ещё ни разу не сталкивались с кораблями Дозора в открытом море. В конце концов, море огромное, а их официальные награды за поимку были невысоки. Дозорные были заняты погоней за другими пиратами, так с чего бы им гоняться за ними?
Сейчас на борту Корабля Фури, включая Хигуму, было всего четыре человека с наградами за голову. Во-первых, это официальная награда Хигумы в 8 миллионов белли. Во-вторых, награда Дадан в 7,8 миллионов белли. Но с её нынешней внешностью, даже если бы она стояла лицом к лицу с дозорным, её бы никто не узнал. Затем шёл Зефф, у которого была самая высокая официальная награда среди Пиратов стариков-инвалидов заката — 50 миллионов белли. Когда-то его награда была не такой уж и низкой для первой половины Гранд Лайна, но это было много лет назад. Зефф так долго не появлялся, что Дозор, вероятно, уже считал его мёртвым. Скорее всего, через несколько лет его объявление о розыске и вовсе бы аннулировали.
В этом плане Зефф был весьма хитёр: он столько лет управлял морским рестораном в водах Барати, где обедало бесчисленное множество дозорных, но так и не раскрыл свою личность.
И последней, за чью голову была назначена награда, была Бонни. Её текущая награда составляла 25 миллионов белли. Эта сумма накопилась в основном за то, что она неоднократно ускользала из окружения Дозора в Саут-Блю.
"Неужели это Смокер?" — подумал Хигума. Они вели себя довольно тихо с тех пор, как вошли в Гранд Лайн, и не должны были привлекать внимание Дозора. Если кто и мог их заметить, то, скорее всего, это был Смокер.
— Капитан, это Смокер. Он приказывает передать флажным сигналом, что хочет вас видеть.
— Ответь ему: не хочу!
Хигума не хотел встречаться со Смокером. В конце концов, тот был дозорным, а он — пиратом. Слишком тесный контакт ни к чему хорошему не приведёт.
— Том, право руля, включай реактивные ветряные ракушки и прорываемся!
С такой скоростью, как у Фури, даже корабль Дозора не смог бы их догнать.
— Есть, капитан! — ответил Том и, включив реактивные ветряные ракушки, обогнул корабль Смокера.
На борту корабля Дозора, услышав ответ со смотровой площадки, Смокер в ярости указал на стоявшую рядом женщину и взревел: — Я же говорил тебе не показываться! Господин Хигума наверняка увидел тебя и поэтому не захотел со мной встречаться!
— Эй, Смокер, ты всё больше становишься похож на бешеную собаку. Какое мне дело до того, что он не хочет с тобой видеться? Хине это не нравится.
— Твоя манера говорить меня просто бесит! Ты была такой же, когда только поступила на службу, и до сих пор не изменилась. Хине это не нравится... Смокеру это тоже не нравится!
— Я всегда так разговариваю, раньше ты почему-то не возражал. Хина не понимает.
— Можно ли сравнивать раньше и сейчас? Раньше ты была девочкой-подростком, а сейчас тебе уже тридцать два...
Хина сжала кулаки: — Смокер, не думай, что раз ты теперь коммодор, я не посмею тебя ударить!
Смокер, услышав это, тоже вспылил: — Сколько раз повторять, не смей произносить слово коммодор, меня это бесит!
Дважды получив повышение за чужие заслуги, он испытывал к этому званию крайнюю неприязнь.
...........
Хигума поднял голову и посмотрел на глупо улыбающуюся Бельмере на смотровой площадке: — На что смотришь?
— Как они ссорятся. Ццц, коммодор и капитан — для меня, бывшей рядовой третьего класса, это большие шишки. Не думала, что такие важные персоны могут препираться, как дети.