Страница 302 из 380
Внимание Хэнкок и Мории также привлекли улицы Цветочной Столицы. Особенно Мория, который когда-то пытался захватить это место, смотрел на всё с глубоким чувством сожаления и ностальгии.
Они шли медленно, осматриваясь по сторонам.
Идущие впереди Момоносукэ, Ямато и Кин'эмон тихо переговаривались.
— Молодой господин, вы меня так разочаровали! Как можно было поддаться какой-то красотке! — лоб Кин'эмона буквально отчитывал понурого Момоносукэ, а в его тоне сквозило отчаяние от несбывшихся надежд.
Почему говорил именно лоб? Потому что Кин'эмон боялся, что Момоносукэ заметит его собственный похотливый взгляд, полный восхищения!
— Я не хотел, но она действительно слишком красива... — тихо пробормотал Момоносукэ, также сожалея о своей слабости.
— Чем впускать их таким идиотским способом, лучше бы мы сразу устроили драку! — Ямато с негодованием взмахнула своим канабо, презирая поступок Хэнкок. Её Воля была достаточно сильна, а решимость — несгибаема. Она почти не различала полов, стремясь лишь стать Кодзуки Одэном, поэтому способности фрукта Хэнкок на неё почти не действовали.
В хвосте процессии следовали самураи из отряда Красных Ножен. Они следили за троицей Мистера 3, обеспечивая безопасность и предотвращая возможные оскорбительные действия со стороны недальновидных самураев Цветочной Столицы.
— Правильно ли мы поступаем, впуская их? Если начнётся конфликт, опасность будет слишком велика, — Нэкомамуши и Инуараши, не сводя глаз с Мистера 3, выглядели очень обеспокоенно.
— Нынешняя страна Вано не выдержит ещё одной крупномасштабной войны. Давайте просто наблюдать. Будем надеяться, что у них действительно нет злых намерений, — тяжело вздохнул и с безысходностью произнёс Дендзиро.
Услышав это, остальные согласно кивнули, придя к общему мнению. Это был самый правильный способ действий в данный момент, и именно поэтому, придя в себя, они не стали мешать им войти в город...
Глава 280
— Господин Момоносукэ, добрый день! Не хотите ли чашечку супа из красной фасоли?
— А лучше попробуйте в нашем суши-ресторане, у нас свежий рис!
По обеим сторонам улиц Цветочной Столицы торговцы и самураи узнавали идущего впереди Момоносукэ и с большим энтузиазмом приветствовали его. В глазах этих людей Момоносукэ, принёсший надежду стране Вано, был настоящим героем, поэтому они относились к нему с большим уважением и почтением.
Многие заметили и троицу, идущую позади. Однако, имея опыт общения с пиратами Луффи, Кида и Ло, они не испытывали особого отторжения или настороженности по отношению к этим чужеземцам. Тем более, что их лично привели господин Момоносукэ и самураи из отряда Красных Ножен!
— Какая красивая женщина! Так вот как выглядят люди из-за моря?
— Её глаза прекраснее всех звёзд на небе! Всё, моё сердце украдено! — Мужчины, едва увидев профиль Хэнкок, тут же падали. Совершенно не обращая внимания на то, как их жёны медленно вынимают из ножен катаны, они с горящими от любви глазами смотрели на Хэнкок.
— Поумерьте свой пыл. Прислушайтесь повнимательнее: аура того человека со странной причёской, что идёт во главе, как у настоящего монстра. Если господин Момоносукэ так торжественно встречает этих чужеземцев, их сила должна быть ужасающей. Одно неосторожное движение, и вы даже не поймёте, как умрёте! — несколько сильных ронинов, владеющих продвинутой Волей, с серьёзным видом предупреждали окружающих похотливых дураков.
Однако их предупреждения оказались запоздалыми, или, скорее, мужчины, погрязшие в трясине неотразимой красоты Хэнкок, просто не могли их услышать. И, затем, естественным образом, эта толпа пускающих слюни самцов была превращена в неподвижные каменные статуи раздосадованной Хэнкок с помощью её способностей.
Только когда на них обрушилась эта странная и неведомая опасность, стоявшие поодаль зеваки в ужасе закричали "ведьма!" и бросились бежать.
В мгновение ока шумная и оживлённая улица опустела, остались лишь несколько смелых и умелых ронинов.
Это внезапное происшествие ошеломило как идущих впереди Момоносукэ и его спутников, так и замыкающих шествие самураев из отряда Красных Ножен.
— Э-это... они же невинные мирные жители... — Момоносукэ обернулся и, собравшись с духом, посмотрел прямо в пронзительные, полные Воли глаза Мистера 3.
Проведя немало времени во внешнем мире с Кин'эмоном, он знал, что превращение людей в каменные статуи — это результат действия способностей Дьявольского фрукта. Но жители страны Вано, выросшие здесь, не имели такого понятия, и если дело примет дурной оборот, это легко может вызвать панику.
— Успокойся. Я лишь на время заставила их заткнуть свои грязные рты. Окаменение скоро пройдёт, — Хэнкок откинула прядь чёрных волос, выражение её лица было холодным и высокомерным.
— А... хорошо, — Момоносукэ с облегчением вздохнул.
На этом, короткий инцидент был исчерпан.
Вскоре все прибыли к центральному зданию Цветочной Столицы — резиденции сёгуна, построенной из особого дерева.
В приёмной на втором этаже Мистер 3 отпил глоток крепкого чая, который ему поднесла красивая служанка, затем осторожно поставил чашку и поднял взгляд на Момоносукэ и самураев из отряда Красных Ножен, которые сидели напротив как на иголках.
Проницательный Дендзиро тут же понял его намёк и жестом велел служанкам, подававшим чай, удалиться.
Тук!
Когда служанка закрыла за собой деревянную дверь, Мистер 3 закинул ногу на ногу и произнёс: — Не будем ходить вокруг да около, я спрошу прямо. Могу ли я осмотреть красный Понеглиф и... всё, что вам известно о связи страны Вано с древним оружием Плутон?
Слишком прямой и откровенный вопрос застал Момоносукэ врасплох. Он застыл на месте, не в силах вымолвить ни слова.
Не только он, но и самураи из отряда Красных Ножен выглядели озадаченными, они ничего не знали о так называемом древнем оружии.
Прямолинейную Ямато же, это совершенно не интересовало. Она лишь инстинктивно крепче сжала своё канабо, готовясь к худшему. Раз уж она решила остаться и помогать Момоносукэ, то безоговорочно поддержит любое его решение!
После короткого оцепенения пришедшие в себя самураи из отряда Красных Ножен тоже напряглись, ожидая ответа Момоносукэ, сидевшего в центре. Будет ли мир или конфликт — всё зависело от одного решения этого молодого сёгуна. И это был тот этап взросления, который он должен был пройти!
Момоносукэ, оказавшись под пристальным вниманием стольких глаз, почувствовал огромное давление. Он инстинктивно хотел избежать этого тяжёлого решения, но тут же вспомнил о громких словах, которые он произносил перед Луффи и его командой.
Его руки под столом слегка дрожали и покрылись холодным потом. Ради безопасности страны Вано и чтобы побороть собственную трусость, он еще сделал глубокий вдох и наконец принял решение. — Прошу прощения, но я ничего не знаю ни о Понеглифе, о котором вы говорите, ни о древнем оружии.
Несмотря на бешено колотящееся сердце, он, с бегающим взглядом, всё же произнёс эти слова. Будь то Понеглиф, сводящий с ума бесчисленных пиратов, или древнее оружие, способное уничтожить остров, — любая утечка информации об этом могла навлечь на Вано неминуемую катастрофу. Он пока не мог доверять этим людям и не смел рисковать будущим всей страны, даже если это могло навлечь на них гнев пиратской команды Йонко!
После этих слов атмосфера в комнате мгновенно накалилась до предела.
Взгляд Дендзиро помрачнел, в нём заиграла боевая готовность. Он взглянул на спину Момоносукэ и почувствовал огромную гордость: "Отказав Мистеру 3 на месте, он не только проявил самурайское достоинство, но и проверил правдивость их слов о хороших отношениях с Луффи. Если они из-за этого нападут на страну Вано, находящуюся под защитой пиратов Соломенной Шляпы, их ложь раскроется сама собой! Сёгун Момоносукэ наконец-то повзрослел..."