Страница 48 из 101
— Я знаю вас несколько лет, Сав, как и вашу семью. Я понимаю, что вы тоже хотите помочь Флорине и понимаете, что ей крайне необходима медицинская помощь, — вставляет Томáс.
Бросаю на него злой взгляд.
Тяжело вздохнув, Сав сдаётся.
— Да, мы знакомы, пастор. И вы знаете мою семью, мы все ходим в церковь и следуем правилам Создателя. Но… Вы уверены, что это необходимо, Флорина? Мы можем позвонить Стану, и он быстро решит создавшуюся проблему, — полушёпотом обращается ко мне Сав.
— Я уверена. Томáсу можно доверять. Вряд ли он начнёт поливать нас святой водой или что-то в этом духе. Не так ли, пастор?
— Я не причиняю людям вреда, а помогаю им, — обиженно отвечает Томáс.
— Видишь, Сав. Всё в порядке, — заверяю я его. — И Стану об этом не нужно знать. Это для его же блага. Это будет нашей тайной. Даже исповедью, что заключит между нами тремя негласное соглашение о неразглашении информации. Я права, пастор?
Томáс злобно прищуривает глаза, а я наслаждаюсь тем, что мне удалось хотя бы немного его прижать.
— Да, ты права, Флорина. Я никому и ничего не скажу. Но я всё же беспокоюсь о твоём психическом состоянии. Ты упоминала, что рак проник и в мозг, поэтому считаю всё же разумным позвонить в больницу. Там тебе сделают ряд анализов и помогут.
— Это ни к чему, пастор. Я её врач, — вклинивается в разговор Сав. — И это… перед вами наша королева. Флорина Русó Монтеану. Она королева вампиров, которые продолжают своё существование наряду с людьми. Я полукровка. Мой отец был вампиром, а мама человеком. Я женат на женщине, являющейся человеком, и мои дети тоже имеют ген вампира. У старшего и среднего сына он проявлен наиболее ярко, чем у младшего. Но все мы питаемся кровью. А вот Брюс имеет самый минимальный ген вампира, поэтому он и взрослеет, и питается, и живёт, как человек. Это правда, пастор, перед тобой чистокровный вампир.
Я широко улыбаюсь и гордо выпячиваю грудь.
— Слышал? Это я. Я королева вампиров, — довольно тяну.
— Ваше Высочество, просто покажите пастору, кто вы. Обратитесь, — предлагает мне Сав.
Упс.
Я кривлюсь и ищу какую-нибудь отмазку.
— Она не может, — отвечает за меня Томáс, и теперь он победно улыбается. — Она не может. Я предлагал ей это сделать, но она не может. Так что я всё же остаюсь при своём мнении и считаю, что Флорине необходима срочная госпитализация.
— Как это не можете? — хмурится Сав.
— Ну… здесь такой сущий пустяк. Дело в том, что я… эм… ну я… не могу.
— А я спрашиваю, как это не можете? Обратитесь, покажите ему свой облик. Я же не прошу Вас, чтобы вы взорвали его одним только взглядом.
— Простите, что? — переспрашивает Томáс.
Я закатываю глаза и цокаю.
— Не было такого! Хватит уже байки про меня рассказывать, Сав. Я не взрываю вампиров и людей взглядом, а просто разрываю их руками и зубами. И тогда тоже подобного не было. Я не отрицаю, что разозлилась. Убили всю мою семью, и я вышла из себя. Я просто разодрала их в клочья, вот и всё. Разодрала руками и зубами, но никак не взрывала. Это уже обидно. То меня называют старухой, а мне всего лишь семьсот пятьдесят лет, я ещё молода. То теперь все считают, что я дьявол во плоти, — возмущаясь, бубню.
— Хм, прошу прощения, Ваше Высочество. Но вы же можете обратиться и показать пастору, что…
— Да не могу я! — раздражённо перебиваю Сава.
— Это как?
— А вот так. Не могу, и всё. Не получается.
— Как не получается? Это ваша сущность. Вы чистокровный вампир. Вы это делаете с рождения.
— А вот теперь не могу. Может быть, возраст. Я же старенькая уже.
— Ваше Высочество, как не можете? Этого быть не может, а вот вы можете обратиться в вампира прямо сейчас! Даже я могу это сделать!
— Я за тебя рада, Сав, но не могу. У меня не получается. Не получается, ясно? И сил у меня тоже нет! Я теперь бесполезный кусок плоти! И меня рвёт фонтаном от крови! Что ещё ты от меня хочешь? — спрашивая, злобно всплёскиваю руками.
— Боже мой, — Сав прикрывает рот ладонью и опускается на диван. — То есть… никакой силы? Но вы же самая сильная из нас. У вас огромная сила.
— Она пропала, — уже спокойней отвечаю. — Да, я плохая девочка и скрывала это от тебя, Сав. Поэтому я позвонила Стану и попросила его приехать. Он всё знает. Он защищает меня. И я не хотела, чтобы все об этом узнали, потому что тогда будет война, очередное кровавое побоище. Я думала, что верну свои силы, если буду послушной. Но этого не случилось. Я бессильна, не могу обратиться, не могу питаться кровью, ничего не могу. Но могу пока сохранить всё в тайне, чтобы защитить Стана и его отца, как и остальных. Их могут убить, если я быстро не успею подготовить всё и сделать Стана королём или найти кого-то более древнего.
— Господи, так, оказывается, всё ещё хуже? — разочарованно качает головой Сав. — Никто раньше не терял все свои силы, они становились слабее, но обращаться могли.
— А я не могу. В этом и проблема, я не могу обратиться. Не могу вызвать свою сущность. Она, кажется, умерла.
— Боже мой, — Сав запускает пальцы в волосы и жмурится, опуская голову вниз.
— Мне жаль. Мне, правда, жаль. Но пока я ещё жива, и никто не знает об этом, я могу помочь твоим сыновьям. Стан обратит их в полноценных вампиров, и они смогут защитить всю твою семью. Я позабочусь об этом.
— Дело не в моей семье, я не переживаю о них, мы в безопасности. Но вы нет, Ваше Высочество. Вас же легко теперь убить. Вы думаете, что те, кто тогда был против вас и убил всю вашу семью, мертвы? Все? Нет. Я так не считаю. Они живы и ждут подходящего момента, чтобы напасть и добиться своего. Всегда будут те, кто захочет свергнуть власть и обрести её для себя и своих амбиций. А вы теперь лёгкая мишень. Если убьют вас, то и Стан станет слабее, он умрёт.
— Он умрёт, если мы не разрушим нашу связь. А мы как раз над этим работаем. Мы…
— Так, подождите. Я ничего не понимаю. О чём вы оба говорите? — Томáс подаёт голос, и мы с Савом поворачиваем к нему головы.
— О вероятной катастрофе, в которой могут пострадать и люди, пастор. Её Высочество болеет, смертельно болеет.
— Депрессия, — улыбаюсь я.
— Это, по-твоему, весело, Флорина? — рявкает на меня Томáс.
— Ну, не совсем, но я радуюсь тому, что теперь ты знаешь правду. И я не врала. Я сказала тебе правду. Я умираю, у меня нет рака, но есть депрессия, которая убивает вампиров. Я вампир, — пожимаю плечами.
— Сав, прошу, проясните ситуацию. Я ничего не понимаю. О чём речь? Почему нам всем грозит катастрофа?
— Потому что, пастор, это королева. А она была самой сильной из нас. Она могла легко защитить всех нас, если бы кто-то решил свергнуть её. Она последняя из рода Монтеану. Теперь она болеет, и у неё, как оказалось, нет сил, чтобы защищать весь свой клан от нападения. Её родители и многие наши вампиры были жестоко убиты в замке Монтеану в Чехии. Там был совершён самосуд другим кланом, о котором никто не знал. Они вошли в замок по тайному проходу, который кто-то показал им, и убили, разрубили на кусочки всю семью Её Высочества, как и всех слуг. Всех, кто там был и всех, кто пытался помочь. Её Высочеству удалось спастись вместе с некоторыми вампирами. Она провела их по туннелю, расположенному под замком, а когда вернулась обратно, чтобы спасти свою семью, то от них уже ничего не осталось. Тогда Её Высочество убила всех. Буквально всех. И замок стал покрыт кровью. И я уверен, что те, кто напал на королевский замок, живы или же передали свои учения другим, чтобы они закончили их дело. Её Высочество очень сильный вампир, она обладает невероятной силой на самом деле. Обладала, и это останавливало врагов от нападения. Теперь, если мы не найдём способ вылечить её и найти вариант, чтобы вернуть ей силы, то все мы можем быть мертвы. Наши враги хотят иметь полную власть на земле. То есть обратить всех живых в вампиров и повелевать ими.