Страница 235 из 919
— Какого дьявола ты тут делаешь? — сердито спросил пират, поднял меня на руки и занес в свою каюту, тут же усадив на стул. После налил того самого крепкого напитка, который мы пили в праздничную ночь после возвращения на корабль. — Пей, — строго велел он.
Я послушно сделала глоток. Горло обожгло огнем, и я закашлялась. Но ром сделал свое дело, тепло понеслось по венам. Зажмурившись, я сделала еще один глоток, и дрожь значительно уменьшилась.
— Я же просил оставить меня одного, — более мягко произнес капитан. — Зачем ты вернулась?
— Ты в меня выстрелил, — ответила я.
— Не в тебя, а в дверь. Если я… не в настроении и не хочу, чтобы меня беспокоили, всегда стреляю. И всегда в одно и то же место. Парни знают и встают так, чтобы их, если что, не задело. Ты маленькая, хвала Всевышнему, — Лоет вдруг замолчал и нахмурился. — К дьяволу, а ведь мог и задеть… Никогда, запомнила, никогда не вставай перед дверью, ее правая часть всегда должна быть свободна. Ада? — я кивнула и поежилась.
Слезы невольно побежали по моим щекам, и на лице пирата появилось беспомощное выражение.
— Опять? — нервно спросил он.
— Я испугалась, — всхлипнула я и разрыдалась уже отчаянно и громко.
Вэй, кажется, выругался и присел передо мной на корточки, вытирая мне слезы, затем заставил высморкаться. Это возмутило, и я отобрала у него платок. Пират поднялся во весь рост, затем снова присел и опять поднялся на ноги.
— К чертям, Ада, я не знаю, что делать с рыдающими женщинами! — воскликнул он. — Меня это всегда нервирует. Ну, скажи хоть, что мне сделать, чтобы ты успокоилась?!
— А не надо палить из пистолета по посетителям, — желчно отозвалась я, снова сморкаясь. — Сначала ножом своим в горло тыкал…
— Каким ножом? — Лоет изумленно посмотрел на меня. — А, ты про кортик.
— Точно, кортик! — воскликнула я сквозь слезы, и сквозь истерику пробилась идея. — Откуда он у тебя?
— Это мой кортик, — ответил капитан. — Ада, — он опять присел на корточки и взял меня за руку, — успокойся. Ну как мне заслужить конец твоей истерики?
Я всхлипнула и взглянула на него.
— Попроси прощение за то, что протащил меня через весь город пешком, когда вел к лекарю. Ты так и не извинился, — дрожащим голосом потребовала я.
— Да я тебя половину пути тащил на своем плече… — я опять уткнулась в платок. — Ладно. Извини меня за то, что я такая… мстительная скотина, — сварливо повторил он мое обвинение. — Все? Нет? Ада, ты все еще плачешь!
Я издала несколько громких всхлипов и снова посмотрела на Лоета.
— Расскажи, откуда у тебя кортик, — попросила я. — Он бывает только у королевских офицеров. Ты был офицером?
— Да, я был офицером. Лейтенантом, потом ушел со службы, — ответил пират.
— Почему? — я настолько увлеклась ожиданием более развернутого ответа, что забыла всхлипывать.
Вэй прищурил свой глаз, посмотрел на меня цепким взглядом, и губы его расплылись в кривоватой усмешке.
— Ах, ты бесенок под личиной ангела, — проговорил он, заметно расслабляясь. — Решила манипулировать мной. И ведь почти удалось!
С этими словами он встал, сдернул меня со стула, подхватил подмышки и вынес из своей каюты. За дверями торжественно поставил на ноги и укоризненно покачал головой.
— Но, Вэй! — воскликнула я, как только дверь снова закрылась за ним. — Что за тайны?! Ответь хоть раз! — я стучала в дверь кулаком и ногой, но в ответ мне неслась разудалая и жутко неприличная песня, явно заглушавшая мои крики и стук. — Вэй, я буду плакать!
— Вэй не хотеть говорить, — услышала я и резко обернулась. — Он растерян. Потом все сказать. Когда быть готов открыть душу.
Я покраснела, спрятала глаза от лекаря и его паучихи и умчалась в свою каюту, откуда так и не вышла до утра. За весь остаток дня ко мне заходили только Самель, Эрмин и Красавчик. Самель меня кормил и вздыхал, заметив красные глаза после истерики в каюте капитана. Эрмин заходил справиться, не нужно ли мне чего–нибудь. А Красавчик забеспокоился, что я не показываюсь на палубе. Забота этих людей была мне приятна.
Эмил задержался у меня дольше всех. Воспользовавшись тем, что Лоет покинул борт вскоре после того, как я убежала к себе, сказав, чтобы до ночи не искали, Красавчик возобновил наши занятия. Он объяснял мне как и куда можно нанести удар, и какой вред он способен причинить.
— Запомните, Ангелочек, вашей силы недостаточно, чтобы снести гада с ног ударом в зубы. Скорей ручку свою отобьете. Если уж так, то хоть дубиной. Бейте по яй… э-э, туда, что вы мне спасли, — Красавчик чуть покраснел, но быстро откинул стеснительность. — Глаза, кадык, по… достоинству. Вам вполне подойдет так же удар по голени. Или со всей силы наступить на ногу. И когда та мразь, против которой вам придется драться согнется, носом его об коленку, на! — он так резко выкрикнул, показывая, как именно стоит это сделать, что я испуганно ойкнула. — Напугал? — улыбнулся Эмил.
— Ничего, продолжайте, — ответила я.
И он продолжил, показывая мне, как ткнуть в глаза, как ударить по горлу и добить в пах. Так же показал и остальные удары, о которых говорил. Я старательно запоминала и кивала. Затем так же старательно повторяла. Закончили мы, когда пришел Самель, заставший момент, когда я, войдя в раж, со всей силы наступила Красавчику на ногу. Он вскрикнул и чуть согнулся. Резко нажав ему на затылок, я приложила бедолагу носом о свое колено и испуганно ахнула.
— Пристает?! — заревел кок, подлетая к Эмилу и обрушивая ему на голову поднос с едой.
— Нет! — закричала я. — Самель!
Великан схватил Красавчика за грудки и тряхнул так, что у того клацнули зубы.
— Самель, немедленно перестаньте! — налетела я коршуном на кока, вырывая из его рук помятого и истекающего кровью из разбитого носа Эмила. — Он учил меня драться. Я сама просила!
Самель застыл, осмысливая мои слова. Затем хмыкнул и отдернул одежду на бедном матросе.
— Пошел на… Ну, ты понял, Мясник, — затем Красавчик перевел на меня взгляд, вздохнул и укоризненно покачал головой.
— Простите меня, Эмил, — виновато ответила я, протягивая ему платок.
— Зато я теперь точно знаю, что мою науку вы поняли, — улыбнулся молодой человек, приложил платок к носу и вышел.
Самель посмотрел на пол, где находился мой бывший ужин, и смущенно покраснел.
— Я уберу, — сказал он и тоже исчез.
К моему стыду, я испытывала не столько чувство вины за произошедшее, сколько радость от того, что у меня получилось ударить и нанести вред. Я потом, как следует, извинюсь перед Красавчиком, заплачу ему за увечье, которое нанесла, но сейчас я широко улыбнулась, ощущая, что уже не столь беззащитна, как раньше. Конечно, я еще так мало умею, но ведь научусь. И силы у меня будет больше, и научусь фиксировать кисть, или как там говорил мой учитель.
Когда вернулся Самель с новой порцией ужина на подносе в одной руке, и ведром с тряпкой в другой, я все еще пребывала в восторженном состоянии. Кок поставил поднос на стол и немного обиженно взглянул на меня.
— Почему вы меня не попросили? Я бы тоже мог вас научить, — проворчал мужчина.
— Капитан говорил, что в драке Красавчик подобен дьяволу, и я решила обратиться к нему, — пояснила я с улыбкой.
— Зато я ножами орудую лучше всех, если хотите…
— Хочу! — воскликнула я.
— Ладно, Ангелок, — расплылся в радостной улыбке великан. — Когда хотите начать?