Страница 201 из 919
Стоянка «Королевы Анжель» пустовала, как были свободны места еще нескольких кораблей. Мы направились к начальнику порта, но он не смог дать нам утешительных сведений. С других кораблей на нас с мадам Дэврон посматривали с мрачным сочувствием. И это тоже раздражало. Дамиан вернется! С ним просто не может ничего случиться!
К вечеру вестей все еще не было. Нас пытались отправить домой, обещая сообщить, как только будут известия, но ни я, ни мадам Дэврон, ни еще три женщины, прибывшие узнать о судьбе своих мужей, не сдвинулись с места. Кто–то плакал, кто–то сидела молча, я же стояла у окна в доме начальника порта и не желала верить в плохое.
— «Непобедимый» идет! — крикнул кто–то, и мы все впятером помчались на улицу.
Фрегат «Непобедимый» неспешно входил в гавань. Казалось, прошла вечность прежде, чем он пришвартовался.
— Я не выдержу, — с надрывом произнесла одна из женщин.
Никто не отреагировал, мы ждали. Вскоре на сходнях появился капитан «Непобедимого». Он подошел к начальнику порта, стоявшему тут же.
— Нужно лекаря, у нас раненые с «Анжель», — сказал капитан, и еще одна из женщин лишилась чувств. — Мы подобрали шлюпку, — продолжал мужчина. — Десять человек — это все, что осталось от экипажа шхуны. «Грозный» продолжает поиски, возможно, кто–то еще остался в живых. Раненые рассказали, что по «Анжель» дали несколько прямых пушечных залпов, затопив ее.
В это время по сходням спустился один из матросов, и мы с мадам Дэврон бросились к нему. Матрос, увидев нас, отвел глаза, но мы насели на него с двух сторон.
— Что с Виталем? Он был с вами в шлюпке? — набросилась на мужчину мадам Дэврон.
— Нет, мадам, — матрос покачал головой. — Перед выстрелом из пушек, когда мы отцепили абордажные крюки и смогли отойти, я видел его на носу, он отдавал приказы.
— А Дамиан? Лейтенант Литин? — спросила я, заглядывая мужчине в глаза.
— Лейтенанта я видел в последний раз, когда он перескочил на палубу пиратского брига, — ответил мужчина и потупился. — Мне очень жаль, дамы, но в шлюпку успели сесть всего десять человек, а потом были еще залпы, остальные не смогли спуститься. Боюсь, что их нет в живых.
Я покачнулась, и он поддержал меня.
— Ты видел, как они умерли? Ты видел их тела? — неожиданно гневно вскричала мадам Дэврон. — Нет? Так какого черта ты говоришь эти страшные вещи?!
— Простите, — матрос склонил голову и отошел от нас.
Жена капитана с «Королевы Анжель» сжала кулаки и направилась к «Непобедимому», а я не могла сойти с места. Все стояла и пыталась осмыслить слова матроса. «По абордажу у меня всегда был высший балл», — звучало у меня в голове. — «Тоска какая–то на душе. Не пойму ее причины, но оставлять тебя не хочется вовсе. Какое–то противное ощущение беды».
— О, Всевышний, — прошептала я и схватила себя горло, которое сдавил ледяной рукой ужас.
— Не реветь! — приказала мадам Дэврон, обернувшаяся в мою сторону. — Я хочу поговорить с теми, кто еще спасся, — сказала она и начала подниматься по сходням.
Это подтолкнуло меня вслед за ней. Раненые лежали на палубе. Их перевязали и оказали первую помощь, но без лекаря тут не могло обойтись. У одного из матросов была оторвана кисть, и я подавила приступ тошноты, глядя на окровавленную тряпку, которой замотали обрубок. Кто–то был без памяти и бредил. Мадам Дэврон, взглянув на раненых, крикнула на берег:
— Лари, твой жив!
С берега послышался короткий вскрик, и женщина бросилась к фрегату. Она едва не свалилась в воду, но ее успели поддержать и помогли подняться на палубу. Женщина бросилась к своему мужу и, надрывно плача от облегчения, целовала его бледное лицо, причитая и ругая. Мужчина вяло реагировал, его правая рука была на перевязи, и на рубашке так же виднелись красные пятна.
Мадам Дэврон остановилась напротив коренастого мужчины с перевязанной головой и присела на корточки.
— Что с ним? — без предисловий спросила она.
— Не знаю, — ответил офицер. — Правда, Элина, я не видел. Это была мясорубка. Пираты чужие, не наши. Мы основательно потрепали их, но удача была на их стороне. Дэврон сделал все, что мог. Мы все сделали все, что могли.
— Дамиан… — дыхание вдруг стало рваным, и мне пришлось сесть на палубу.
Мужчина перевел на меня взгляд.
— Бабочка, — слабо улыбнулся он. — Кажется, Литин остался на пиратском бриге, когда мы отошли. Не могу ручаться, но рыжую голову Фелибра я видел там, когда «Анжель» начала отходить. Обычно они всегда рядом.
— И что могло случиться, если они остались у пиратов? — затаив дыхание спросила я.
— Плен или смерть, — честно ответил мужчина, и я схватилась за сердце, понимая, что Дамиан не тот человек, чтобы сдаться без боя. — Если кто–то остался в воде, они тоже могли подобрать, — он снова смотрел на мадам Дэврон. — Мне нечем вас утешить, дамы.
— Всевышний, — прошептала я и поднялась на ноги.
Кажется, меня кто–то поднял на руки и снес по сходням. Я не обратила внимание. Потом мне что–то говорила мадам Дэврон, потом мы ехали в карете, после мадам Орле кружилась вокруг и вливала мне в рот вино. Все это проходило в тумане, и не касалось меня. Я вновь плавала в каком–то вязком тумане, заглушавшем все звуки. Ничего не видела и не слышала, и все еще не могла осознать, что, возможно, больше никогда не увижу Дамиана.
Я пришла в себя на следующее утро. Проснулась и обнаружила себя в кровати, сжимающей подушку мужа. Она была мокрой, и я поняла, что много плакала. Глаза горели, что являлось свидетельством того же. Я отложила подушку и встала на ноги. Хаос мыслей начал успокаиваться и упорядочиваться. Сейчас мне пришло в голову, что еще не вернулся «Грозный», кажется, на нем служит тот неприятный офицер Фост. Быть может, сегодня я узнаю утешительные вести. С этими мыслями я умылась, оделась, собрала волосы в пучок и спустилась вниз.
— Вести были? — спросила я у Эрмина.
— Нет, мадам, — ответил он.
— Мы едем в порт, — произнесла я, и меня перехватила мадам Орле.
Она потащила меня за стол, практически приказав поесть. С трудом втолкнув в себя несколько кусков омлета и сделав глоток чая, я поспешила к дверям. Карета уже ждала меня. Эрмин открыл дверцу, и я села внутрь. Что было во мне сейчас? Только надежда, и ее свет озарял сумрачное нутро экипажа.
Всю дорогу я повторяла только одно слово, твердя его, как молитву:
— Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста…
«Грозный» уже стоял у причала. Карета еще не успела остановиться, как я выскочила из нее и побежала к кораблю. Я была не единственной. Здесь снова стояла мадам Дэврон, ее окружали женщины. Те, что были вчера, кроме двух, чьи мужья оказались на «Непобедимом». Некоторых женщин я не знала, они оказались женами матросов. Мадам Дэврон, заметив меня, махнула рукой. Она была бледна, лицо опухло, и красные глаза ясно указывали на то, что женщина много плакала и вряд ли спала.
— Ада, как вы себя чувствуете? — заботливо спросила она.
— Благодарю, я держу себя в руках, — ответила я. — Есть известия?
Элина тоскливо взглянула на равнодушное море и тяжко вздохнула.
— «Грозный» подобрал еще нескольких человек, они держались на плаву, благодаря обломкам «Анжель». Ни моего мужа, ни вашего среди них нет. Еще привезли несколько изуродованных тел, но, хвала Всевышнему, наших мужей среди них нет так же, — поспешила она добавить, как только я вновь схватилась за грудь. — И это хорошо, девочка моя, это дает надежду, что они выжили. Если наших мужчин пленили, то мы еще услышим о них, я уверена!