Страница 167 из 919
— Довольно! — я хотела сказать это сурово, но голос предательски задрожал и сорвался.
— Мы всего лишь говорим о нашем детстве, — господин лейтенант начинал раздражать меня своей улыбкой. — К чему ваш гнев? Или вам стыдно за содеянное, или…
Мне вновь пришлось спасаться бегством, пятясь назад. Меня смущало все: голос, близость, аромат дорогого одеколона, который так шел Дамиану, и улыбка, в ответ на которую хотелось тоже улыбнуться, а значит выкинуть белый флаг.
— Или вы все еще не равнодушны ко мне, — закончил господин Литин, в который раз сокращая расстояние.
— Зачем? — мой вопрос был наполнен отчаянием.
— Что — зачем, Ада? — уже более серьезно спросил Дамиан.
— Зачем вы смущаете меня? Зачем вы искали встречи со мной? Вас все еще гложет обида юности, вы хотите надрать мне уши за подпругу? Тогда мстите и уходите, — потребовала я.
В глазах молодого человека появилось удивление, он поднял руку, но пальцы всего лишь ласково огладили мое ушко, чуть задержались на мочке и оставили меня в покое.
— Вот уж чего меньше всего мне сейчас хочется, это вымещать на вас старые обиды, — сказал Дамиан. — Я так пугаю вас, Ада?
Всевышний, когда же закончится эта пытка?! Мне было так неловко от всего происходящего.
— Мне пора возвращаться, — мой голос прозвучал неожиданно хрипло, и пришлось откашляться, но стало лишь хуже.
— Подарите мне еще несколько минут, — Дамиан больше не подходил близко, но и расстояния в несколько шагов было слишком мало. — Вы ведь не против, если я еще навещу вас?
Я вскинула голову и с мольбой посмотрела на него.
— Зачем? У вас есть невеста…
— Ада, с чего вы это взяли? — возмущение в голосе молодого человека было неподдельным.
— Но Эдит, она ведь…
Я осеклась, глядя на вернувшееся веселье в глазах мужчины. И это вернуло мне самообладание.
— Довольно, господин Литин, — прохладно ответила я. — Должно быть, всему Льено известно о вашей скорой помолвке с мадемуазель Матьес.
— Жаль, что я последним узнаю эту новость, — он все–таки рассмеялся. — Нет, ну правда, Ада, то, в чем мадемуазель Матьес уверили мои родители, забыв спросить меня, не может считаться истиной. Да, Эдит милая девушка, как я уже говорил сегодня, но не более. Давайте уже оставим мадемуазель Матьес в покое.
Спешно отвернувшись, чтобы скрыть смесь радости и досады, я некоторое время молчала. Затем, в который раз за сегодняшний день, взяв себя в руки, я обернулась, сохраняя на лице спокойное выражение.
— Однако вчера вы спешили навстречу Эдит, я видела в окно. После вместе прогуливались по Городскому Саду. Разве такое возможно, если между мужчиной и женщиной не существует благородных намерений?
Господин лейтенант вздохнул и скрестил руки на груди.
— Вчера был день сплошных недоразумений. На пикнике, когда вы исчезли, я ждал, когда представится случай поговорить с вашей матушкой без свидетелей. И, улучив момент, попросил разрешение посетить вас. Но по какому–то нелепому стечению обстоятельств, недалеко от вашего дома я наткнулся на мадемуазель Матьес. Она вцепилась в меня клещом, и мне ничего иного не оставалось, как вручить ей злосчастный букет и проводить до дома. Но не хамить же мне было девушке, Ада, отправляя ее восвояси, — я промолчала, слушая дальше. — После, отправив Эдит домой, я вернулся к вашему особняку, но оказалось, что вы уже отбыли на прогулку. И только я собрался последовать за вами, как Эдит вновь очутилась рядом. Еще и со своей матушкой, которая торжественно вручила мне свою дочь. Вот так мы и оказались вместе у того пруда. Скажите, Ада, — взгляд Дамиана стал испытующим, — у вас, действительно, виды на графа?
— Какое вам дело, Дамиан? — это вышло грубо, и я поспешила извиниться. — Простите, я не хотела вам грубить.
Он усмехнулся и подошел ближе.
— Откровенность за откровенность, Ада.
— До сегодняшнего дня видов не было, — ответила я.
— Сегодня что–то изменилось? — Дамиан изумленно изломил бровь.
Я промолчала. Для меня пока ничего не изменилось, но посвящать постороннего человека в тайны своей души я не хотела. К тому же мне все еще не была ясна цель этой встречи в целом и разговора в отдельности. Развернувшись, я не спеша направилась к выходу из оранжереи. Дамиан шел рядом, ожидая ответа. Вместо него я задала свой вопрос.
— И все–таки, зачем вы так настойчиво искали встречи со мной? К чему было это нападение на бедного графа? Что вам за нужда в моем обществе?
Теперь замолчал Дамиан, и ответа уже ждала я. Мы опять остановились, потому что до дверей оставалось совсем немного. Лейтенант Литин обернулся ко мне, скользнул взглядом по лицу и в третий раз протянул руку, прикоснувшись, теперь к волосам.
— Интересный вопрос, — заговорил он, немного растягивая слова, словно все еще искал ответ. — Там, на поляне для пикников, вы сразу привлекли мое внимание. Затем исчезли и нашлись на речке. Я сразу узнал вас, несмотря на прошедшие годы. Ваше негодование после падения было забавным. А затем, когда мы с Эдит вернулись на поляну, и я понял, что вы сбегаете, я неожиданно почувствовал досаду. Даже рассердился на вас, — Дамиан усмехнулся и взял меня за руку. — Мне хотелось увидеть вас снова, чтобы разобраться с тем, почему же меня так неожиданно начало тянуть к мало знакомой девушке.
— Разобрались? — и вновь голос дрогнул.
— Нет, еще больше запутался, — Дамиан сжал мои пальцы и поднес их к губам, чем вырвал из моей груди прерывистый вздох. — Мне хочется, Ада, чтобы вы перестали прятаться от меня за ширмой хорошего воспитания, чтобы искренне улыбнулись и… Ада, так нечестно, я вдруг почувствовал себя сопливым мальчишкой! Вы заставляете меня смущаться.
— Ну, знаете ли, — пробормотала я и вырвала свою руку. — Какое–то совершенно нелепое обвинение.
Я быстро дошла до дверей и уже хотела покинуть оранжерею, когда Дамиан догнал меня и остановил, ухватив за плечи и развернув к себе.
— Вы уходите, не прощаясь? Это неприлично, Ада, — он укоризненно покачал головой.
— Прощайте, Дамиан, — прошептала я.
— До встречи, Ада, — ответил лейтенант Литин. — До скорой встречи, бабочка.
После этого убрал руки, и я опрометью выбежала из оранжереи. Быстро дошла до своей комнаты, закрыла за собой дверь и повалилась в кресло, глядя перед собой совершенно невменяемым взглядом. Что же это такое? Затем закрыла глаза, и на моих устах появилась легкая улыбка.
— Дамиан, — прошептала я, испугалась собственных слов и распахнула глаза.
Всевышний, вразуми! За этими мыслями меня и застала матушка. Она взглянула на розы, лежавшие на столике, после на меня и обеспокоенно потрогала мой лоб.
— Ты вся в лихорадке, — всплеснула руками матушка. — Дитя мое, уж не заболела ли ты часом? Нужно послать за доктором.
— Не надо, матушка, — попросила я. — Я просто устала немного. Посижу в тишине, и скоро все станет, как прежде.
Мадам Ламбер с сомнением посмотрела на меня, после кликнула Лили, и та забрала мои цветы, чтобы поставить их в воду. Матушка присела на соседнее кресло и задумчиво потерла подбородок.
— Что вас гложет, матушка? — спросила я, пытаясь избавиться от лишних мыслей.
Она посмотрела на меня и пожала плечами, но после все–таки призналась:
— Я не понимаю причины, по которой Дамиан так быстро покинул нас. Ведь все складывалось так удачно. И вдруг, когда твой папенька и ему предложил коньяка, откланялся и ушел, даже не дожидаясь твоего возвращения. Может, ты была с ним слишком резка? Не понимаю.