Страница 21 из 189
Позволь мне насладиться
Пока Джэй настраивал DVD, я устроилась на диване, обложившись подушками, и поставила ведро с попкорном точно посередине, чтоб нахальный брюнет не вздумал покушаться на мою территорию.
Закончив с настройкой, он повернулся ко мне и, заметив моё творчество, удивлённо вскинул брови, скрестив руки на груди.
- Это ещё что за крепость ты вокруг себя настроила, а, Бэмби?
Я усмехнулась, копируя его жест и откидываясь на спинку белоснежного плюшевого дивана. Наверняка, безумно дорогого, но и такого же безумно мягкого и удобного. Я словно парила на зефирном облаке.
- Это защита от волков, Джэй. А то, зная тебя, я уверена, что фильм посмотреть ты мне не дашь.
Он весело хмыкнул и шагнул ко мне, падая рядом, но все равно за пределами подушечной крепости.
- Нет, так не пойдёт, олененок. Иди сюда. Будем целоваться.
- А как же кино?! - возмутилась я.
- Просто представь, что мы в кинотеатре на местах для поцелуев. Уверяю тебя, там тоже кино никто не смотрит, - усмехнулся мой горячий парень, поиграв бровями. Я закатила глаза.
- Тебе только дай волю - целовался бы целый день.
- И не только целовался, малыш. И не только день. К тому же, кино никуда не денется, а я уже соскучился по твоим сладким губкам и мне срочно нужно тебя поцеловать. - мурлыкнул этот хулиган - безумно дерзкий и хулиганистый, но такой обаятельный, что ему невозможно было ни в чем отказать. И, прекрасно зная это, он подался ко мне ещё ближе и хрипло шепнул, глядя на мои губы:
- Ну же, куколка... Иди ко мне. Ты все ещё слишком далеко... А я все ещё слишком голодный...
Джэй протянул ладонь и поманил меня к себе, едва заметно согнув свои красивые, тонкие, как у музыканта, пальцы.
От его тихих вкрадчивых слов внутри все затрепетало, а в животе вспыхнул самый настоящий вулкан, и искушение поддаться ему и подчиниться его мягкому, но настойчивому приказу было столь велико, что я изо всех сил вцепилась пальцами в обивку дивана, чтоб остаться на месте и не залезть к своему парню на колени в тот же миг, как он позвал меня к себе. И потому, чтоб быть подальше от греха и от соблазна (а сидящий рядом бандит являлся олицетворением и того, и другого), я скрестила руки на груди и упрямо вскинула подбородок, покачав головой.
- Ну уж нет!
Джэй в ответ удивлённо вскинул проколотую бровь.
- Нет? Это ещё почему? Пять минут назад ты вовсе не была против моих поцелуев.
Я закатила глаза.
- Вот именно, Джэй. Мы целовались всего пять минут назад, а ты уже хочешь ещё. Хватит с тебя.
Но в ответ на это самоуверенное заявление его глаза опасно сверкнули, так же, как и белоснежные зубы в хищной ухмылке, больше напоминающей волчий оскал, и он сам подался ко мне, игнорируя все преграды, что я выстроила между нами, и тихо, но от этого не менее грозно рыкнул:
- Я сам решу, когда хватит, строптивый олененок... Иди сюда, кому говорю.
Но я отодвинулась ещё дальше, скользя по мягкой обивке дивана и инстинктивно отползая от него.
Не знаю, как так вышло.
Наверное, неосознанно, так как при одном взгляде на этого громадного в сравнении со мной чёрного Волка моё подсознание буквально вопило об опасности, требуя бежать от него со всех ног, а не вести светские беседы в его же логове.
- В прошлый раз после твоих поцелуев у меня потом живот болел всю ночь, - жалобно протянула я, надеясь хоть таким образом сбить его с курса на мои губы, но говоря чистую правду. Джэй нахмурился, но затем его жгучий взгляд потеплел, и он тихо произнёс с мягкой понимающей улыбкой:
- Ах вот оно что... Где болело? Здесь? - его тёплая ладонь легла на мой живот, аккурат в самый низ - именно туда, где все скручивало болезненными спазмами после того, как он вчера полчаса целовал меня "на ночь", все никак не желая отпускать, и легонько погладила, и я замерла, перестав дышать, а затем неуверенно кивнула. По правде сказать, даже сейчас глубоко внутри все ныло и тянуло, наливаясь незнакомой, будоражаще - приятной тяжестью. Тепло его руки проникало даже сквозь одежду, мгновенно делая меня слабой, послушной и покладистой - именно такой, какой он хотел меня видеть.
И, судя по всему, он об этом прекрасно знал и вовсю этим пользовался, чтоб добиться того, что было нужно ему.
Но я всё равно продолжала отползать от него, и Джэй подался ко мне, следуя за мной, как приклеенный, пока я не уперлась в спинку дивана, а он навис надо мной и тихо шепнул, не прекращая улыбаться:
- Это просто возбуждение, малышка. Старое доброе возбуждение, требующее разрядки. Тебе нравятся мои поцелуи и ласки, и твоё тело реагирует на них соответственно, подготавливая тебя к продолжению... И я знаю, что мне ты в этом никогда не признаешься, но у тебя наверняка болит не только живот, но и грудь тоже... И трусики, я уверен, уже влажные насквозь... - хрипло выдохнул он мне в шею, наклоняясь и обжигая её горячим дыханием.
Чёрт...
Я прикусила губы, чувствуя, как начинает гореть лицо, и уже всерьез опасаясь, что если он продолжит шептать все эти безумно смущающие вещи мне на ухо, подо мной точно загорится диван. Или промокнет...
И ещё более смущающими они становились оттого, что он был прав, и явно знал, о чем говорил.
Будущий врач, чтоб его...
Как удобно - знать все о женской физиологии.
А знал он гораздо больше, чем я, и не только из учебников, но и, скорее всего, из личного опыта тоже.
Но, как оказалось, это было только начало, ведь нахальный кардиохирург наклонился ещё ближе, намеренно задевая мочку моего горящего уха мягкими губами, и хрипло и вкрадчиво шепнул:
- Но... Я мог бы помочь тебе с этим... если позволишь.
- Как? - слетело с моих губ шелестящим шёпотом.
Джэй немного отстранился и выгнул бровь, прожигая меня насквозь своими колдовскими глазами - тёмными, как глубокая полночь.
- Ты действительно хочешь, чтобы я рассказал тебе в деталях, как?
Я прикусила губы, чувствуя, как предательский жар расползается уже и по шее, и покачала головой. Джэй усмехнулся.
- Вот и я думаю, что нет.
И когда я уже немного расслабилась, решив, что опасность миновала, добавил хриплым полушёпотом, снова нависая надо мной, упираясь руками в спинку дивана за моей спиной и не сводя жгучего взгляда с моих губ.
- Я лучше покажу, сладкая... но для этого тебе придётся раздеться.
Его бархатный чувственный полушепот мгновенно запустил стайку обезумевших бабочек порхать вдоль моего позвоночника, но, каким-то образом взяв себя в руки, я слабо улыбнулась, смерив своего Ромео укоризненным взглядом.
- Так и знала, что где-то здесь скрыт подвох. Хитрый ты жук... Помочь он хочет... На самом деле, тебе просто не терпится меня раздеть и уложить в свою постель под любым предлогом.
Я думала, что он тут же начнет это отрицать, заверяя меня в своей благонадёжности, но Джэй лишь мягко улыбнулся и погладил меня по щеке, заставив вздрогнуть и прикрыть глаза.
- Такова мужская природа, Бэмби. Мужчины всегда хотят заполучить самую красивую особь противоположного пола, раздеть её и уложить в свою постель... для передачи её красивых генов следующим поколениям... - выдохнул он мне в шею, как-то незаметно подобравшись ко мне почти вплотную, обжигая её горячим дыханием и такими же горячими губами. Как так выходило, что абсолютно все, что делал и говорил Джэй Макфэлл, являлось соблазном и сексом в чистом виде, я до сих пор не понимала. Но это не меняло того факта, что я не собиралась позволять ему ничего из того, что он мне предлагал, и решила незамедлительно сообщить ему об этом, прижав ладонь к его груди, чтоб не напирал так сильно и позволил не только головокружительному аромату своего тела, но и кислороду поступать в мои лёгкие.