Грешный король

Когда она заканчивает, я облизываю пальцы, а потом снова обнимаю ее.

Джейсон поднимает Бет на руки и, когда сцена заканчивается, несет ее в отдельную комнату, где он, скорее всего, ее трахнет, а потом окружит заботой.

Джейсон — один из лучших доминантов в клубе.

Элоиза разворачивается в моих объятиях, обхватывает меня за талию и запрокидывает лицо, чтобы я мог её поцеловать.

И я, блядь, с удовольствием это делаю. Подцепив её подбородок пальцем, я накрываю её губы своими, углубляя поцелуй, пока мы оба не начинаем тяжело дышать.

— Вау, — шепчет она. — Я просто хотела обнять тебя.

— Ты в порядке, Светлячок?

— Да. Хотя мэр — придурок.

Я прищуриваюсь.

— Джулиан все уладил.

Позже я поблагодарю друга и попрошу его помочь мне отправить сообщение мэру нашего прекрасного города.

Внезапно Элоиза хмурится и смотрит куда-то позади меня, слева.

— Там что-то не так.

Я отпускаю её, оборачиваюсь, следуя за её взглядом, и вижу, как мужчина отводит руку с кнутом и с треском опускает его на спину женщины.

Она привязана к Андреевскому кресту, спиной вверх, и на ней не меньше дюжины кровоточащих ран.

— Некоторым это нравится, Светлячок.

— Нет, — говорит она, качая головой. — Она что-то говорит. О боже… это Скарлетт.

Элоиза подбегает к кресту и видит лицо Скарлетт.

— Она кричит стоп слово!

Мужчина отводит руку, будто собирается ударить снова, но я вырываю кнут у него из руки и подаю знак охране, чтобы та, блядь, тащила сюда свои задницы.

— Заприте его в камере, — говорю им и понимаю, что это тот самый ублюдок, который на прошлой неделе проигнорировал стоп-слово Бет. Я не понимаю, как он вообще оказался здесь. Лавленд должна была сообщить ему, что его членство аннулировано.

Что за херня?

— Ей нравится! Она не понимает, что говорит, — кричит он, пока его уводят, а я тем временем отстегиваю ремни Скарлетт, пока Элоиза успокаивает ее, убеждая, что теперь она в безопасности.

— Мы здесь, — успокаивающе говорит Элоиза. — Ох, милая, мы здесь. Все в порядке.

— Он не слушал, — плачет Скарлетт, пока я расстегиваю последний фиксатор. Она падает мне на руки, ноги подкашиваются. Стараясь не задевать спину, я поднимаю ее на руки и держу под ягодицы, а она обхватывает меня ногами за талию.

— Обхвати Роума за шею, — говорит Элоиза, помогая ей. — Все хорошо, милая. Теперь все хорошо.

Скарлетт рыдает. Мне не нравится держать на руках обнаженную женщину, которая не Элоиза, но Скарлетт не может идти сама, а ее спина так сильно пострадала, что я не могу ее чем-то укрыть.

— Все в порядке. — В глазах Элоизы блестят слезы. Она бросает на меня взгляд, давая понять, что видит мой дискомфорт, но также знает, что я забочусь о её подруге, и в этом нет ничего сексуального. — Куда мы можем её отнести?

— У нас есть лазарет,— отвечаю я и киваю другому охраннику. — Вызови доктора Асгуд, пусть будет здесь как можно быстрее. Мы будем в лазарете.

— Да, сэр, — он достает телефон.

— У вас есть дежурный врач? — спрашивает Элоиза, и я просто киваю, направляясь к небольшой комнате, которую мы превратили в смотровой кабинет на случай таких моментов или если кому-то из моих людей нужно будет наложить швы.

Внутри три кровати. Я усаживаю Скарлетт на край ближайшей, так что её ноги свисают вниз. Лечь она не может, поэтому я хватаю одеяло и прикрываю ей грудь спереди.

Она прижимает одеяло к себе, все еще плача.

— Я повторяла «бамия» снова и снова. Ненавижу этот чёртов овощ. — Она вытирает слёзы со щёк, размазывая потёкший макияж. — Он не останавливался.

— Ты соглашалась на порку? — тихо спрашиваю я.

— Нет, это не моё, — отвечает Скарлетт, качая головой. — Он спросил, можно ли использовать хлыст и флоггер. Я сказала, что дам сигнал, когда будет слишком, и он согласился.

Ублюдок.

Я присаживаюсь перед ней на корточки и беру ее лицо в ладони. От ярости мое сердце колотится, а по телу разливается жар. Подонок дорого заплатит за то, что сделал с этой женщиной.

— Скарлетт, посмотри на меня. Мне так чертовски жаль, милая. Этого не должно было случиться с тобой.

Она качает головой и снова начинает плакать.

— Я разберусь с этим. Я вызвал врача, он о тебе позаботится.

Ее губы дрожат, но она кивает.

— Спасибо, мистер Александер.

— Не стоит меня благодарить. Моя работа — следить за тем, чтобы ты была в безопасности, и сегодня я тебя подвел. Больше такого не повторится.

Я целую ее в макушку, встаю и отвожу охранника в сторону.

— Майкл, — говорю ему. — Сообщи Рите, что Элоиза не доработает смену, и отведи её наверх, в пентхаус. Когда придёт врач, проследи, чтобы её сразу провели к Скарлетт и у неё было всё необходимое. Держи меня в курсе того, что здесь происходит.

— Да, босс, — кивает Майкл. — Если кто-нибудь спросит, где ты будешь?

— В камере, — я поворачиваюсь к нему. — И ещё: пусть мне принесут кнут.